На службу Майя шла бодро, радуясь ясной теплой погоде и утренней свежести, напоенной смолистым духом окружающей зелени. Настроение было приподнятым, поэтому ее не раздражала ни слегка перетянутая левая подтяжка, ни хлыст, ритмично похлопывающий по форменным штанам. Свежий ветерок играл ее волосами, выбивающимися из тугой золотой косы. Выразительные голубые глаза Майи, пусть и без всякой романтики, свойственной девушкам, тепло смотрели вперед, встречая новый день с верой в светлое будущее.
И оно внезапно наступило. Стоило только захотеть, как чудо свершилось.
Приблизившись к массивному фасаду здания полисмагического отдела номер три, Майя сбилась с шага, рассматривая невероятную картину: на месте шести стареньких, битых жизнью и нечистью служебных мобилей стояли новейшие модели, словно только что сошедшие с конвейера, блестящие и идеальные.
Майя постояла, ожидая, что чудное видение развеется, но новенький транспорт преспокойно сиял в утреннем свете. А ведь сутки назад на его месте жались к бордюру бедняги, которых механики отдела в сердцах называли «старыми ведрами с заклепками».
Не понимая, радоваться или насторожиться, Майя поспешила переступить порог родного отдела. И снова застыла у вертушки в холле, глядя на непривычно воодушевленных коллег, проносящихся мимо с объемными коробками. Отметившись в журнале, Майя осторожно заглянула в дежурку, откуда разносился веселый гомон. Еще бы, вместо старых табуретов, отшлифованных задами служащих, появились анатомические стулья с кожаной обивкой! За стойкой с оборудованием жизнерадостно гудел, выдавая входящие сводки, новый артефакт-самописец. Вместо старых, дребезжащих переговорных труб, торчащих из стен, на столах мигали компактные артефакты связи с кристаллами-накопителями. Такие были только в центральном управлении Гарюста, да и те появились недавно, их полгода как поставили.
– Майя! Наконец-то! – из-за стойки радостно улыбнулся Бер – один из дежурных полисмагов. Круглолицый здоровяк, с физиономией, сияющей несвоевременным для раннего утра энтузиазмом. – У нас тут, пока тебя не было, та-акое случилось! Магран тебя еще не вызывал?
Майя невольно нахмурилась. В душе тревожно заныли те самые интуиция и инстинкт самосохранения, которые не раз спасали ей жизнь. Махнув Беру рукой, она пошла в свой кабинет.
В отделе, как всегда, кипела жизнь, но уж слишком непривычно. Слышалась радостная ругань техников-артефакторов, которые восторженно толпились возле неизвестной светящейся штуковины, явно сильно их впечатлившей. Рядом «булькала» еще одна новенькая металлическая коробка с окошками, выпуская неприятные, но вполне знакомые ароматы очень важных в работе боевых магов зелий для защиты от нечисти.
Рядом со своим кабинетом Майя заметила, с какой довольной ухмылкой, склонившись над столом, с кем-то трепался один из следаков. Он держал новое средство связи с гордостью и почтением, словно медаль.
К себе Майя войти не успела – услышала из глубины коридора зычный окрик:
– Тисс, к маграну Остерсу, срочно!
Пришлось идти сразу.
Отворив тяжелую дубовую дверь кабинета начальника, Майя увидела еще одну картину невиданного преображения. Остерс, весело насвистывая, расставлял свои многочисленные папки на новеньких, солидных и крепких книжных стеллажах.
Аккуратно закрыв дверцу очередного заполненного отделения, он полюбовался своим отражением в затемненном стекле и подмигнул ему. Майя впервые видела начальство в таком благостном настроении.
Рядом с томами методичек по магическим экспертизам, сводом законов и уставом полисмагии, на различные пункты которого очень любил ссылаться в любом разговоре хозяин этого кабинета, теперь стояли фотографии в медных рамках: улыбающаяся семья Остерса, старые товарищи по академическому выпуску и сам магран в день награждения за боевые заслуги – еще молодой и лихой.
Затем, впервые за три года службы, Майя увидела не заваленный бумагами и грязными стаканами с остывшим чаем, а новый и чистый стол, отполированный и пахнущий мореным дубом, с разложенными на нем артефактами последней разработки. За столом красовалось высокое кожаное кресло с толстыми подлокотниками и валиком-подголовником, в котором наверняка очень удобно сидеть, работать, распекать нерадивых подчиненных и даже вздремнуть, чтобы набраться сил для новых свершений.
Увидев ее, Остерс неторопливо подошел к столу и с довольным «Ух!» уселся в новое кресло. Затем, явно довольный жизнью, махнул Майе рукой на новенький мягкий стул напротив, предлагая сесть. И как только она осторожно приютилась на самом краешке, начальник ехидно выдал:
– Тисс, стулья не кусаются. И не хмурься. А то морщины быстро появятся.
– Ничего страшного, я себя любую люблю, – парировала Майя, несколько озадаченная обстановкой, невольно осматривая обновленный кабинет начальника.
