Греческое православное образование и православная антропология основаны не на некоем личном воззрении, которое мы хотим навязать обществу ради собственного удовлетворения. Они не являются отражением мелкобуржуазного христианства, которое использовалось в прошлом для укрепления определённых несвободных и несправедливых политических систем.
Греческое православное образование — это образование, которое получали древние греки, но которое было воспринято во Христе, преображено и стало образованием человека во Христе. Труд Климента «Педагог» — это характерный пример такого восприятия и преображения древней греческой культуры в новом творении Христовом.
Наш греческий народ — народ православный. Он никогда не отказывался от того доброго наследия, которое оставили в истории Греции Гомер, Платон, древние мудрецы. Он увидел в них предтеч Христа, носителей «слова-семени». Изображения древнегреческих мудрецов до сего дня сохраняются в притворах древних афонских соборов. Эта преемственность жила в грекоправославной Византии и грекоправославном ромействе времён турецкого ига. Греческая культура взрастила великих отцов Церкви, вдохновила Вселенские соборы, возвела Храм Святой Софии, создала одухотворённейшую византийскую иконопись, архитектуру, гимнографию, музыку.
Богодухновенная православная культура сохранила наш род во времена турецкой власти и показала нам великих учителей. Ее апостолом был святой Косьма Этолийский: «Разве не будет добром, если вы все соберёте взносы, выберете ответственных, чтобы они управляли школой, чтобы нашли учителя, который бы учил всех детей — и богатых, и бедных — бесплатно? Ибо в школе мы изучаем по силе, что есть бесы, что есть рай, что есть ад, что есть грех, что есть доблесть. В школе мы изучаем, что есть святое Причастие, что есть Крещение, что есть святое Елеосвящение, что есть честной Брак, что есть душа, что есть тело, — всё это мы учим в школе, ибо без школы мы ходим во тьме. Лучше иметь в своей деревне греческую школу, чем иметь ручьи и реки, ибо ручей поит тело, а школа поит душу, школа открывает церкви, школа открывает монастыри. Если бы не было школ, то как бы я смог вас учить и вам всё преподавать и говорить?»34
Этого образования желали и за него боролись все приснопамятные отцы и герои нового эллинства во главе с греко-православным генералом Макрияннисом. Обличение Макрияннисом короля Отона и баварцев до сих пор звучит как обличение лидеров и предводителей всех мастей, которые время от времени пытаются изменить православный образ мыслей нашего народа.
«Они (благородные люди, которые сделали Отечество свободным) хотят иметь свою веру и славить Бога посредством веры; и вы только тогда будете называться справедливыми царями, посланниками Божиими, когда разрешите им быть свободными в их чувствах... Не восседай ты как великий царь и не старайся изменить веру множества людей, которые столько веков были потерянными, изгнанными из общества. Тот, кто над ними господствовал, сжигал их в печах, отрубал языки, пытал, чтобы они сменили свою веру, но ничего не мог поделать. Сейчас Бог праведный и всемогущий, Который властен и над тобой, восставил сей маленький народ и желает быть прославляемым этим маленьким православным народом православно и по-восточному, так же, как твои личные подданные прославляют Его по-западному... И стал ты царём, чтобы отвратить от веры своей потомков древних эллинов, детей Ригаса Фереаса, Марка Боцариса, Караискакиса, Диссея, Дьяка, Колокотрониса, Никиты, Киргиакулиса, Миаулиса, Канариса, Ипсиланти и многих других, которые жертвовали своей жизнью, чтобы восстановить для нас как она есть православную веру и как она была и есть закатившую некогда глаза маленькую нашу Отчизну»35.
Греческое традиционное православное образование есть закваска души нашего народа, растворенная в народных песнях, в православных нравах и обычаях, в привычках и чувствованиях народа.
Православный народ наш, несмотря на испорченность современных нравов, остаётся греко-православным, что проявляется в массовости греко-православных празднеств, в процветании Святой Горы Афон, в отвержении народом гражданского брака.
В таком образовании современный грек нуждается более всего и по множеству причин: чтобы сохранить греко-православную идентичность во мгле современного синкретизма; чтобы обрести внутреннее равновесие в раздробленном мире, в котором всё смешалось и односторонне скатывается в материализм, технократию и обезличивание человека; чтобы творчески беседовать с прошлым, облагораживая современность богатством греко-православного Предания.
Никакое «изменение к лучшему» в нашей стране не сможет удержаться, если оно духовно не основано на греко-православном Предании, которое не только не является неподвижным, но живет и роднит с нами все наши исторические эпохи.
Мы, современные греки, должны со смирением искать возможность православного образования, а также предлагать его не только в школах, но и на радио, телевидении, в печати.
Те политики, которые имеют мудрость смиренно обучаться православному Преданию и следовать ему в своих политических решениях и действиях, познают и продемонстрируют миру истинные потребности и нужды нашего греко-православного народа.
Дионисий Саввопулос в одном из своих интервью сказал заслуживающие внимания слова: он предложил провести децентрализацию и создать города, число жителей в которых не будет превышать 100000. Он подчеркнул: «Но и этого недостаточно. Это только организационная мера. Каждый город также должен быть связан с чем-то трансцендентным, и пусть даже это кажется сказкой. И это высшее, приносящее успокоение, не может не быть связано с Восточной Православной Церковью, которая была нашей духовной основой в течение веков. В этом нет ничего забавного. Мы должны говорить о Церкви без снобизма и бездумного отрицания. Разве не должен, спрошу вас, так называемый интеллектуал обращаться к тому, о чём говорили его деды? Я думаю, что человек поверхностный, связанный предубеждениями, совершенно неспособен общаться с другими людьми — своими сородичами»36.
