Сжав в ладони стакан лимонада, наблюдаю за гостями. Как же сильно мне хочется сбежать отсюда! Особенно когда вижу, как моя сестра вьется вокруг Ильи. Наверное, меня должно успокаивать то, что сам именинник почти не оказывает ей никаких знаков внимания. Только те, которые предусмотрены этикетом.

И все равно я схожу с ума, когда она его касается.

Именно в такие моменты я все чаще начинаю думать о том, что, возможно, мне стоит согласиться на предложение Ильи и начать отношения с ним. Только вот в качестве кого? Если он до сих пор помолвлен с моей сестрой, мне может достаться только роль любовницы, а на нее я не согласна.

— Что-то ты какая-то грустная, — произносит подруга моей сестры, Камилла.

Повернув голову, сталкиваюсь с ней взглядом. Не люблю ее почти так же, как и сестру. Ладно, сестру немножечко люблю. У нас с Машей вообще все немного странно. Иногда я правда верю в то, что питаю к сестре теплые чувства. Все же в наших отношениях было не только плохое. Но иногда она так меня бесит, что я ее практически ненавижу.

— Не моя тусовка, — отделываюсь простой, но понятной отговоркой.

— Ну она должна стать твоей, теперь ты в ней будешь частой гостьей.

— С чего вдруг? — настороженно спрашиваю. Мне кажется, Камилла может подозревать, что нас с Ильей что-то связывает, и это пугает.

В высшем обществе не существует настоящей дружбы. И если у той же Камиллы появится повод утопить мою сестру в скандале, она это сделает.

— Так Мари же выходит замуж за нашего губернатора, а ты за ней, как хвостик болтаешься.

— Хвостик? — хмыкаю, едва сдерживаясь, чтобы не плеснуть лимонадом в лицо нарывающейся на “любезности” Камилле. — Я вообще-то даже не живу в этой стране.

— Ну сейчас-то ты тут, — она коротко пожимает плечами. — Станете с Ильей родственниками, — тянет она, всматриваясь в мое лицо. — Будете часто видеться.

— Он будет мужем моей сестры, а не моим. С чего вдруг я должна с ним часто видеться?

— Кстати, как тебе Давуд? — она внезапно переводит тему. — Хороший парень. В смысле мужчина. И… как бы это сказать… немного опасный. Бизнесмен, завидный жених. Ты бы присмотрелась.

— Ты так описывала его, что у меня складывается впечатление, что он тебе нравится. А если так, то попутного ветра в его сторону.

— Он так рьяно взялся за тебя в начале вечера, что я думала, пойдет в атаку. Будет завоевывать неограненный бриллиант Ольховских. А Илья взял и отшил его. Наверное, беспокоится, чтобы ловелас Алиев не поймал в свои сети его будущую свояченицу. Нежный цветочек, который Давуд легко может испортить и прославить на весь город.

Камилла склоняет голову набок и сверлит меня взглядом.

Она знает. Точно знает.

Меня накрывает паника. Ладошки потеют, а тело окатывает ледяной волной.

Прищурив свои кошачьи глаза, подруга моей сестры продолжает всматриваться в меня настолько внимательно, что даже кажется, будто она может прочитать мои мысли.

— Не переживай, твоя тайна останется со мной, — подавшись ко мне, доверительно произносит она.

— Не понимаю, о какой тайне речь, — бормочу, сама не веря в свои слова.

— О, да брось. Мы же почти сестры, — улыбается она. Но я не ведусь на эту добродушность, потому что знаю цену дружбы в высшем свете.

— Я, наверное, поеду домой. Мне и правда здесь скучно.

— Куда это ты собралась? — раздается слева голос сестры, и я перевожу на нее взгляд.

— Домой. Я… мне здесь не нравится.

— Ну уже поздно об этом думать, — Камилла снова привлекает к себе мое внимание. — Эта вечеринка продлится до утра.

— Меня это мало интересует.

— Для каждого здесь забронирован номер, — добавляет она.

— Хватит, Анфиса, — раздраженно бросает Маша. — Здесь весело всем, кроме тебя. Смени уже кислую мину на нормальное выражение лица. И не позорь меня. Приехала, значит, веселись. Все знали, что тусовка до утра.

— Да, только меня ты забыла поставить в известность.

— Пф, — фыркает Маша, как будто я сказала какую-то глупость. — Я вообще не собиралась брать тебя с собой.

— Пойду… освежусь, — цежу сквозь зубы.

Вручив стакан сестре, оставляю ее с подругой и направляюсь в дом.

Надо вызвать такси и поехать домой. Почему я вообще согласилась на эту поездку? Глупая. Надо было притвориться больной, и тогда мама не смогла бы настоять на моем присутствии на дне рождения Ильи.

Захожу в ванную, где ополаскиваю руки под прохладной водой. Прикладываю ладони к горящим щекам и смотрю на себя в зеркало.

Я в таком раздрае! Не понимаю, что мне делать дальше. Не прямо сейчас, а вообще. С Ильей, со своими чувствами, с его чувствами ко мне.

Присев на крышку унитаза, прячу лицо в ладонях и тихонько стону.

Перед глазами наша ночь с Ильей. Тот несчастный котенок; суровый, злой бизнесмен. Приют для животных, а потом самая счастливая ночь в моей жизни! Горячие руки, нежный шепот, удовольствие, тугой пружиной закручивающееся в животе, а потом выстреливающее так, что весь окружающий мир меркнет. И слова, которые я никогда не забуду…

— Я никогда не встречал такую, как ты… Ты особенная… Нежная… Потрясающая… Я хочу, чтобы ты осталась… Кажется, я влюбился. Впервые в жизни. С первого взгляда.

Я тогда еще смеялась, что вовсе не с первого. С первого он на меня разозлился за то, что бросилась под колеса его машины. А он парировал, что точно с первого, потому что невозможно злиться на женщину, к которой ты равнодушен.

Вздохнув, встаю и иду на поиски своей сумочки. Забираю ее с шезлонга во дворе и снова направляюсь в здание, пытаясь вызвать машину в приложении. Огибаю колонны и направляюсь на выход.

Потом вспоминаю, по что одета и иду сменить наряд на тот, в котором приехала. Как только надеваю свою “броню”, покидаю ванную комнату и иду к ресепшену. Но дойти не успеваю. На мой локоть ложится горячая ладонь, и я едва не вскрикиваю от испуга. Но проглатываю крик, когда вижу, что меня за руку держит Илья.

— Далеко собралась? — цедит он недовольно, впиваясь в мое лицо яростным взглядом.

— Домой.

— Ты никуда не поедешь, — рычит он и тащит меня по темному коридору к какой-то комнате.