Анна все ещё хлопает ресницами, разглядывая дока–2.

Поглаживаю ее руку.

— Анечка, мы сейчас.

— Артур?! — только и может произнести она.

Я склоняюсь к ее уху, делая вид, что целую в щеку, а сам шепчу:

— Это по поводу Антона. Помнишь, мне звонили? Это она.

Я действительно целую любимую в щеку. С трудом отрываюсь от ее кожи, и смотрю в глаза.

Короткий зрительный контакт — и мы как будто обо всем договорились.

Я киваю рыжей на вип — зону ресторана. Она идет чуть впереди, я следую за ней.

Внутри холодеет от тревоги. Что происходит?! Что — то с Антоном?

С другой стороны, плохие новости наверняка настигли бы меня раньше. Я был бы в курсе.

Значит, ситуация до сих пор подвешенная.

Мы проходим на верхний этаж, в зону с приглушенным светом. Здесь царит атмосфера уединения — мягкие тени, тяжелые портьеры и полупустые залы, отделенные друг от друга.

Охрана пропускает нас без лишних вопросов. Мы садимся на жесткие черные диваны в отдельном помещении, где можно говорить без свидетелей.

Незнакомка разворачивается ко мне.

— Вы узнали меня?

Киваю.

— Да. Где Антон?

Вместо ответа она открывает сумочку, достает телефон и нажимает. Я впиваюсь взглядом в экран и вижу лицо своего брата.

Он сидит на фоне старого советского ковра. Красно — коричневого, с узорами.

— Что, черт возьми, происходит?! — вырывается у меня.

Девушка перехватывает мой взгляд на ковер и тихо поясняет:

— Бабушкин любимый. Ей подарили его на свадьбу.

Господи, что это вообще? Как Антон оказался в этой декорации?

Сканирую брата взглядом через экран. Он вроде бы выглядит неплохо. Не похудел, не осунулся, и щетина вполне приемлемая для человека, который скрывается за городом.

На нем обычная черная футболка. Слава богу, не старая рубашка покойного дедули — блять, у меня уже лезет черный юмор!

— Привет. Ну и во что ты встрял? — интересуюсь я.

— Это я — то? — он вскидывает бровь. — Хотя....

— Давай о деле. Где ты находишься, черт подери?! Твои координаты. Ты же понимаешь, что я не отпущу ее, пока все не узнаю, — ловлю взгляд рыжей, в котором проносится отчетливый страх.

У меня нет цели ее пугать, но что я могу сделать? Я не знаю, на какой стороне эта девушка и не работает ли она на тех, кто взял моего брата в заложники.

Хотя для заложника Антон выглядит слишком уж довольным.

— Так, не пугай моего доктора, — брат реагирует.

По голосу понимаю, что эта рыжая особа уже под его защитой. Она даже выдыхает после этих слов.

— Я нахожусь в Подмосковье. В гости не приглашаю, домик слишком маленький. А мы тут и так втроем.

На этих словах большой рыжий кот прыгает ему на колени и начинает тереться о футболку, оставляя там кучу шерсти. Да, более непривычного мира для супер — успешного программиста и придумать нельзя.

Наконец он переходит к сути.

— Мы выследили их, вскрыли переписку, — говорит брат.

Я тут же подбираюсь.

— Что там?

— Сам понимаешь, они не будут всё обсуждать в сообщениях. Но ситуация обстоит так: тебя больше не хотят убить.

— Тогда какого черта их люди делают здесь?

Антон усмехается.

— Ты, я смотрю, тоже зря времени не терял.

Я кошусь на рыжую, и Антон тут же успокаивает:

— Можешь говорить все прямо. Алёна — наш человек.

Да уж, как — то быстро она стала для него своей. Впрочем, мне ли судить?

— Так что они задумали?

— Они хотят выкрасть тебя. Ты нужен им живой и невредимый. Дан приказ, чтобы ни один волосок не упал с твоей головы.

— Как — то раньше они об этом не беспокоились, — хмыкаю. — Когда вломились ко мне в дом, было ощущение, что хотят не просто меня покалечить, а причинить адскую боль.

