Летом 2021 года прекрасным июньским днем я снова приехала навестить Анну. Мы сели на качели во дворе; там было красиво и тепло, и пение птиц сопровождало нас, создавая звуковую атмосферу. Мы сидели бок о бок с фотоальбомом на коленях, и Анна знакомила меня с фрагментами ее истории. Это позволяло мне лучше узнать ее прошлое, ее семью и, таким образом, рассказать о ее жизни. Для большинства из нас фотоальбомы выглядят одинаково: снимки младенческих улыбок, первые школьные годы, рождественские вечеринки, семейные каникулы… Короче говоря, это образы, увековечивающие знаменательные моменты нашей жизни.

Анна была очень хорошенькой блондинкой с голубыми глазами. Некоторые из ее фотографий были сделаны до того, как ее удочерили. Они были переданы на попечение Общества помощи детям – органа, ответственного за удочерение, который и передал их в приемную семью Анны. Кроме того, у Анны сохранилось письмо, которое написала ей одна мама из приюта, из семьи, от которой она получила нежность и привязанность. Перелистывая страницы альбома, я заметила, что Анна показывает пальцем на фотографии приемных родителей, называя их по-другому: она говорила «отец» и «мама». Однако некоторые из ее идентичностей называли их иначе: «злой человек» вместо «отец» и «мать» вместо «мама».

Я наблюдала за выражением лица Анны на ее детских фотографиях, и там она улыбалась, но в ее взгляде уже чувствовалась грусть.

Я всегда выглядела грустной. Я даже могу увидеть испытываемый мной страх на некоторых из этих фотографий.

– Анна

Среди фотографий меня поразил один снимок: Анна (ей, кажется, там четыре или пять лет) одета в милое синее платье, белую винтажную шляпку, подходящий шарф и женские туфли-лодочки, черные и коричневые, слишком большие для нее. Кажется, она вышла прямо из 1920-х годов. Мы посмеялись над внешностью этой маленькой девочки. Было ли это признаком того, что в ее голове уже существовало много чего, или это был просто безобидный выбор одежды для ребенка, который с удовольствием носил разноцветные туфли?

На протяжении всего просмотра фотоальбома я пыталась расшифровать выражение лица Анны: раскрывали ли эти снимки чувства, сопоставимые с чувствами других детей, у которых, в отличие от нее, было нормальное детство? Мне было ясно, что некоторые фотографии отражали душевное состояние маленькой девочки, жившей в страхе и печали. Мне было очень грустно это констатировать. И затем на некоторых из фотографий я заметила вызывающий взгляд, несмотря на немного принужденную улыбку. То же самое можно было сказать и о подростковых фото.

Каждый раз, когда я смотрю на себя на этих фотографиях, я вижу себя обеспокоенной, озабоченной, потерянной, сбитой с толку и грустной.

– Анна

При виде некоторых из этих изображений Анна призналась мне, что не сохранила об этом моменте никаких воспоминаний. Я заметила, что животные и природа занимали особое место в этом альбоме; очевидно, для нее это были самые приятные воспоминания. Она показала пальцем на дерево, которое росло во дворе дома, где она собиралась укрыться. Она взбиралась на этот маленький клен, когда чувствовала гнев. Он стал ее другом, и она чувствовала, что он ее понимает. И когда она испытывала сильную печаль, она пряталась в роще, чтобы поплакать и поискать что-нибудь в утешение. Ей просто не к кому было обратиться.

На нескольких фотографиях, сделанных в подростковом возрасте, она также видна со своими первыми хищными птицами, совой Мисти и соколом Бубу. Она открыла у себя дома мини-зоопарк и содержала там несколько видов животных. Она выглядела такой счастливой в их обществе. Видно было, что она находится в своей стихии. Вырезка из газеты о мини-зоопарке Анны – это одно из воспоминаний, увековеченных в фотоальбоме.

Я указала Анне на то, насколько она красива на некоторых своих фотографиях в возрасте двадцати с небольшим, добавив, что она могла бы быть моделью. Затем она рассказала мне, что занялась работой модели в возрасте двадцати лет, но, поскольку в то время она испытывала серьезные проблемы с беспокойством и имела низкую самооценку, ей пришлось прекратить это занятие, так как ее приступы паники порой становились слишком сильными.