– Нарциссизм к хорошему не приводит, – иронично произнес Остерс и, заметив, как недоверчиво подчиненная сощурила голубые глаза, перешел к делу: – Полагаю, ты удивлена переменам?
– Не представляете насколько, – кивнула Майя. – Откуда все это роскошество?
– От твоих туристов! – поразил ее Остерс, наслаждаясь произведенным эффектом. – Тех самых, которых мы всем отделом всю ночь по всему Гарюсту искали. И не нашли! А они вчера сами явились. Ха! Как только ты ушла с ночного дежурства домой, мне сообщили, что господин Марух – кстати, один из богатейших промышленников своей страны, название которой, правда, ловко умолчал, – прибыл поговорить. Знаешь, что было потом?
– Подали жалобу? – уныло предположила Майя.
– Нет! Пели дифирамбы о том, как восхищены тобой, отважной девушкой-полисмагом. Между перечислением твоих многочисленных заслуг и достоинств мимоходом сообщили, что господин Марух потерял вкус к жизни. Поэтому врач посоветовал ему отправиться в путешествие и найти интересное занятие. По душе! Вот этот богатый страдалец и решил, что в дороге увидит много всего, запомнит и напишет бестселлер! – начальник усмехнулся, словно выдал отличную шутку.
Майя продолжала сидеть в напряжении, и магран уже серьезно пообещал:
– Сейчас тоже повеселишься! Этот Марух всерьез решил, что прообразом его главной героини станешь ты. Короче, очень убедительно говорил, как понаблюдает за твоей работой и перенесет на бумагу. Создаст нечто бессмертное. Даже привел массу статистических данных и шедевров мировой литературы. Представляешь, сколько предварительной работы проделал ради одной книги? Под конец нашей беседы у меня уши в трубочку свернулись от этой статистики, а в голову будто ваты напихали. В общем, твои туристы…
– Они! Не мои! – чуть громче, чем стоило, напомнила Майя, с трудом вставив свой ржавый пятак в ироничную речь начальника.
– Даже спорить не стану, – отмахнулся Остерс. – Теперь они точно стали нашими общими. Всем отделом, можно сказать, душой к ним прикипели.
– Не поняла, – покачала головой Майя.
Начальник довольно улыбался, сложив руки на животе. Затем обвел свой кабинет гордым взглядом и счастливо сообщил:
– Представляешь, этот Марух сказал, что они с телохранителем кругом перед тобой виноваты: дескать, напугали, доставили массу хлопот и тому подобную дичь несли. Потому хотят загладить вину.
Майя пожала плечами, показывая, что еще не добралась до сути.
– Ну и загладили! – подытожил магран. – Видишь, стеллажи, артефакты, новую мебель? А мобили у входа? Это все они! Еще и договор дарения заранее у городского поверенного оформили…
– Они подарили отделу новую технику, мебель и мобили? – повторила Майя, осознав размер вины.
– Эти богачи – настоящие чудики, – кивнул начальник. – Как тебе такое?
– Скажите пожалуйста, – попросила Майя, подаваясь вперед, – с их, так сказать, явкой с повинной ко мне все вопросы отпали?
И ей очень не понравилось, как Остерс прочистил горло и перевел тему в другое русло:
– Ты оказалась права, Тисс: оба туриста весьма интересные и необычные личности. Только запамятовала сообщить, что у них такая кошмарная давящая энергетика, что рядом с ними даже дышать трудно, не то что целый час в одном кабинете провести. Чуть меня не заморозили…
– Заморозили? – удивилась Майя.
– До сих пор озноб пробирает, – признался начальник.
Майя задумалась, вспоминая свои ощущения рядом со странными залетными туристами, но ничего столь выдающегося не нашлось. Она даже плечами пожала:
– Мне скорее жарко было. В тот момент рядом с нами собиралась толпа пожирателей теней. Сами понимаете, было не до анализа чужой энергетики. Тем более, мы всего пару минут и пробыли вместе…
– Ну да, ну да. Хотя мне и минуты с лихвой хватило ее прочувствовать, – не поверил Остерс. – А как тебе уши телохранителя нашего безутешного писателя?
– Уши? – опешила Майя. – А что с ними не так?
– Они длиннее обычных, еще и с острыми кончиками.
Нахмурившись, Майя опять углубилась в воспоминания, но припомнила лишь мягкие волны волос. И красные искры в глазах…
Начальник тем временем заговорил снова:
– Когда этот Ксандр Прах заметил мой интерес к его необычным ушам, опять же мимоходом обмолвился, что они стали такими из-за какой-то неудачной разработки его хозяина, господина Маруха. Оказывается, любит тот бледный тип проводить опыты на подчиненных. Представляешь?
– Если честно, с трудом, – призналась Майя.
– Кстати, и сам этот писатель крайне необычный. Видимо, и на себе экспериментировал… неудачно.
Удивляться Майя уже устала, поэтому лишь нервно улыбнулась, ожидая очередных новостей:
– В каком смысле?
