Суббота выдалась на удивление продуктивной. Надя сидела дома с ноутбуком на коленях и чашкой чая, который остыл уже три раза, но идти на кухню за новым было лень.На столешнице валялись распечатки результатов опроса — она решила не ждать, пока Оля пришлет характеристику на всех сотрудников, и запустила анкету в трёх отделах: продажи, логистика и маркетинг.Бухгалтерию оставила на потом — Галина Петровна, когда Надя заикнулась об опросе, посмотрела на неё так, будто та предложила сотрудникам пройти детектор лжи. А айтишники в основном сидели на удалёнке. Оля сказала, что от них вообще нет никаких проблем. И Надя решила, что не будет лечить то, что не болит.Или, по крайней мере, не имеет симптомов.

Результаты оказались… обнадёживающими. Не идеальными, но обнадёживающими. Из ста двадцати сотрудников, получивших ссылку, заполнили анкету сорок семь человек — почти сорок процентов, и это без напоминаний, без уговоров, без обещания печенек в столовой.Надя ожидала от силы двадцать, особенно учитывая, что опрос был анонимным, а анонимность в коллективе, где все друг друга боятся, иногда работает против: люди думают, что их всё равно вычислят.

Кроме опроса, у Нади было ещё две маленькие победы за эту неделю. Первая случилась в среду, в обеденный перерыв. Надя зашла в кухню и застала там девушку из бухгалтерии. Ту самую, с идеальным маникюром, которая в первый день посмотрела на неё как на досадное недоразумение.Сейчас девушка сидела, уткнувшись в кружку, и её плечи вздрагивали. Надя села напротив, открыла ноутбук и начала листать почту, давая понять: я здесь, но не лезу.Через несколько минут девушка вытерла глаза, громко высморкалась и сказала:— Извините. Просто… документы не сошлись, а Галина Петровна устроила разнос. Я сидела над этой отчётностью три дня, а она говорит — переделывай.Надя понимающе кивнула. Через пару минут девушка снова заговорила — и её было не остановить. Надя сочувственно кивала головой, а под конец речи встала и налила девушке воды.— Вы знаете… полегчало. Спасибо, что не лезли с советами.

А в пятницу, ближе к вечеру, к ней в кабинет постучался парень из отдела продаж — тот самый в худи, который в первый день спросил, надолго ли она. Он стоял в дверях, переминался с ноги на ногу и наконец выдал:— Я тут это, ваш блог нашёл. Там пост был про страх ошибок. А что делать, если я боюсь не ошибиться, а… ну, просто туплю перед клиентом? Как будто слова забываю.Надя уточнила:— Перед каждым?— Перед важными, — ответил он, глядя в пол.Они проговорили пятнадцать минут — не про технику продаж, не про скрипты, а про то, как перестать думать, что клиент тебя оценивает, и начать думать, что ты ему помогаешь. Парень ушёл с домашним заданием, а Надя была собой довольна.

Надя отправила анкеты на анализ в свою любимую программу, закрыла ноутбук и поняла, что сегодня сделала всё, что могла. И даже чуть больше. Артём обещал приехать к обеду — они хотели сходить в тот самый итальянский ресторан, куда вечно не получалось, — но к трём часам он написал “задерживаюсь, потом будем на связи”. К пяти — “у мамы гости, я помогу и приеду”.Надя перестала ждать где-то после шестого сообщения, когда поняла, что этот день снова не сложился, и пошла готовить себе ужин. Снова она осталась одна.

Надя уже досматривала третью серию реалити, когда в дверь позвонили. Часы показывали без пятнадцати одиннадцать. Надя открыла дверь и сразу почувствовала запах перегара — резкий, сладковатый, от которого её сразу затошнило.

— Зай, я приехал, — сказал он, улыбаясь той улыбкой, которая когда-то казалась ей беззаботной, а теперь раздражала своим “ничего не случилось”. Он пытался обнять её одной рукой, опираясь второй о косяк, но промахнулся и чуть не упал.

— Ты пьяный, — сказала Надя. Не вопрос, констатация.

