Белла.

Незнакомец. Я хочу, чтобы этот мужчина оставался для меня именно незнакомцем. Ничего не хочу о нем знать!

Мне кажется, что прошла уже целая вечность с момента моего остолбенения, а по факту, скорее всего минута.

Он ухмыляется, каким-то своим мыслям. Достает из внутреннего кармана продолговатую коробочку и достает оттуда сигару, щелкает золотой зажигалкой и раскуривает ее. Запах моментально распространяется по комнате.

Этот запах… Сглатываю, а пошевелится все также не могу. Это запах из далекого прошлого, он мне знаком.

— Привет, девочка, — произносит незнакомец.

В голове будто зазвонили тысячи колоколов, а внутренний голос просто завопил: «Это он! Это он!». Вмиг моя кожа покрылась мурашками.

Вот он — хозяин голоса, сидит в моей гостиной, курит сигару и смотрит так, что леденею… превращаюсь в статую, которая и слова произнести не может.

Как, как такое возможно? Долгие годы я убеждала себя, что этого человека нет… что он плод моего воображения, что шалили гормоны и я напридумывала то, чего никогда не было.

А он, оказался реальностью. Из плоти и крови. Сидит напротив и все также курит сигары.

Вот он — мой сумрачный страх из прошлого. Теперь я внимательно принимаюсь его рассматривать, ведь раньше я слышала только его голос.

Незнакомец словно читает мои мысли, поднимается из кресла, показывая себя во всей красе, движется беззвучно, почему-то сравнила его со снежным барсом, и подходит ко мне. Он высокий, крепкий, жилистый и взрослый — ему лет сорок. Между нами, не более полуметра, поэтому теперь я чувствую еще и его запах. Этот запах — силы, власти, доминирования и жестокости, уменьшает меня до крупицы и стирает до нуля.

— Не поздороваешься со мной, девочка? — он играет со мной. И эта игра меня приводит в ужас. — Ты стала красавицей, как я и обещал…

— Мы знакомы? — шепчу я.

Улыбка расплывается на его лице. Он обходит меня, становится за спиной. Я чувствую его дыхание и жар его тела, а мне так холодно, будто внутри все заледенело, покрылось толстой коркой и даже сердце перестало биться.

— Я же вижу, что ты меня помнишь, девочка. — Он шепчет мне прямо на ухо. Его горячее дыхание шевелит мои волосы, а смысл сказанного заставляет истерически вопить внутренний голос, повторяя как заезженную пластинку одну и ту же фразу: «Это он!». — У тебя все такие же красивые волосы, — он проводит по ним рукой, а я вздрагиваю. Это первая реакция, которую за последние пару минут выдал мой организм, а то я уж подумала, что меня парализовало.

В гостиную заходит улыбающийся отец, в одной руке у него бутылка виски, во второй два стакана со льдом.

— Белла, что ты стала как вкопанная, садись на диван.

Только с появлением в комнате отца, мое напряжение постепенно снижается. Кровь потекла по сосудам, сердца стало биться в привычном ритме, и, наконец-то, я смогла сдвинуться с места. Присаживаюсь на диван, как можно дальше от незнакомца. Он же садится обратно в то кресло, где и сидел.

— Белла, помнишь Влада, эм… точнее, Владислава Грабского?

— Нет, — коротко отвечаю, пытаюсь понять, зачем все это мне в двенадцать часов ночи. Эта встреча, эти воспоминания, этот человек…

— Ну как же! — восклицает отец, — мы проводили в его доме встречу влиятельных бизнесменов. Это было…

— Я уверен, что тогда не был интересен Белле, так как она была совсем девочкой, — перебивает отца уже не незнакомец.

— Да, ей тогда было всего тринадцать, — а Он кивает, и делает жест рукой, как бы подтверждая свою правоту.

— А где Виола и Мирон, — почему-то сейчас мне просто необходимо присутствие большего количества людей. Где мачеха? Ладно брат, ему только семь, скорее всего спит, а мачеха никогда б не пропустила возможность пообщаться с таким гостем. Иногда мне кажется, что она подыскивает себе нового мужа среди папиных партнеров и друзей.

— Что это ты о ней вспомнила? — удивляется отец. — Уехали за город.

— Среди недели? А как же Мирон завтра в школу пойдет?

— Не переживай, у них все хорошо. Не знал, что ты так привязана к Виоле? — а я и не привязана, думаю про себя, просто боюсь остаться один на один с Ним. Виола бы обязательно переключила все внимание гостя на себя.

— Пап, я ничего не понимаю… Если вы прекрасно проводили время с… — запинаюсь. Надо произнести его имя, надо, — с Владиславом… извините, не знаю вашего отчества…

— Можно просто, Влад, без отчества, — перебивает он меня.

Внутри меня колотит и все дрожит. По мне видно, что я вся на нервах. Прикусываю губу и утвердительно киваю, что поняла его.

— Так вот! Зачем я тебе понадобилась ночью?

— Понимаешь, — папа немного замялся, а потом говорит, — дело в том, что Влад попросил у меня твою руку, короче предлагает тебе замуж.

Вмиг кровь отливает от лица, а потом сразу же приливает обратно. Я прямо вижу, как на моем лице появляются багровые пятна. Руки затряслись, в висках застучал пульс и накатила страшная головная боль вместе с тошнотой.

Замуж? За него? Да я его боюсь до полуобморочного состояния! Я даже не представляю, как в трезвом уме и памяти, можно добровольно согласится жить с ним, если даже мысль о прикосновение к нему, вызывает у меня дикий стресс?

Медленно поднимаюсь с дивана. Поворачиваюсь в Его сторону. Он улыбается. Чуть прищурил глаза и приподнял бровь, как бы говоря: «Удиви меня, девочка». А я и удивляю, четко произнося:

— Нет, — почему-то мне показалось, что его не расстроил мой отказ, будто уверен в своей будущей победе.

Разворачиваюсь и на негнущихся ногах иду в сторону лестницы на второй этаж. До меня доносится их разговор.

— Я с ней поговорю, Влад. Она у нас девочка с норовом…

— Я все прекрасно понимаю, Алексей, любая бы взбрыкнула. Надо просто дать ей время все обдумать.

Время! Время? Какое время! Мне надо, чтобы меня все оставили в покое! Срываюсь и бегу по лестнице. Заскакиваю в свою комнату и захлопываю дверь. Падаю на кровать, закрываю глаза и погружаюсь в черные вязкие воспоминания.