– Двигается как змея, словно у него нет костей. Откровенно сказать, за час в их компании я чуть не свихнулся. Из-за убийственной энергетики Праха казалось, что мне в затылок дышит смерть. А от якобы несчастного бледного писателя с его змеиными повадками и мертвыми глазами волосы стояли дыбом.
– Может, вам показалось? – осторожно спросила Майя не в силах поверить маграну.
Тот сухо усмехнулся:
– Как и всему нашему отделу с десятком магов и битыми жизнью следаками, привыкшими рисковать жизнью?
– А они тут причем?
– При том, Тисс, что пока не доставили вот эти «извинения», – магран повел рукой, указывая на подарки, – большинство наших парней искренне считало, что загадочная парочка туристов – это какая-то высшая форма нечисти. Поскольку как-то иначе объяснить их жуткую энергетику, вызывающую холод, чувство паники и приближение смерти, было сложно.
– А после доставки мебели и артефактов приемлемое объяснение сразу нашлось? – ехидно уточнила Майя.
– Нечисть бы вряд ли позаботилась о комфорте своих врагов, – привел железный довод Остерс.
– Конечно-конечно, – рассмеялась Майя.
– Обсудив ситуацию, мы решили, что оба туриста просто очень сильные маги. И, похоже, история про опыты, которые так негативно на уши и пластику влияют, не выдумка, а правда.
– Часто самое простое объяснение – самое верное, – кивнула Майя.
Хотя у нее никак не укладывалось в голове: чтобы магически одаренные граждане чужой страны дарили столько добра в качестве простого «простите»? Извините, подвиньтесь. Но ведь именно их «неудобство» спасло ее, Рунеро и толпу театралов с труппой от тварей. Это город и отдел были обязаны якобы туристам, а не наоборот. Но туристы почему-то решили иначе.
– Что скажешь? – поинтересовался Остерс.
– Согласна с вами, они очень странные. Но рада, что все завершилось так… выгодно для отдела и Гарюста в целом, – дипломатично ответила Майя и с надеждой уточнила: – Я могу идти работать?
– Нет. Мы еще не закончили разговор, – Остерс с удовольствием потянулся в новом кресле. До хруста. А затем огорошил: – В обмен на свою щедрость они попросили нашего содействия в необременительном, в общем-то, занятии. И получили от меня разрешение сопровождать тебя. На вызовах и в расследованиях. При магических возмущениях. И…
– Чего? – голубые глаза Майи широко распахнулись от изумления, но тут же сузились до яростных ледяных щелок. – Это исключено! И опасно! Магран Остерс, в конце концов, наша служба не прогулка по бульвару! Нянькаться с гражданскими во время зачистки, даже сильными магами, – хлопотно и рискованно!
– Я тебя не спрашивал, а уведомил как твой начальник. Приказал. – отрезал Остерс. Веселые нотки исчезли из его голоса, сменившись металлом. – Их сопровождение и в твоих интересах!
– И в чем же будет заключаться польза сотрудничества с ними лично для меня? – мрачно уточнила Майя.
– Ты забыла о Кире? – сухо спросил Остерс. – Так я напомню. Наши щедрые, но очень необычные туристы применили неизвестные нам артефакты самого разрушительного свойства. Рассказывать о них они отказались. При этом в центральном управлении, да и некоторые в нашем отделе по-прежнему думают, что зачистка театра – дело рук Киры с ее новой разработкой. К чему такие думы могут привести, ты знаешь! Так что в ваших с сестрой интересах отвести от нее подозрения в излишней гениальности и повесить все на туристов. Ну?! Поняла?
Майя печально кивнула.
– Я не сомневался, что ты пойдешь навстречу, – продолжил магран. – Нашему отделу иностранцы подарили технические новинки, приобретенные в нашей столице. Откуда только такая скорость доставки? Непонятно. Да и вообще, вопросов о-очень много. Поэтому нам необходимо втереться к ним в доверие, чтобы выведать, какие технологии они применили в театре. И по возможности узнать о других, что у них наверняка имеются. Это мой приказ и твоя первостепенная задача. Ясно?
– Так точно! – ответила Майя.
– С сегодняшнего дня у тебя свободный график. Выбираешь подходящие дела и выезжаешь на вызовы на свое усмотрение.
– Хоть что-то хорошее в этом темном деле, – проворчала Майя.
– Смени угол зрения, Тисс! Посмотри на дело как на интересное, интригующее и важное для твоей семьи, – с улыбкой посоветовал Остерс, покачиваясь в новом кресле.
Смысла продолжать разубеждать его дальше не было, поэтому Майя спросила:
– Я могу идти?
– Иди.
Девушка коротко кивнула и встала, но в этот момент Остерс, поморщившись, добавил:
– Тисс…
– Да, магран?
– По возможности держи их подальше от нашего отдела. А то они негативно влияют на работоспособность и моральный дух моих служащих.
– А я, значит…
– А ты их не почувствовала, так что иди работай, – отмахнулся Остерс, предлагая ей убраться с глаз долой.