Антон пожимает плечами.

— Значит, ситуация изменилась. Второе — они не хотят действовать в Москве.

— Вот это уже интереснее. Значит, сейчас просто следят и собирают информацию?

— Скорее всего, да. Не зря были в курсе, что ты отправляешься в Италию. Сейчас они могут ждать любой твоей поездки, куда угодно. Питер, Красноярск, Европа… По факту они ждут, когда ты покинешь свою территорию.

— Звучит логично, — киваю.

— Поэтому сиди в столице и не рыпайся, пока мы их не найдем.

— И сколько это будет продолжаться? И кто «вы»? Ты, бабуля и кот?

Сбоку раздается тихое хихиканье рыжей. А мой брат вдруг зависает, глядя в экран, и смотрит он совсем не на меня.

Мне так и хочется пощелкать перед ним пальцами.

— Щербинский, соберись! — я привлекаю внимание. — Расскажи, что с тобой случилось? Где ты познакомился с врачом скорой? Не в интернете же.

Кидаю взгляд на рыжую. Та смотрит на моего брата через экран.

Антон вздыхает.

— Мне пытались подстроить аварию.

— Уверен? — хмурюсь.

— Процентов на восемьдесят. Все выглядело очень странно.

— И что, ты вызвал скорую? Отказался от госпитализации и отправился прямиком под ковер?

Брат усмехается и качает головой.

— Нет. Алёна ехала не в скорой, а в своей собственной машине. И подобрала меня.

Вот оно что. Внимательно смотрю на рыжего дока. Она, походу, такая же добрая, как моя. И отчаянная.

— В больницу он ехать отказался, — вступает Алёна. — Пришлось забрать его к себе.

Усмехаюсь.

— Вы, наверное, кота так же подобрали?

Она распахивает глаза от удивления.

— Откуда вы знаете?

— Ну, прослеживается ваша привычка, — уже откровенно смеюсь.

Брат тоже ржет по ту сторону экрана.

Потом в момент делается серьёзным.

— Артур, сиди в Москве, пока я и мои люди выясняем, что происходит. От тебя требуется только вывести из ресторана Алёну. И всё.

Раскомандовался!

Я, конечно, уже понял, что девушка не представляет опасности, а скорее наоборот. И безусловно, я о ней позабочусь.

Но волнует меня сейчас больше всего другое.

— Ты же понимаешь, что это ожидание может затянуться? Нужно действовать. Ловить на живца.

Брат убирает с колен кота и нависает над экраном.

— Под живцом ты подразумеваешь, конечно же, себя? Правильно понимаю?

— А кого ещё? — говорю серьёзно. — Нам нужно спровоцировать их.

— Артур, это очень рискованно, — брат качает головой.

— Я никогда не боялся риска.

— Ты теперь не один, — напоминает Антон. — Есть Анна.

— Ею я рисковать не намерен.

— Это понятно, — брат соглашается, но продолжает давить, — но ты нужен ей.

Рыжий доктор притихает сбоку и, кажется, даже не дышит, пока Антон словно гвозди вколачивает справедливые слова:

— Артур, ты не можешь так поступить со своей любимой женщиной. С той, которая тебя любит. Один раз в жизни у тебя такие искренние отношения. Я не позволю тебе все это разрушить.

Каждое слово внутри меня отдается болью, но мне тоже есть что сказать.

— А дальше что, Антон? Жить вот так, в постоянном страхе? Это сейчас нам удается изображать, что она — простое увлечение. Любовница, которая раньше была врачом. Почти как трахать массажистку. Простите, док, — поднимаю ладони в сторону рыжей. Та хмурится. — Сейчас никто не знает, что эта женщина для меня всё. Но сколько это продлится? Я хочу жениться на ней. Хочу детей. Если ее статус будет очевиден, она станет мишенью номер один. Постоянно держать ее в золотой клетке? Она уже сейчас ею тяготится. Ей хочется выйти на работу, жить свободной обычной жизнью!