— Это ты за нее все знаешь? Да? Сам решил? — уточняет мой противный брат через экран.

— Да!

Он задел меня за живое. Но я и себя считаю правым.

— А может быть, ты дашь ей самой возможность выбора? Не будешь диктовать?

— А может быть, ты заткнешься? — гаркаю.

Он действительно разозлил меня. Посмотрел бы я на него в такой ситуации!

— Я поеду в Красноярск, — стою на своем. — Ведь не зря Пелосси заговорил про нашу родину. Может быть, он заодно с ними?

— Если так, они бы тебя взяли у него дома, — качает головой Антон. — Там что — то сложнее. Возможно, он хотел тебя предупредить и подумал, что ты поступишь от обратного.

— Нет….

Тут я не согласен. Вот это слишком сложно.

— Послушай… Если ты уперся, то поезжай к отцу.

— Я поеду и спрошу, кто эти люди.

— Попроси у отца помощи! Там его стихия, там он как рыба в воде. И только он сможет обеспечить твою безопасность. Может, вам реально пора наладить общения.

— Петр мне то же самое сказал, — задумчиво вспоминаю.

Тем временем где — то рядом с братом раздаются шаги. Голос пожилой женщины интересуется:

— Можно?

— Конечно, Клавдия Викторовна.

— Идем, Антош. Котлетки готовы. Поможешь мне, пюре помнёшь.

На этой сцене у меня просто пропадает дар речи. Ковер, кот, котлетки. Что ещё там у моего брата?

Осталось только бабуле помахать рукой в экран. Поздороваться с внучкой.

Но вот внучка этого совсем не хочет. Она, наоборот, кидается от моего телефона вбок, ближе к дверям, чтобы ее не заметили.

Бабуля не в курсе, что происходит, и как эта девушка рисковала, пробираясь сюда.

— Я сейчас приду, — улыбается Антон невидимой нами собеседнице.

Шаги снова раздаются, но тут же стихают. Видимо, бабушка ушла.

— Ты обеспечил охрану своей «скорой помощи»? — интересуюсь. — Из ресторана ее выведут, а дальше?

— Ее ждет мой человек, — кивает Антон и добавляет: — Кстати, если что, я сейчас в Штатах. Хожу на работу, веду обычный образ жизни.

— Кто бы сомневался, — ворчу. — Ты бы сам к отцу съездил и все ему рассказал о себе.

Вижу, что брат только хмурится.

— Ладно, хватит. Иди, ешь пюре

Взмахиваю рукой, понимая, что он так и не назовет свое местоположение, и отключаю экран, пока он снова не начал промывать мне мозг.

Алёна ждет меня у выхода. Как только равняюсь с ней, она спрашивает:

— Вы не будете против, если я немного поговорю с Анной? Мне нужен совет по реабилитации Антона.

Смотрю на нее внимательно.

— Тебе не страшно во все это ввязываться? — откидываю субординацию. — Это действительно опасно. У тебя родители есть или только бабуля?

Вижу, что она бледнеет. Как будто бы я задел больную тему.

— Я в своей жизни видела такое, Артур Антонович, что меня теперь сложно чем — то напугать. Я живу не в мире розовых пони.

Знакомая ситуация, думаю про себя.

Вспоминаю наше знакомство с Анной и то, в какой атмосфере мы первый раз встретились. Как она не решалась попросить о помощи.

— Хорошо, вы поговорите с Анной. Только дождитесь моего человека, чтобы он вас проводил.

— Угу, — кивает Алена.

Чувствую, что эта девушка уже входит в зону ответственности Щербинских.

Провожаю Алёну взглядом. Сам решаю зайти в туалет. Двигаюсь к санузлам, которые здесь не разделены по полу.

И тут дверь одного из них распахивается, являя мне знакомую брюнетку.

— Артур, пожалуйста, помогите мне!

Меня цепко хватают за запястье и утягивают в одну из кабинок.

Камила…

Итальянка начинает меня раздражать! Может быть, они с отцом, правда, ничего не знают и не в курсе, и она увязалась за нами просто так, от скуки

Мне уже притомило с ней носиться, а вот девушке, похоже, я не надоел — она полна решимости.

— Я так хочу вас, Артур, — выдает она.

Вот это да.

Нет, мне, разумеется, так уже говорили. Особенно с тех пор, как я крепко встал на ноги в бизнесе.

Есть те, кто готов на все, чтобы пробраться в мою постель и на мой член. Но от Камилы я, честно, такого не ожидал.

Хотя, итальянка. Может быть, темперамент?

— Послушай, я не...

— Это же не из — за Анны? — перебивает Камила. — Она ведь не значит для вас ничего?

Ответ чуть не вылетает сам собой, но в это же мгновение в мое ухо раздается голос Ивана:

— Шпионка рядом с вами в кабинке.

Черт.

— Нет, это чисто мои принципы, — отвечаю Камиле, а сам оглядываюсь в туалете, делая вид, что говорю про обстановку, — не люблю грязь.

Впрочем, фраза эта очень правдива.

— Тогда, может быть, встретимся? Но только не у вас за ужином… — девушка идет напролом. — Где — нибудь наедине.

Мычу что — то нечленораздельное. Не могу выдать, что я уже несколько месяцев безоговорочный однолюб.

Камила крепче прижимается ко мне, тянется полными губами к моим губам. Чувствую запах ее помады, и меня начинает подташнивать.

Опускаю большой палец на ее губы, чуть отодвигая ее от себя.

— Прости, не люблю целоваться.

Она раскрывает рот и обхватывает мой палец прежде, чем я успеваю что — либо сделать.

— А я люблю.… — она посасывает палец.

Черт возьми, что у неё в голове?

Мой организм, конечно, не реагирует, но девушка, похоже, хочет добиться реакции. Ее ладошка тянется к моему паху.

Ну уж нет.

— Скоро начнется поздравительная часть, — я освобождаю палец из рта и перехватываю ее руку, — нехорошо.

— А вы строгий, — она взмахивает ресницами. — Надеюсь, я не испортила впечатление о себе? Вообще, я совсем не такая… Просто это вы так на меня действуете.

— Ну, разумеется, — хмыкаю.

— Буду ждать вас в зале, — она смотрит искоса и вылетает из кабинки.

Я подхожу к раковине и тщательно, на несколько раз, мою руки.