Выше мы уже немало сказали о методе православного обучения.

Наш Педагог Христос указует правильный метод. Этот метод кратко описывает святой Василий Великий в анафоре своей литургии: «Но Бог, быв предвечный, на земле явися, и с человеки поживе. И от Девы святой воплотивыйся, истощил Себя, зрак раба приим, став сообразным телу смирения нашего, дабы нас сообразными сотворить образу славы Его».

Сын Божий как наш Педагог спасает нас Своим неизреченным и неизъяснимым истощанием (греч.: кеносис). Господь усвоил нашу немощь и недостатки, дабы претворить нашу природу в полноту совершенства.

Православный педагог все соотносит со смирением Христовым. В качестве нравственного образца он не предлагает самого себя, но Христа и святых Его. Он не предлагает своё собственное богословие, но богословие Церкви, богословие святых соборов и святых отцов — опытное святоотеческое богословие. Иначе говоря, он богословствует «рыбарски, а не аристотельски»30. Его богословский метод — это следование святым отцам. Он скрывает себя, чтобы явить Христа. Как сопровождающий невесту, он направляет невесту-душу к Жениху Христу.

Смирение есть основание православной жизни и православного нрава, православного образа мыслей и православного благочестия, православного искусства (живописи, архитектуры, музыки) и православного богословия. Смирение делает всё это православным, то есть ставит в центр Богочеловека. Православный народ в Православии научился святому православному смирению как образу жизни.

Все учители Церкви, от святых апостолов до новопрославленного святого Нектария Пентапольского, были смиренны.

Смиренный православный педагог не ощущает и не ставит себя выше обучаемых, ибо почитает себя самым грешным из всех. Он чтит и не притесняет свободу учащихся. Именно смирение дарует ему понимание высшей добродетели, с помощью которой, согласно святым отцам, он находит для каждого человека особое духовное обращение. Имея смиренный церковный образ мыслей, он не только учит, но и учится от учеников своих. Он основывает педагогический труд на молитве и постоянно просит благодати Божией, которая бы просветила и изменила и самого учителя, и его учеников добрым и богоприличным изменением, чтобы учитель не стал препятствием в действии Божественной благодати на обучаемых.

Когда мы полагаемся на самих себя, на свою нравственность, свою образованность, на собственный опыт и достоинство — мы препятствуем действию благодати Божией в наших учениках. Пастыри или педагоги, мы часто совершаем ошибку, когда пытаемся сделать христианами своих слушателей, забывая, что сначала сами должны стать христианами. Такое самодовольство приводит нас к духовным и педагогическим неудачам. Если мы сами не живём верной, православной духовной жизнью и не «совлекаемся ветхого человека с делами его», облекаясь «в нового, который обновляется в познании по образу Создавшего его»31, то наше богословие, наше пастырство, наша педагогика не будут православными и не дадут плодов. Поэтому апостол Божий Павел, ревностный подражатель Педагога Христа, призывал всех бежать и сам бежал и стремился «к цели, к почести вышнего звания Божия во Христе Иисусе»32, усмиряя и порабощая тело свое, «дабы, проповедуя другим, самому не остаться недостойным»33.