Круг из полированного камня с выбитыми символами пяти стихий стал моим единственным развлечением на очень долгое время. Я садился в него с утра и не вставал до тех пор, пока ноги не начинали неметь, а спина гудеть от напряжения. Вычерченные на нём руны служили проводником между моим телом и энергией, которая жила вокруг меня. Ци текла по телу неохотно, как патока в зимний холод. Всё дело было в том, что ей негде было остановиться.

Она проникала через дыхание и вместе с ним выходила, так и не обнаружив себе уютного прибежища. А ведь оно почти было готово. Я ощущал всеми фибрами своего естества, что до раскрытия меридианов мне осталось совсем немного. Ещё один финальный рывок и смогу использовать ци на уровне полноценных техник. Удивительное ощущение, чувствовать зарождение нового органа в теле, доселе не существовавшего. Это, как если бы я отрастил второе сердце, только с возможностью ощущать каждую его клеточку в любую секунду. И стоило ли говорить, что на данный момент это стало моим главным приоритетом и надеждой.

Если и бежать, то бежать, вооружившись всем, что может предложить мне Академия. Ресурсы, знания, техники, всё это должно сыграть не последнюю роль в намечавшемся плане, в котором ещё присутствовали кое какие дыры, потому что уж чего, чего, а тщетных иллюзий я не строил, воочию увидев силу своих наставников. Люди способные голой силой стирать целые городские кварталы вместе с их обитателями, обладают несопоставимыми со мной возможностями для поиска. Поэтому, пусть я прямо сейчас и не смогу сравняться с ними в силе, но хотя бы пойму куда двигаться, чтобы понять главное — как от них сбежать. И, как мне казалось, кое-что я придумал.

Я закинул в рот очередную идеальную сваренную пилюлю и запил её родниковой водой из кувшина. Тепло разлилось по груди, спустилось в живот и через некоторое время растеклось по рукам и ногам. Ци потекла заметно быстрее, и я вновь закрыл глаза, пытаясь протолкнуть её туда, где, как мне казалось, скрывались каналы.

Вместо этого она потекла в мышцы, кости, сухожилия и суставы, напитывая энергией и укрепляя их для будущих сражений. Я открыл глаза, чтобы закинуть в рот ещё одну, как вдруг увидел перед собой распахнутую дверь, в которой стояли стражники.

— Магистр Ши ждёт, — сказал один из них, не забыв приправить голос заметными нотками отвращения.

Они видели во мне чудовище.

Не потому, что я убил несколько человек в стенах Академии и нарушал правила на ежедневной основе, нет. Я был для них чудовищем иного порядка. Аномалия, которая никак не вписывалась в выстроенный членами организации мир. Другого неофита на моём месте бы давно уже убили, четвертовали и выбросили останки на улицу, но только не меня. Меня обложили казёнными ресурсами, знаниями и буквально насильно тащили вверх по лестнице силы там, где другие вгрызаются зубами ради маленького шажка. Именно это их всех и раздражало и каждый хотел бы оказаться на моём месте.

Вот почему я был для них чудовищем. Химера. Гомункул. Существо, которое по логике их мира, не должно существовать в стенах Академии. И раз они меня так видели, то грех не воспользоваться случаем и ещё больше укрепить свою репутацию.

— Что ему теперь от меня надо?

Глаз охранника задёргался, а лицо заметно побелело.

— Он мне не сказал, то есть… — он оступился и неловко прочистил горло, натягивая фальшивую личину стражника, — сказано ждёт, значит ждёт. Собирайся!

Я медленно встал. Нищему собраться, только подпоясаться, поэтому лишь поправил ханьфу и вышел в коридор.

— Смотри, чтобы никто не зашёл без моего ведома, и сам ничего не трогай. — Не глядя бросил второму охраннику и последовал за человеком.