– Так точно, – буркнула Майя и вышла, аккуратно закрыв дверь, вопреки желанию громко хлопнуть.
Полисмаг Тисс злилась. Ее, можно сказать, продали, как корову на ярмарке. За мебель, артефакты и мобили. Еще и выпнули из отдела, чтобы другим было комфортно. Она никогда не чувствовала себя настолько злой и… беспомощной одновременно.
Чтобы не видеть радостных сослуживцев, получивших новые «игрушки», Майя решила закрыться в своем кабинете и спустить пар в одиночестве. Да хоть переломать там что-нибудь из казенного имущества. Но застыла на пороге с открытым ртом…
Вместо аскетичной комнатки с пыльным серым тюлем на окне и скрипучим столом, перед ней красовался кабинет преуспевающего богатого холостяка. Пол, застланный ковром, ласково принявшим в новенькие объятия ее потертые форменные ботинки, откровенно радовал вместе с великолепным кожаным диваном, тоже заманивающим и посидеть, и прилечь. Да еще и дополненный полированным столиком для чаепития со спиртовкой, блестящим чайником, новыми чайными парами и хрустальной вазочкой с горкой шоколадного печенья, посыпанного орешками.
На ее новом рабочем столе, сменившем рухлядь с отслоившейся краской, что стояла здесь еще сутки назад, теперь лежат несколько артефактов: для связи, для опечатывания помещения и даже миниатюрный самописец для заполнения отчетов. А на окне приветливо колыхнулись от сквозняка легкие бежевые льняные шторы.
Майя шумно выдохнула сквозь сжатые зубы. Ярость бурлила в груди, смешиваясь с каким-то незнакомым, щекочущим нервы чувством. Она резко обернулась, проверяя нет ли в коридоре кого из сослуживцев. Там было пусто, только слышался далекий смех Бера в дежурке.
Взгляд хозяйки обновленного кабинета невольно лег на вазочку с печеньем с аппетитной шоколадно-ореховой глазурью. Слишком соблазнительным, когда испорченное настроение нужно срочно хоть чем-то улучшить. Заесть. Крадучись, сама себя стыдясь, Майя прошла по мягкому ковру к столику и осторожно, словно печенье могло исчезнуть, взяла одно. Сунула в рот и блаженно прикрыла глаза: на языке разлилась целая палитра разных вкусов, отчего у нее невольно вырвался стон удовольствия.
– Ум-м-м…
Спохватившись, она сердито сдвинула брови и, торопливо пережевывая, подошла к новому креслу. Опустилась в него и почти утонула в мягкой, обнимающей упругости. Это было божественно. За дверью послышались шаги, и Майя тут же приосанилась, сделав вид, что изучает старенький браслет связи на запястье. Шаги стихли, позволив ей выдохнуть и расслабиться.
Уже по-новому оглядев кабинет, Майя невольно улыбнулась и проворчала скорее для порядка:
– Обменяли меня, боевого мага, за бесценок.
Постукивая пальцами по мягкому подлокотнику, полисмаг демонстративно сердито глянула на новейшие артефакты. В следующий миг ей захотелось немедленно изучить их, отодвинув злость на потом, для более важного случая. На душе уже теплело в предвкушении чашки горячего чая, которую можно выпить прямо в кабинете, устроившись с ногами на новом диване. И съесть второе божественного вкуса печенье и третье… Комфорт брал свое, а бороться с ним куда сложнее, чем с любой нечистью.
После службы Майя решила навестить напарника в больнице. По пути она купила несколько фруктов и свежеиспеченных пирожков, которые он очень любил. Их с Рунеро смены совпадали чаще, чем с другими сотрудниками, поэтому со временем они стали больше напарниками и сдружились.
Всю дорогу до больницы у Майи чесались лопатки, словно кто-то сверлил ее спину настойчивым взглядом. Но интересантов или слежку она не заметила, хотя несколько раз применила безотказные ранее уловки. Внутреннее напряжение не отступало, интуиция буквально кричала: что-то не так!
Поговорив с врачом о состоянии напарника, Майя постучала в палату, куда его положили, и, получив разрешение, вошла.
Рунеро болел в одиночестве. Лицо бледное, нижняя половина тела под одеялом, а верхняя – в пропитанных восстанавливающими зельями бинтах. Майя нашла, что выглядит раненый друг неважно, но его карие глаза радостно вспыхнули, когда увидел ее.
– Ну здравствуй, болезный. Как ты тут? – с улыбкой спросила Майя.
– Отлично! Тем более, чую, что заботливая напарница принесла что-то вкусное, – голос у Рунеро был хриплым, больным. – Это то, о чем я думаю?
Под его одобрительным взглядом Майя выложила гостинцы на тумбочку рядом кроватью. И один пирожок сразу дала страдальцу. Сев на стул в его ногах, она с сочувствием спросила:
– Когда обещают отпустить?
Насладившись первым кусочком пирожка, Рунеро с тяжелым вздохом ответил:
– Говорят, мне невероятно повезло… с напарницей. Ты меня в последний момент спасла от этих тварей. Поэтому я тут еще недельку проваляюсь, а потом выпишут домой еще на неделю постельного режима.