Живым свидетелем этого православного Предания должен быть всякий верующий — клирик и мирянин. Но особым образом миссия нести это свидетельство молодым возложена в школе на богослова.
Этот труд тяжёл, зачастую он становится крестным подвигом, потому что противостоит атеизму и секуляризации. Так богослов участвует в Кресте Христовом, который несёт жизнь и воскресение его народу. В этом крестовоскресном свидетельстве обретается и подлинность богословского приношения. Православный богослов бодрствует и строго бдит, чтобы его свидетельство было действительно православным. Все мы знаем, что атеизм на Западе имел причиной ложное истолкование Евангелия в западном христианстве. Не будет преувеличением сказать, что в нашей стране безумная война против Церкви вызвана тем влиянием, которое наши политики, учёные, журналисты испытывают со стороны Запада: отождествляя Православие с западным христианством, они несправедливо переносят на нашу Церковь то негодование, которое испытывают (и совершенно обоснованно) западные европейцы против своих отпавших от истины церквей. Макрияннис заметил это и протестовал против гонений на православное монашество Греции, которое злоречиво отождествлялось с западным монашеством: «Они распустили многие монастыри. Они пришли к согласию с баварцами и продали дискосы, потиры и все святыни на рынке, обратив живые святыни в ничто... Исчезли повсюду монастыри, а несчастные монахи, которые прежде гибли в сражениях с турками, умирают теперь от голода на дорогах. А ведь их монастыри были первыми бастионами нашего восстания: там были наши цейхгаузы, и хранилось всё необходимое для битвы. Турки не обращали на монастыри особого внимания. Монастыри были тайной для них. И несчастные монахи жертвовали собой, и многие погибли на войне.
А баварцы повсюду сравнивают их с капуцинами в Европе, умалчивая о том, что это почтенные и благословенные труженики, живущие в бедности, собственными руками, в непрестанном труде и молитве добывающие хлеб насущный. Анафематствованные политики нашей отчизны, развращённые архиереи и туркоприверженный Костакис Скинас пришли к соглашению с баварцами и разрушили и разрыли все храмы монастырские»37.
Все мы несем ответственность за то, чтобы Православие не предстало как просто одно из радикальных решений актуальных проблем, чтобы оно не было отождествлено с прагматическим западным христианством.
Много раз наше богословие, наше благочестие и наша паства доходили до опасной черты в увлечении Западом. Но «бог Запада» не есть Бог православных и не может быть принят никем из тех людей, кто жаждет торжества свободы. Это озападнивание было вызвано нашими собственными ошибками и грехами, за которые мы должны смиренно просить прощения у Бога и у народа Божия, дабы вернуться нам к апостольской простоте и присутствию Церкви в мире. Эти просчеты и провалы не имеют оправдания, так как они вредят Церкви и православному образованию. Церковь, несмотря на все ошибки её представителей, есть единственное место, где может осуществиться обожение людей. Любая идеология, даже при нравственном образе жизни ее представителей, калечит человека и духовно оскопляет его.
Идеологии только обещают человеку освобождение, а на практике приводят его к худшему рабству. Как заметил педагог Феодор Папаконстантину, «имея умонастроение безрассудной революционности, мы легко отклоняемся от цели и впадаем в ещё более жестокую тиранию... Современная педагогика, чрезмерно стеснённая психологическими и социологическими теориями, обычно добивается уступок и соглашений, в конечном счёте несвободных. Она выступает под лозунгом освобождения, а на практике ввергает человека в рабство. Например, во имя свободы душевной жизни от «табу», от естественных и социальных запретов, она порабощает человека страстям. Во имя прогресса она ведет к экологической катастрофе. Во имя разрушения существующего положения дел — к обезличиванию...»38.
Представители атеистических идеологий лукавят, когда во имя «свободного», «непредвзятого» обучения требуют удаления Церкви из школ. Ведь обучение не может существовать без ориентиров. Обучение, не имеющее ориентиров и основанное только на свободном обмене идеями, означает глубинную замену греко-православного христианского образования — атеистическим материалистическим образованием и созданием такого человеческого типа, который угоден представителям атеистических идеологий.
Наша Святая Церковь и греко-православный народ должны понять, что ситуация дошла до решающей точки. Сейчас требуются свидетельство и исповедание православной веры и греко-православного Предания нашего народа. Мы находимся перед лицом нового арианства, нового иконоборчества, нового варлаамитства, нового идеологического тоталитаризма, нового, бесчеловечного «гуманизма». Многовековая история, живоносное греко-православное Предание и выбор греческого народа, который остаётся верным своей Церкви, никому не дают права совершить насилие над историческим сознанием народа и над его волей, изменить его греко-православное сущность. Такое покушение, по моему скромному мнению, будет «дерзостью» в древнегреческом смысле этого слова — в смысле нечестивого нарушения пределов дозволенного.
Будем надеяться, что тех, кто затевает подобное, чему-то научит и неприятие народом закона о гражданском браке39, с одной стороны, и угрожающий рост преступности в результате каждодневного навязывания атеизма и культа материальной жизни, распространение нигилизма и безнравственности — с другой.
В наше кризисное время Православие не только нельзя изымать, исключать из национальной жизни и образования страны, но оно должно быть востребовано и объявлено единственной надеждой как молодых греков, так и всех людей вообще.
В стране, где существует столько свидетельств, столько знаков и напоминаний о новой благодатной жизни во Христе, нельзя позволить истребить их варварскому и бесчеловечному атеизму павшего западного человека. Атеизм в нашей стране обернется «мерзостью запустения, стоящей на святом месте»40, «где не должно»41.
Бог да подаст благодать Свою всем нам, священному клиру и благочестивому народу, дабы проявить должное бдение, верность, боевой дух и свидетельство!