Стражник всю дорогу молчал, лишь изредка поглядывал на меня из любопытства. Я шёл за ним в неизвестную мне часть Академии. Сначала мы спустились по башне, в которой находилась моя комната и комнаты высокопоставленных членов организации, а затем резко свернули по коридору. Не знаю выбрал ли он случайно этот маршрут или всё так и было запланировано, но мы ни разу не оказались на улице, блуждая по бесконечным тоннелям и переходам.

— Сюда, — бросил стражник, указывая в узкий проход, ведущий куда-то глубоко под землю.

Мы долго спускались по винтовой лестнице, освещаемой редкими факелами и масляными фонарями и оказалась напротив двери. Она была выполнена из чёрного железа, массивная, без ручек и даже замочных скважин. Стражник внезапно остановился и молча кивнул на неё.

— Открывай.

— А сам что? Если уж начал играть роль проводника, то отыгрывай её до конца. Провожай.

Мужчина недовольно нахмурил жиденькие брови.

— Не приказано. Магистр Ши приказал доверить это тебе. Так что открывай.

Интересный приказ, но спорить не стал. Я внимательно осмотрел дверь, убедившись, что на ней не было ни тайных отверстий, ни ручек, за которые можно потянуть, а затем приложил к поверхности ладонь.

Ци… плотная, сконцентрированная в одном месте ци! Она защекотала кончики моих пальцев и пробежала мурашками по ладони до самого запястья. Я слегка улыбнулся и надавил на дверь, понимая, что это очередная проверка. Усилий одной руки оказалась мало и вскоре я навалился всем весом и продолжил давить.

Она лениво поддалась, и под скрип железных ставней отворилась лишь после серьёзных усилий.

За ней меня ждала комната. Стены, пол и потолок были выполнены из камня, тускло поблёскивающего в свете редких факелов. Всё помещение больше напоминало собой подземные катакомбы, если не брать в расчёт отсутствие клеток, пыточных инструментов и бренчащих на стенах цепей.

Как только я ступил через порог и дверь захлопнулась за моей спиной, я ощутил невероятное скопление духовной энергии. Она была везде и давила на плечи, грудь и голову с такой силой, что мне едва удавалось оставаться на ногах. У меня сразу сложилось впечатление, будто оказался на другой планете, где гравитация раза в три, не меньше, превышала земную. По крайней мере мне так казалось.

Однако не одним давлением на меня влияла ци. Она просачивалась сквозь кожу, мышцы, кости и заставляла сердце биться чаще, а ладони покрываться потом. Все мои внутренние процессы словно ускорились в несколько раз, такое ощущение, что даже ощущение ци заработало на кардинально ином уровне.

Я окинул помещение взглядом и заметил, как в центре едва заметным свечением выделялись руны, похожие на те, которые были у меня в комнате. Сначала подумал, что это очередной круг для медитации, но потом ощутил, что он и был источником из которого ключом била духовная энергия.

— А, значит уже понял. — Раздался голос Ши, и он вышел из тьмы помещения.

Один из семи магистров ордена и мой второй учитель. Больной ублюдок, который в прошлую нашу тренировку едва не убил меня. Я на подсознательном уровне до сих пор помнил ужас и боль от падения. Она фантомными ощущениями отдавалась по всему телу, заставляя его содрогаться лишь от одного голоса мастера.

Сам же человек был без ханьфу, лишь в штанах свободного покроя, перетянутых широким поясом, а в руках он держал два деревянных меча. Его торс, покрытый шрамами, блестел от пота в тусклом свете факелов, а сам Ши растянулся в маниакальной улыбке, не предвещая ничего хорошего.

— Это место было создано для улучшения таких талантов как ты или я. — Заговорил он жестом приказав мне оголить торс. — Ты уже должен быть ощутить, как давление и ускоренные процессы твоего тела реагируют на комплексное насыщение комнаты духовной энергией. Именно здесь куётся железо из боли и крови. Именно здесь, создаются настоящие воины.