Поморщившись, Майя виновато призналась:
– Увы, твоим спасителем была не я, а двое залетных туристов с каким-то неизвестным артефактом.
Дальше она в подробностях рассказала, как все было и что ей навязали в связи с этим событием.
– Интересно, что ему от тебя надо? – нахмурился Рунеро. – Думаешь, хочет выведать какие-то наши секреты? Или личный интерес?
– Точно не второе, – усмехнулась Майя. – Если бы ты видел наш отдел! Прямо процветающая частная адвокатская контора столичного разлива. Туристы не поскупились, чтобы подмазать провинциальных полисмагов.
– Но в сопровождающие они попросились именно к тебе, – напомнил Рунеро. – И как он тебе?
– Болтливый и наглый! – раздраженно буркнула Майя.
– Ну, богачи все наглые…
– Я про его телохранителя, – смутилась Майя. – Он представился как Ксандр Прах. А потом играючи разобрался с нечистью. Это было невероятно, даже не знаю, как описать!
– Ну для начала попробуй с его внешности, – улыбнулся напарник. – Страшный мужик, наверное?
Майя тут же припомнила мягкие кудри волос, четко очерченные губы, красные искры в зеленых глазах…
– Страшный, – согласилась она, отведя взгляд.
– А сам богач? – не унимался Рунеро.
– Господин Марух, как по мне, вообще похож на бесчувственные счеты с костяшками: три вправо, три влево, стоимость такая-то, – хмурясь, пояснила Майя.
Накрыв ее руку своей сухой горячей ладонью, Рунеро, лукаво усмехнувшись, переспросил:
– То есть один – страшный и наглый, а второй – бесчувственный счетовод?
Майя уже знала этот многозначительный взгляд. Они с напарником давно прикрывали спины друг друга. И подоплеку его двусмысленного вопроса Майя уловила: Рунеро намекнул, что особенно ярко она оценила внешность и поведение Праха, а его спутник ее вообще никак не зацепил.
– Не неси чушь! – возмутилась Майя, испытав новую порцию смущения. – Знаешь, что?
– Знаю, Тисс! Знаю тебя как облупленную. Поэтому можешь не пытаться прожечь меня взглядом! – расхохотался Рунеро, но быстро закашлялся и побледнел.
– Ну вот, насмешник, дошутился! – расстроилась Майя и спешно подала ему стакан с водой.
Напившись, Рунеро сказал:
– На самом деле я за тебя волнуюсь. Будь осторожна. Ты никогда не отличалась особой доверчивостью к людям, вот и сейчас не ведись. Эти туристы действительно странные. Понять бы, чего они хотят… Ладно, расскажи, что там за обновки в отделе? Мне тоже перепало?
Майя рассмеялась.
Посидев с напарником еще немного и обсудив пару важных дел, по которым они пересекались в расследованиях, она ушла.
Но, свернув на свою улочку, Майя отпрыгнула в сторону: навстречу ей вылетел грузовой мобиль, доверху заполненный мебелью и баулами. Пара секунд – и мобиль резко, с визгом шин остановился, затем чуть сдал назад и встал рядом с ошеломленной Майей. Из окна кабины высунулась госпожа Ардари и, окинув Майю торжествующим взглядом, довольно выдала:
– Наконец-то я от вас избавилась! От обеих!
– В каком смысле? – напряглась Майя, решив, что злобная соседка накатала на них с Кирой жалобу в городскую управу и отдел полисмагии. – Что вы сделали?
– Я?! Ничего! Но какой-то лопух вчера утром купил мою квартиру за бешеные деньги с условием освободить ее за сутки. – Госпожа Ардари победно расхохоталась. – Носит же земля таких странных личностей! Хотя после вас с сестрой, думала, уже ничему не удивлюсь. Ну так вот, я сразу же купила красивый дом с садом в предместье Гарюста. И навсегда уезжаю из вашего клоповника. Удача любит порядочных людей!
– Поздравляю, – хмуро выдавила Майя.
– Да, кстати! – припомнила соседка. – Про Киру я ему ничего не говорила, чтобы не отпугнуть дурачка от сделки. Пускай твоя странная сестричка станет неприятным сюрпризом. Но вы больше не моя проблема. А этого богатенького лопуха! Ха-ха! Ладно, прощайте!
Скрипнув зубами от злости, Майя смотрела вслед доверху забитому барахлом грузовику. Терзавшие ее нехорошие предчувствия стали обретать вполне себе реальные очертания. Смена жильца на общей площадке – не к добру! Неизвестный богатый покупатель клоповника, как назвала свою квартиру Ардари, очень насторожил Майю. В чем ценность и уникальность соседской квартиры, раз ее выкупили столь быстро и по непомерно завышенной стоимости?
Пока Майя поднималась по лестнице на третий этаж, ее прошиб холодный пот вместе с мыслью: «Это шпионы, охотящиеся за гением Киры! Хотят убедиться, что она уникальный инженер-конструктор, хоть и с минимальным магическим даром».
