Надя только-только закончила консультацию — настолько выматывающую, что после ухода сотрудника она просто сидела в кресле, закрыв глаза. Консультация была тяжёлой: молодой парень из отдела продаж, который, казалось, всегда улыбался, вдруг признался, что уже месяц не может заставить себя встать с кровати по утрам, потому что не видит смысла.Надя слушала, кивала, задавала вопросы, но внутри разрывалась от осознания, что он не первый и не последний. Выгорание в этой компании было не просто проблемой — эпидемией.

В дверь постучали. Коротко, вежливо, два удара. Надя открыла глаза, поправила волосы и сказала:— Войдите.

На пороге стоял Максим. В руке он держал рюкзак с единорогом — Верин, конечно. Сам он выглядел уставшим, но не раздражённым, а скорее виноватым.

— Надя, извините, — сказал он без предисловий. — Смена в лагере закончилась раньше, а у меня встреча через десять минут. Вы не могли бы посидеть с Верой? Я ненадолго.

Она посмотрела на него, на рюкзак с единорогом, на дверь, за которой её ждал ноутбук с отчётами, и сказала:

— Хорошо.

Максим кивнул — так коротко, что это можно было принять за благодарность, — и вышел.

____

Вера зашла в кабинет без стеснения, как будто бывала здесь каждый день. Рюкзак с единорогом она скинула у порога, подошла к столу, встала на цыпочки и заглянула в монитор.

— Ты работаешь?

— Работаю, — ответила Надя.

— А что ты делаешь?

— Пишу отчёт.

— Скучно, — констатировала Вера. — А давай рисовать?

Надя улыбнулась. Открыла ящик стола, достала карандаши и бумагу.

— Давай.

Они рисовали молча. Вера старательно выводила что-то на листе, высунув язык от усердия. Надя смотрела на неё и думала о том, как быстро дети привыкают к людям. Вера чувствовала себя абсолютна расслаблено.

— У тебя хорошо получается, — сказала Надя, заглядывая в рисунок.

Вера нарисовала деревья, качели, солнце, большую собаку, похожую на лохматую тучу, и двух человек.

— Это я и бабушка, — объяснила Вера, тыкая пальцем в фигурки. — Мы вчера ходили в парк. Бабушка приехала, забрала меня после лагеря, и мы гуляли.

— Хорошо гуляли? — спросила Надя.

— Да, но потом папа был злой, — Вера нахмурилась. — Мы приехали домой, а там мама. Она его ругала.

Надя замерла. Значит, Таня снова появилась. И она приезжала к Максиму домой.

— Мама злая, — добавила Вера спокойно, как будто говорила о погоде. — Мне было страшно.

Надя не знала, что ответить. Сказать, что мама не злая? Но она не знала эту женщину. Сказать, что всё будет хорошо? Она не была в этом уверена.

— А тебе всегда страшно с мамой? — осторожно спросила Надя.

— Раньше нет, — Вера пожала плечами. — Но она теперь далеко живёт. Только один раз её видела. И папа не хочет, чтобы я к ней ездила. А мама сказала, что хочет, чтобы я жила с ней.

Надя сжала карандаш так, что он чуть не сломался. Вот оно. Таня не просто объявилась — она угрожает. Хочет забрать дочь. И Максим вчера был злым, потому что снова отбивал атаку.

— Понятно, — сказала Надя тихо.

— А ты мне нарисуешь? — спросила Вера, протягивая ей чистый лист.

Надя взяла карандаш и нарисовала кривую кошку, собачку и солнце. Вера поблагодарила её и ушла на софу, раскрашивать Надин рисунок. Когда Максим вернулся, Вера спала на диване, свернувшись калачиком, с карандашом в руке.

— Спасибо, — сказал он, поднимая дочь на руки. — Никак не могу найти няню.

Надя кивнула.

— Если что — я здесь, — сказала она. — Приводите.

Он посмотрел на неё долгим взглядом, потом кивнул и вышел. Надя только успела сесть за ноутбук, как зазвонил телефон. Номер был не записан в контактях, но Надя помнила его наизусть.Артём.

Она не взяла трубку. Телефон замолчал, потом зазвонил снова. На сбросила. В третий раз он не звонил — написал сообщение: "Я внизу. Выходи".

Надя выругалась про себя, встала, взяла ключи и спустилась на парковку.

Артём стоял у своей машины, на которой они ездили за город, в которой он отвозил её домой после свиданий. Выглядел он плохо — мятый, небритый, с красными глазами, как после бессонной ночи.

— Зачем ты приехал? — спросила Надя, останавливаясь на расстоянии.

— Соскучился, — сказал он, делая шаг к ней. — Надь, я дурак. Я всё понял. Давай попробуем ещё раз.

— Прошло почти два месяца, Артём. Ты серьёзно?

— Я знаю, — он провёл рукой по лицу, как будто хотел стереть усталость. — Я не могу без тебя. С той… с ней… это не то.

— С кем? — Надя подняла бровь.

— С Ольгой, — он выдохнул. — Ну, с той, с которой я встречался после тебя. Она… она не такая. Она постоянно ноет, требует, чтобы я переехал к ней, ругается с мамой. Мама говорит, что она меня не стоит, что ты была лучше.

— И ты приехал, потому что мама сказала? — Надя чувствовала, как внутри поднимается холодная, тягучая злость.

— Нет, — он попытался взять её за руку, она отдёрнула. — Я сам понял, что идиот. Мы не ссорились, ты меня не пилила, не проверяла телефон, не требовала…

— Не требовала? — перебила Надя. — Артём, я ждала тебя вечерами. Ты не приходил. Я ждала, что ты позвонишь, что ты будешь рядом. А ты… Послушай, удобство — это не любовь.

Он замолчал. Смотрел на неё так, будто видел в первый раз.

— Ты изменилась, — сказал он.

— Я изменилась, — согласилась Надя. — А ты нет.

Она развернулась и пошла к выходу. Надя не заметила, как через две машины от них стояла машина Максима. И как сам Максим стоял спрятавшись за открытым багажником, куда только что положил рюкзак дочери.

____

С блогом дела обстояли лучше, чем с работой. Активность подскочила после поста про выгорание — комментарии, репосты, новые подписчики росли с каждым днём.Пост, который она запланировала на сегодня, был про продуктивность — рабочий, с графиками и советами. Надя решила оставить его на другой день и написала новый.

"Сегодня один человек напомнил мне важную мысль. Удобство — это не любовь. Любовь — это когда ты не боишься потребовать взаимности, когда ты не молчишь, когда ты не ждёшь у окна, а выходишь навстречу. Иногда люди возвращаются не потому, что любят. А потому, что привыкли.Они "не поняли, что потеряли". Скорее почувствовали, что вас было удобно использовать, как нужный ресурс. Не дайте этому случиться.Вы достойны настоящей любви."

Она выложила пост, добавила картинку из архива — закат, качели, пустой парк. Подписчики начали комментировать почти сразу: "вы как всегда в точку", "это про меня", "спасибо, что напомнили". Надя ставила лайки всем.

В директ пришло сообщение от Реалиста.

"Тяжёлый день?"

"Был. Но ничего, переживу".

"А пост про кого?"

Надя подумала. Написать про Артёма? Ей не хотелось — слишком личное. Даже для Реалиста.

"Про жизнь", — ответила она.