Каждое его слово было правдой. Искусственно созданное пространство буквально бурлило энергией. Вот только дело в том, что здесь явно не обошлось без артефактов. Даже на вершине гор Клыка Кабана, я не чувствовал такого концентрата в одном месте, а ведь каждому было известно, что только в местах скопления силы, можно ощутить нечто подобное.

Никак не под землей в тёмной комнате, в которую не проникал даже солнечный свет.

Я скинул верхний халат и остался в одних штанах. Ши подошёл ко мне и позволил ощутить свою духовную энергию. Мало того, что он был выше меня на голову, так и в плечах был шире едва ли не несколько раз. Всё это приправлялось звериной ци, исходящей от его тела в виде незримых духовных нитей.

— Ты ведь чувствуешь её? Не так ли? — Зло улыбнулся он.

— Да, — ответил я и решил пока ничего не говорить.

— Это формация, — он кивнул на стены, — была заложена вместе с фундаментом Академии. Долгие годы здесь держали, пытали и убивали тех, кто предал Совет и глупо считал, что может шпионить ради сект. Однако, как только я стал магистром, потребовал её себе в личное пользование и превратил в Чертоги десяти ступеней.

— А что стало с пленниками? — Я спросил, заметив, как он улыбнулся ещё шире.

— Их кровь и кости всё ещё где-то в этих стенах. — Откровенно ответил Ши и поинтересовался. — Тебя это пугает?

— Нет. — Ответил спокойным голосом, сам себе удивившись, что это меня действительно не заботило. В последнее время я сильно очерствел.

Ши усмехнулся.

— Хороший ученик, но этого мало. — Он поднял свободную левую руку и показал мне десятки мелких и крупных шрамов, среди которых были и свежие. — Когда мы виделись с тобой в последний раз, Чэн отрубил мне руку, но как видишь, она уже на месте. О чём тебе это говорит?

— У вас есть способность к регенерации, как у меня. — Произнёс, стараясь изобразить почтение в голосе.

— Не как у тебя, а лучше! Знаешь почему? Потому что я над ней работал десятки лет. У тебя действительно есть талант, Ян, причем сразу несколько, поэтому не буду тебе врать. Ты за гораздо более короткое время сможешь достичь того, на что ушло у меня годы, а под моим присмотром, даже превзойдёшь. Вот только одного таланта мало. Ты с лёгкостью уделаешь любого неофита, но на данном уровне — это твой предел. Если хочешь стать сильнее, то тебе придётся развивать не только тело и техники, но и воспитывать дарованный тебе Небесами талант.

Я слишком поздно заметил, как Ши осклабился, а уже через мгновение ока перед моим лицом брызнула алая кровь. Моя кровь. Я инстинктивно отступил назад, хватаясь за рану на левом плече и заметил, как с кончика меча капала красная жидкость. Он вырвал у меня кусок мяса деревянным мечом?

Ши улыбнулся.

— Ты ведь чувствуешь это, да? Чувствуешь, как начинает ныть рана, как мясо и кожа свисает лоскутами и как рвутся сухожилия? Не отворачивайся от боли, Ян, позволь ей охватить своё тело и воспитывай талант! Только сквозь боль, унижение и скрытую в тебе ярость, ты сможешь полностью раскрыть потенциал способности к регенерации. Так же, как истинный мастер тратит лучшие материалы и годы своей жизни на полировку идеального умения, так же и ты должен выковать в себе непоколебимый стержень. Изнывай от боли, истекай кровью, полюби страдания и становись сильнее через лишения!

— Лови! — Ши бросил мне деревянный меч и ринулся в бой.

Я поймал его левой рукой, той, которую он только что исполосовал и заметил, что боль начинала отступать. Регенерация медленно, но, верно, пыталась восстановить то, что было уничтожено, подстёгиваемая обильно вливающейся в тело энергии, которой была переполнена комната, но кровь всё ещё сочилась сквозь пальцы и капала на каменный пол. Дерево было гладким, отполированным до блеска, но мне всё ещё не было понятно, как таким оружием можно было разрезать кожу и мышцы.