– Посторонись! – раздалось зычное требование с верхней площадки.
Мимо нее прошла группа рабочих в униформе различных торговых домов. Одни несли огромные рулоны использованного картона и упаковочной бумаги, другие – пустые коробки, третьи – непонятные конструкции, но явно для транспортировки чего-то тяжелого и крупногабаритного.
Проводив их растерянным взглядом и постояв с минуту, осмысливая увиденное, Майя продолжила подниматься с четким намерением познакомиться с соседом-лопухом.
Дверь соседней квартиры открылась после первого звонка. И Майя уставилась на «лопуха» в стильном черном костюме и домашних кожаных тапочках, Ксандр Прах с надкушенным яблоком в руке смотрел на новую соседку с радостным умилением. Майя внимательно окинула взглядом его медную кудрявую шевелюру, заглянула в лукаво поблескивающие глаза, в которых снова слегка искрило красным, рассмотрела, наконец, вполне симпатичный нос и чуть задержалась на красивых, четко очерченных губах. Затем, припомнив слова начальника, подняла взгляд на уши Праха. Действительно необычные, вытянутые кверху, с острыми кончиками.
Поймав себя за завороженным разглядыванием невероятно харизматичного мужчины, Майя еще сильнее разозлилась. Поэтому, вместо приветствия, сообщила, не скрывая недовольства:
– Это уже за гранью! Вы меня преследуете, господин Прах! Нарушаете личные границы! Сперва подкупили мое начальство и сослуживцев, теперь эта квартира? Что дальше?
– Здравствуйте, прекраснейшая Майя, – промурлыкал в ответ Ксандр. – Ну что вы? Какое преследование? Мы же не маньяки какие-то… Просто господин Марух хочет быть ближе к своей Музе. Вдруг накатит вдохновение и тогда он быстрее напишет свой бестселлер? Вам же будет лучше.
– Знаете, как это называется? – громко возмутилась Майя.
– Счастливый поворот судьбы? – улыбнулся Ксандр, ослепив ее неожиданно мягкой обаятельной улыбкой.
– Прекратите паясничать! – Майя сжала кулаки.
– Хорошо, – сразу согласился он. И примирительно добавил: – Ну что вы хотите от богатого самодура? Будьте к нему хоть чуть-чуть благосклоннее, прошу вас.
Моргнув пару раз, Майя ехидно уточнила:
– А ваш наниматель знает, как вы его называете?
– Знает, – ни капли не смутился Ксандр. – И принимает все как есть. Ему нравится быть неординарным.
В следующий миг Прах отступил в сторону и щедро предложил:
– Кстати, не хотите взглянуть, как мы всего за один рабочий день изменили этот склеп?
Майя колебалась лишь мгновение. Раз ей поручили втереться к ним в доверие, чтобы разведать про новые артефакты, надо воспользоваться предложением. Заодно убедиться, что туристы не шпионили за Кирой. Вдруг они на иностранные магические академии, а равно правительства, работают? Подобное следует пресечь на корню.
Неуверенно пройдя в квартиру мимо Ксандра, Майя невольно прислушалась к себе. Но ничего негативного, о чем рассказывал Остерс, не почувствовала. Наоборот, ее будто теплым воздухом окутало и запах этого мужчины показался очень… вкусным что ли. Даже сложно подобрать слова, чтобы описать свои ощущения.
Соседская квартира действительно преобразилась – оказалась удивительно просторной, светлой и свежей. В обновленном жилье витал смолистый запах новой мебели, шерстяных ковров и еще чего-то очень аппетитного. Ничего лишнего, но вполне комфортный и уютный интерьер. Майя отметила множество разнообразных, но незнакомых артефактов, которые давали мягкий свет, и, скорее всего, именно один из них освежал воздух.
– Действительно, перемены разительные, – задумчиво признала Майя.
В этот момент из кухни вышел господин Марух в нереально белоснежном фартуке, надетом поверх явно дорогого серого костюма, похожего на тот, в котором был в театре. И на ходу что-то записывал на уже знакомом продолговатом планшете-артефакте металлической штуковиной, которую Майя про себя назвала карандашом-артефактом. Марух совершенно не изменился с их первой встречи: такой же белокожий и беловолосый, с жутковато сияющими синими безразличными глазами.
Подняв глаза на гостью, он спросил бесстрастным, ровным голосом, каким объявляют расписание дилижансов на станции:
– Что такое рыба в маринаде?
– Рыба в сладком соусе, – не задумываясь, ответила она.
– Сладкая рыба? – поморщился Марух.
– Нет, вкусная и пикантная, – ответила Майя. – Главное, приготовить с умом.
Она почти вживую ощутила обжигающий взгляд сбоку, скользнувший по ее груди… шее… лицу. Резко повернув голову, Майя поймала Ксандра за изучением ее скромной персоны. И глаза его при этом пылали алым. Пару секунд он сверлил ее жутким, голодным взглядом хищника, потом моргнул и цвет глаз изменился на обычный зеленый. Но в их загадочной глубине все равно мерцали искры.