— Ну чуть-чуть, — он прошёл в квартиру, упал на диван, скинул ботинки прямо на ковёр. — День такой, расслабился немного. Ты чего не ждала?

— Я ждала с обеда, Артём. Сейчас одиннадцать часов вечера.

— Ну вот я здесь. — Он похлопал по дивану рядом с собой, приглашая её сесть. — Брось свою эту… работу. С тобой скучно стало. Ты всё время занята, всё время что-то анализируешь. А я хочу просто расслабиться.

Надя стояла у двери и смотрела на него. На человека, которого когда-то считала идеальным — лёгким, весёлым, не требующим лишних слов. Теперь она видела только усталого мальчика, которому удобно иметь девушку, которая не звонит, не спрашивает, не устраивает сцен.

— Поезжай домой, Артём, — сказала она тихо. — Проспись. Завтра поговорим.

— Вечно ты со своими разговорами, — он закатил глаза, но встал, нашарил ботинки, даже не застегнул их, просто сунул ноги и поплёлся к выходу. — Ладно, зай. Только не злись.

Дверь закрылась. Надя прислонилась к стене и стояла так несколько секунд, глядя в потолок. Ей не было больно или обидно. Было пусто. Как будто внутри выключили звук, и осталась только гулкая тишина, в которой она слышала свои мысли слишком отчётливо:“Почему я с ним? Почему терплю? Почему не могу сказать “хватит”?”

Она не знала ответов. Или знала, но не хотела себе признаваться.

Надя прошла на кухню, поставила чайник и открыла блог — просто чтобы занять руки, чтобы не думать. Лента подписчиков пестрела новостями: фото заката, жалобы на пробки, оды долгожданным выходным.Сегодня Надя записала видео про то,“как не раствориться в отношениях и не потерять себя”. Ирония судьбы была такой очевидной, что Надя чуть не удалила пост, но передумала: может быть, кому-то это поможет.

Она выложила видео, добавила опрос в сторис и уже собиралась закрыть приложение, когда увидела новое уведомление. "Реалист_007" прокомментировал её пост."И сами вы всегда следуете своим советам? Или только учите других?"

Надя замерла. Тот же колкий, уверенный тон. Та же манера задавать вопросы, на которые нет хороших ответов. Она хотела пролистать, не ответить, сделать вид, что не заметила. Но внутри что-то щёлкнуло — не переключение, а срыв. И она написала ему в личку.

"Вы всегда такой грубый? Или просто звёзды сошлись на моём аккаунте?"

Ответ пришёл быстро: "Я не грубый. Я честный. Разницу чувствуете?"

"И в чём ваша честность?"— напечатала Надя, чувствуя, как закипает.

"В том, что я не говорю того, что вы хотите услышать. Вы спросите — я отвечу честно. Даже если вам будет неприятно".

Она смотрела на экран и не знала, что ответить. Он не врал. И это бесило больше всего.

"Почему мужчины обесценивают?"— написала она обобщённо. Чтобы он не догадался, что это личное.

Надя успела выдохнуть, пожалеть, что спросила, и подумать, что он вообще не ответит. Но он ответил.

"Вы выбрали не того".

Надя перечитала три раза. Коротко. Жёстко. Без намёка на сочувствие. Как пощёчина.

"Вы хам", — написала она и отправила.

"Не хотите правды — не спрашивайте".

Она закрыла чат и положила телефон на стол. Внутри всё кипело — злость, обида, какое-то дурацкое, непривычное чувство, которое она не могла определить. Может быть, стыд: за то, что он прав, за то, что она выбрала не того, и давно это знает, но ничего не меняет. За то, что этот аноним с чёрной аватаркой видит её насквозь, а Артём — нет.Или ему просто всё равно.

"Идиот, — подумала Надя. —Придурок, хам, самоуверенный…”— Козёл!

Руки чесались удалить переписку, но Надя закрыла глаза и провалилась в сон без снов, оставив телефон на столе, уткнутым экраном в столешницу.

А в телефоне, в маленьком зелёном приложении, осталось непрочитанное сообщение, которое она так и не увидела:"Извините, если обидел, но вы знаете, что я прав”.