Атака Ши, как от него и ожидалось, оказалась слишком быстрой. Я не увидел её, а только почувствовал, когда нечто тяжелое обрушилось на мои рёбра с левой стороны. Я отлетел к стене, ударился спиной о камень и рухнул на пол, вспоминая прошлую тренировку. Одним ударом у меня не только потемнело в глазах, но и вышибло весь воздух из лёгких. Ши одной атакой сломал мне минимум три ребра.

— Вставай, — Бросил он, смахнув кровь с деревянного меча, — Регенерация уже работает, кости срастутся через несколько минут, но пока они сломаны, цени эти мгновения, когда ты дерёшься на пределе, превозмогая самого себя. Сражаться, если на теле нет ран — легко, но попробуй сделать это, в момент, когда тебя пережёвывает зверь или отрублены ноги. Вот путь истинного воина!

Я поднялся, опираясь на меч и понял, что он не шутил. Пускай атака и была действительно серьёзной, но убийственная концентрация ци насыщала моё тело, будто губку. Ребра медленно вставали на место, а мясо срасталось там, где должна была остаться зияющая рана на несколько недель.

— Уже лучше. — снова осклабился Ши Гуань и бросился в атаку.

Мой меч встретился его в выпаде, и дерево заскрипело. Я попытался уйти в сторону, сделать выпад, как научил меня Чэн, но мастер оказался быстрее. Его клинок скользнул по моему предплечью, рассекая кожу и плоть до кости. Я с трудом удержал стон, осознавая, что всё это временно, и твердя в мыслях, что всё в порядке, что я не изувечен и что всё будет хорошо. Кости срастутся, мясо нарастёт.

— Слишком медленно, — сказал он, не сбавляя темп, — ты всё ещё слишком слаб!

Я отступил, зажимая рану и тут же взмахнул рукой, сбрасывая капли крови на пол. Боль, о которой говорил Ши притуплялась приступом ярости, а насыщающая все тело энергия, заставляла рецепторы реагировать иначе.

Ши рассмеялся.

— В-о-о-о-т, да! Настоящий талант воина воспитывается только через боль и лишения. Не отворачивайся от неё, мой ученик, впитай её так, как впитываешь ци и позволь разуму наслаждаться каждым мгновение агонии!

— Раз вы так просите, мастер, как я могу отказать. — Ответил сквозь зубы и сплюнул на пол кровавую юшку.

— Да! Именно это я и хочу видеть в тебе. Не сопливого нытика, а бойца, готового зубами рвать горло! — Рявкнул Ши и вновь атаковал.

Я поднял меч для блока, но в этот раз не стал бить по клинку. Его удар пришёлся по моей левой кисти, чуть выше запястья и дерево прорубило кость, как гнилую ветку. Кисть повисла на лоскуте кожи, кровь хлынула фонтаном, а я едва сумел сдержать рвущий из горла вопль, упав на колени.

— Твоя регенерация справится, — Сказал Ши, стоя надо мной, — Через час кисть будет на месте, так что вставай!

Это через час, а пока, у меня осталась всего одна рабочая рука. Я медленно встал, второй рукой схватил собственную кисть, дёрнул, отрывая её, и зло посмотрел на мастера. Браслет Кодекса соскользнул с кисти, не удержавшись, и я мельком отметил этот факт. Сейчас в любом случае не до него. Если выживу, подберу с пола. Если нет, то трупу он уже не пригодится.

Мастер, приятно удивлённый, посмотрел на то, как моя кисть с мокрым чавканьем упала на залитый кровью пол и растянулся в довольной улыбке.

— Продолжаем, — Сдавленно прохрипел, понимая, что обратно уже не отступлю.