– Кто вы? – хрипло спросила Майя, не в силах скрывать подозрения. – Нечисть?
– Два отклонения от привычной ниарцам статический нормы не могут являться гарантированным признаком инаковости, – раздался бесстрастный ответ Маруха.
– А четыре? Ведь вас двое… таких необычных… – тихо пробормотала она, пятясь к входной двери.
– Четыре не могут считаться допустимым искажением статистики, – услышала Майя, вскинув удивленный взгляд на честного и любознательного писателя. – Даже два отклонения должны вызвать обоснованные вопросы и сомнения в ошибочности расчетов и выводов, четыре – уже закономерность.
– Господин Марух, вы пугаете нашу прелестную гостью, – многозначительно произнес Ксандр.
– Нет. Мой поведенческий анализ говорит, что ее испугал ты. Моя же откровенность ее удивила, не более.
– Да вы маньячины! – выдохнула Майя и рванула прочь из квартиры.
Оказавшись на более безопасной площадке этажа, она обернулась и вздрогнула. Оба мужчины стояли у порога своей квартиры и попыток вернуть ее обратно не делали.
– Мы не с того начали! – примирительно заявил Ксандр, чуть разведя руками, демонстрируя некую открытость. – Мы жаждем сотрудничества и…
Майя не выдержала, язвительно выдав свои опасения:
– Знаю я, чего вы жаждете. Услышали про мою гениальную сестру и явились в Гарюст, чтобы уговорить Киру переехать в вашу страну. Конечно, магов все меньше, а проблем с дестабилизацией все больше. Такая, как она, в хозяйстве всегда пригодится, да? Вот только фиг вам, а не Кира.
– Это ошибочное суждение, – сухо констатировал Марух.
– Давайте обсудим все по-человечески, – предложил Ксандр.
– Знаете что?! – воскликнула Майя и, отринув сдержанность и такт, выдала длинную речь на жаргоне лавочников с ближайшего овощного рынка, которые, используя лишь названия своего товара, создавали заковыристые речевые обороты, передавая оскорбительную суть, но не были общепринятым ругательством.
– Чувствую, меня оскорбили и послали, но пока не понял, кем и куда! – весело отозвался Ксандр.
– И доказать это не получится, – кивнул Марух, а потом обратился к Майе, сосредоточенно тыкая карандашом в планшет: – Повторите, пожалуйста, последние два с половиной предложения, я не успел дословно записать.
У Майи дернулось веко. Она растерянно пискнула:
– Записать? Зачем вам это записывать?
– Мне доктор посоветовал вести письменные наблюдения за тем, как проявляют эмоции другие. В качестве терапии бесчувственности. А вы сейчас продемонстрировали высокую степень проявления эмоций и выразили их словами. Вышло интересное сочетание чувств и слов. Думаю, доктору понравится.
Ответить Майя не успела. Дверь ее квартиры со скрипом отворилась и в коридор вышла Кира, весьма удивленная происходящим:
– Майя, я впервые слышу, чтобы ты на кого-то повышала голос. Что происходит?
– Хм, приятно быть хоть в чем-то первым у такой красивой женщины, – заявил Ксандр, широко улыбнувшись.
Кира была в домашнем фланелевом комбинезоне, с широкими лямками, в желто-коричневую клетку, и белой майке. Босая и лохматая – волосы она заплетала накануне вечером.
Не разделив веселый настрой Ксандра, Майя напряженно попросила сестру:
– Пожалуйста, вернись домой.
Однако Кира заинтересовалась новыми соседями и босыми ногами прошлепала прямо к ним! Беглым равнодушным взглядом прошлась по Ксандру, а затем все свое внимание сосредоточила на Марухе, который тоже ее разглядывал. Осмотрев Маруха, словно это был фонарный столб, Кира уставилась на пишущие артефакты в его руках: светящийся мягким голубоватым светом планшет и тонкий карандаш.
– Нет, Кира! – успела шикнуть Майя, уже зная, что будет дальше.
Кира молча потянулась к незнакомой технической диковинке.
Увы, Майя знала, что сестра просто не способна пройти мимо чего-то интересного, по ее мнению. Уже взрослая, совершеннолетняя девушка в такие моменты вела себя хуже капризного ребенка. Однако Марух не позволил ей забрать свой артефакт, ровно уведомив:
– Это не для посторонних.
Мгновение-другое Кира задумчиво хмурилась, а затем протянула ему руку для рукопожатия:
– Привет, я Кира Тисс, сестра Майи. Теперь мы не посторонние. Дай посмотреть эту штуку.
Майя ошеломленно наблюдала, как Марух осторожно пожал узкую ладошку сестры, затем деактивировал свой артефакт и протянул его Кире.
– Спасибо, – меланхолично поблагодарила Кира, благодаря неустанным стараниям сестры, напоминавшей обязательно отвечать за чью-либо помощь и любезность, и занялась изучением неведомой иностранной штуковины.