Я замахнулся, но удар получился слабым, и слишком медленным. Я всё же больше бахвалился, на самом деле чуть ли не рыдая внутри от жуткой боли. Я мать его, сам себе оторвал кисть! Что вообще происходит? Как я докатился до такой жизни? И почему этот грёбаный маньяк достался мне в учителя? Мне это всё вообще не упало и не интересно. Надо было оставаться в деревне и продавать лапшу!

Ши даже не стал уклоняться, просто отбил клинок в сторону и ударил меня ногой в живот. Я сложился пополам, выплёвывая остатки воздуха, и попробовал рубануть от бедра к челюсти.

— Прочувствуй её! Прочувствуй боль! — Заревел человек, выбивая у меня из рук меч и ломая вторую руку в локте. — Твой талант, позволь ему трудится, как мулу на ферме! Только боль и агония куёт железо настоящего воина. Готовься ощутить её на себе!

Ши убедился, что следующие минуты станут для меня настоящим адом. Он отбросил деревянный клинок и начал лупить по мне голыми кулаками. Удары в корпус, в голову, в руки, вернее в то, что от них осталось, и в ноги. Я пытался уходить от них в стороны, закрываться плечами и блокировать голенью, но было слишком поздно. Каждый его удар достигал цели и ломал что-то внутри.

Я ощутил, как лопнула селезёнка, как кровоточила печень, а ушные перепонки лопнули после ударов по голове, оставляя после себя лишь белый шум. Удар за ударом. Я падал, еле как поднимался на ноги и снова падал. Кровь заливала глаза, но я отказывался их закрывать и волком смотрел на Ши, и на то, как он наносит удары.

В какой момент просто потерял счёт времени и погрузился в транс, в котором не существовало ничего кроме боли и агонии. Они стали моими единственными попутчиками и проводниками, заставляя понять, что такое настоящий ад. Через какое-то время я понял, что уже ничего не чувствую, лишь очередные удары, отбрасывающие меня к стенам и такой приятный и холодный пол, дарующий секунды передышки. Не знаю, в какой именно момент, мучитель остановился, позволив в очередной раз скатиться по стене.

— Пока хватит.

Слух начал восстанавливаться, но пока недостаточно и голос мастера прозвучал сдавленно, будто он говорил через толстую мембрану. Ши сел напротив, достал из мешочка несколько пилюль и насильно затолкал мне их в рот.

— Не… — промычал разбитыми губами, но не смог ничего сказать.

— Пей, — он поднёс к губам флягу с водой. — Не бойся токсичного эффекта. Твоя печень уничтожена, почки порваны, но регенерация всё восстановит. Просто глотай и рефлексируй болью. У тебя будет несколько часов, чтобы тщательно обдумать мой урок.

С этими слова Ши сел напротив, скрестил ноги, положил руки на колени и погрузился в медитацию.

Я лежал на каменной полу и смотрел на потолок, сквозь приоткрытое веко. Тело отказало и не слушалось прямых команд. В тот момент ощущал себя запертым в чужом организме, собранным из кусков, которые и без того едва держались вместе. Но регенерация работала. Я на физическом уровне чувствовал, как делились клетки, срастались кости, а мышцы затягивались, закрывая раны. Вот только было это всё до ужаса медленно.

Мне приходилось проживать каждый момент агонии, заставляя подавлять в себе слабость и желание закричать от боли. Вместо этого я пытался найти позу, в которой она хотя бы немного затихала.

Пилюли, которые Ши засунул мне в рот, разогревали тело изнутри, заставляя ци работать быстрее и насыщать каждый сантиметр плоти, каждую косточку и каждый орган. Пилюли изнутри, и наполненная атмосфера снаружи. Печень, которую он разбил несколько минут назад уже начала восстанавливаться. Почки, превратившиеся в кровавое месиво, затягивались, но всё ещё не справлялись с токсичным эффектом такого количества пилюль.