Майя изумленно смотрела на младшую сестру, очень избирательно подходившую к любому общению. К тому же она терпеть не могла чужих прикосновений. А тут сама руку протянула! Нонсенс. Майя хотела привычно извиниться за ее поведение, да так и захлопнула рот, вытаращившись на диво дивное: Марух смотрел на Киру странным, потеплевшим взглядом, в котором читался нескрываемый интерес.
Между тем предмет его внимания довольно быстро разобралась с активацией артефакта и теперь методично тыкала по нему пальцем. Когда в нем что-то пискнуло, Марух быстро, но достаточно вежливо забрал у Киры чудо-игрушку:
– Позвольте я верну свою вещь. – И флегматично посоветовал: – Идите домой. И не ходите больше босиком. Простудитесь или ноги испачкаете.
Глядя на хмуро сдвинувшую брови и явно расстроенную Киру, Майя тяжко вздохнула, обратившись к владельцу вожделенной «игрушки»:
– Господин Марух, продайте нам, пожалуйста, ваш артефакт.
– Он не продается, – ответил тот в своем невозмутимом стиле.
Разгореться спору не позволил Ксандр. Улыбнувшись Майе, он безапелляционно уточнил:
– В котором часу вы завтра за нами зайдете?
– Зачем? – растерялась Майя.
– Чтобы сопровождать вас на службу, разумеется. Бестселлер сам себя не напишет. Ему требуется главная героиня и ее боевые подвиги, – снисходительно пояснил Ксандр.
– Ну конечно, как я могла забыть о вашем шедевре. Особенно когда за него столько заплатили, – саркастично протянула Майя. – Будьте готовы к восьми утра.
И подхватив недовольную сестру под локоть, увела ее домой.
Стоило двери захлопнуться за ними, Кира даже не попросила, а привычно потребовала:
– Мне нужен его артефакт.
– Поверь, его артефакты нужны не только тебе, но и всему нашему отделу, – спокойно ответила Майя, раздраженно скинув обувь в прихожей, и направилась на кухню. – Ты ужинала?
– Нет. Я хочу ту штуку.
– Тогда пошли есть.
– Нет. Мне нужен этот…
О непоколебимой упертости Киры в достижении цели Майя знала не понаслышке. Тяжело вздохнув, она сдалась:
– Ладно, я что-нибудь придумаю, чтобы выпросить у него эту штуку. Но не сейчас!
Кира сузила ярко-голубые глазищи, такие же как у сестры:
– Обещаешь?
– Обещаю постараться.
Кира удрученно вздохнула, а потом неожиданно добавила:
– Тебе не стоит их бояться. И кричать тоже не надо. Светлый к тебе ничего не испытывает. А кудрявый – восхищается.
– Тобой? – напряглась Майя, возвращаясь к теме шпионов.
– Нет, – ответила сестра, ткнув в Майю указательным пальцем.
– Уверена? – переспросила Майя.
Кира, никогда не ошибавшаяся в чувствах других, лишь закатила глаза и пошла мыть руки.
Майя покорно покачала головой, думая о странной превратности судьбы: дар эмпата, хоть и слабенький, достался ее обделенной эмоциями сестре. Накрывая на стол, Майя с минуту размышляла, что делать с новыми сведениями, но в итоге решила оставить все как есть. По крайней мере, пока.
Завоевание избранницы Ксандр проводит по методичке диверсионно-разведывательных групп. Никогда бы не подумал, что моему хозяину, гениальному и богатейшему праданцу галактики, потребуются подобные ухищрения, чтобы добыть себе желанную женщину. Тем более излишне эмоциональную, подозрительную и напряженную.
Хуже того, следящий за избранницей дрон позволил подслушать, как она восприняла нас при первой встрече. Я понравился ей намного больше. Она отметила мой холодный, рациональный подход к жизни, а хозяина назвала страшным. Ксандр в недоумении и часто изучает свое отражение, словно впервые видит. Наверное, крайне удивлен таким поворотом. Я – нет. Моя внешность, естественно, гораздо более привлекательна, ведь раса аурос наделена идеальной симметрией и пропорциями черт лица и фигуры, но Ксандру до этого понимания нужно дойти самому. Высока вероятность развития у него психологической травмы. По возвращении домой дам хозяину контакты своего психолога.
Приписка капсом:
У ИЗБРАННИЦЫ КСАНДРА ОБНАРУЖИЛАСЬ РОДНАЯ СЕСТРА: НА ПЕРВЫЙ ВЗГЛЯД, ДОСТАТОЧНО УМНАЯ, НАБЛЮДАТЕЛЬНАЯ И УМЕРЕННО СДЕРЖАННАЯ. ВНЕШНОСТЬ БЕЗ ИЗЪЯНОВ. НА МОЙ ОБЪЕКТИВНЫЙ ВЗГЛЯД, КСАНДРУ СТОИТ ПРИСМОТРЕТЬСЯ ИМЕННО К НЕЙ.