Через час я смог повернуть в голову и увидеть, как из отрубленной левой руки подавала признаки жизнь. Из культи пробивались розовые побеги новых пальцев и местами белели кости. Ещё через час восстановились барабанные перепонки и белый шум сменился на размеренное дыхание Ши и бульканье собственной крови.

Вскоре по телу прошлась волна и наступил момент зуда. Он охватил все повреждённые места, заставляя изнывать не от боли, а от невыносимого желания расчесать себя до кровавых подтёков. Однако я держался. Держался и старался не проявлять слабости, принимая каждое брошенное мне испытание.

Через несколько часов боль ушла, но не полностью. Она оставалась где-то глубоко внутри в памяти нервов, заставляя ещё надолго запомнить это ощущение. Всё это время я тщательно размышлял, когда приступы немного отпустили. Урок Ши, в своей извращённой форме, всё же оставался уроком. Природный талант, каким бы высоким не являлся, всё равно имеет свой предел, и лишь пройдя его, можно ступить за грань человеческого. Так что рано или поздно, мне бы всё равно пришлось столкнуться с противником, который убил бы меня, исключительно из-за того, что я слишком сильно полагался на свою особенность.

Заодно познал её пределы. Получается, теперь мне не страшна потеря конечностей и это хорошо. Вернее даже отлично, ибо добавляло ещё штришок к моему плану побега.

Ши сидел напротив, скрестив ноги, и медитировал. Его дыхание было ровным, глубоким, лицо не выдавало ничего кроме спокойствия, будто он не избивал меня до полусмерти, а пил чай со старым товарищем. Я смотрел на него и пытался понять, что движет этим человеком. Он жил уже несколько сотен лет и, по словам многих, провёл их в битвах и сражениях.

Ждёт ли меня тоже самое? Превращусь ли в безумного рубаку, которым ведёт лишь жажда к насилию и жестокости? Переступлю через ту черту, после которой уже никогда не возвращаются? Смогу ли дожить до неё или сгину в очередной битве?

Вопросы заставили погрузиться в глубокие раздумья, но когда тело восстановилось, Ши открыл глаза, внимательно осмотрел меня и произнёс:

— Вставай.

Я поднялся, разминая новые мышцы и захрустел суставами и костями. Ноги всё ещё немного дрожали, руки висели плетьми, но в целом тело вернулось в норму.

— По новой. — Прорычал мужчина и бросил мне мой меч.

Я поймал его правой рукой, и мы снова приступили к мясорубке.

Ши бил беспощадно, заставляя меня падать, но я тут же вставал и давал ему отпор. Мои движения всё ещё были слишком медленными, но постепенно начинал читать действия своего мастера, ну или скорее он позволял мне делать это. Правда это не сильно помогло и к вечеру, я снова лежал на полу, не в силах пошевелить и кончиками пальцев. Вся левая сторона тела была разбита в труху. Рёбра, ключица, плечо. Ноги вывернуты так, что без боли на них невозможно было смотреть, а из широкой борозды на лбу, стекали литры крови.

Мастер вновь запихал в меня пилюли, залил сверху воды, сел медитировать и когда я достаточно пришёл в себя, снова рывком поднял на ноги.

— Только не говори мне, что ты устал. — он недоверчиво взглянул в моё лицо, красноречиво отражающее всё, что я о нём думаю. — Я же в самом начале сказал тебе, что это Чертоги десяти ступеней. И ты ещё не прошёл даже первую!

Я с пугающей ясностью понял, что сейчас меня снова будут избивать. И не просто избивать, а временами даже расчленяя, пусть затем и пичкая пилюлями. А значит, мне нечего терять. Хуже то уже точно не будет.

Поэтому я по звериному осклабился, наконец делая то, что давно хотел.

— Ну иди сюда, урод вонючий. Посмотрим, кто кому в итоге кишки то вырвет.

Он довольно улыбнулся.

— А вот это уже хороший настрой, мой ученик. Про кишки, это ты хорошо придумал… Посмотрим, какие твои потроха на цвет.