Так, все. Хватит.

Я скрещиваю руки на груди и поднимаю подбородок.

— Слушай, а как Катя? — говорю максимально бодро. — Вы же вроде собирались в зоопарк в воскресенье?

Илья замирает и на секунду теряется.

Отстраняется чуть назад.

— Эм… Катя… да, — он наклоняет голову, будто возвращается в реальность. — Зоопарк. Точно. Конечно пойдем.

— О-о, — улыбаюсь я слишком широко. — Ну, вот видишь! Все вроде налаживается, да?

Он смотрит на меня дольше, чем нужно.

В его взгляде — странное раздвоение: и обида, и разочарование, и попытка понять.

— Ты все время так делаешь, — тихо говорит он.

— Как "так"? — продолжаю я держать улыбку, хотя она дрожит.

— Отводишь разговор. Когда дело доходит до тебя — закрываешься.

Сердце у меня проваливается куда-то в живот.

— Илья… давай не будем, ладно? — прошу я мягко. — Ты ведь знаешь, что я не самый открытый человек…

И это правда. Хотя раньше было иначе. Но мне пришлось стать такой.

— Да, конечно, — отвечает он быстро.

Слишком быстро.

Он отступает еще на шаг.

Делает вид, что проверяет часы.

— Ладно. Мне пора.

И эта поспешность звучит словно обвинение.

Я киваю, будто мне все равно.

— Спасибо, что подвез.

— Всегда пожалуйста, — отвечает он.

Но взгляд его уже закрыт.

Он уходит.

Дверь щелкает.

Только тогда я позволяю себе выдохнуть.

Илья хороший. И мне он по-настоящему нравится. Как человек. Да и мужчина он интересный.

Но я изначально обозначила границы. Не хотела водить его за нос.

А он только рассмеялся, и сказал, что у него и в мыслях не было. К тому же, у него есть девушка.

Меня это успокоило, и мы начали дружить. Спокойно, комфортно, по-соседски.

Мы и познакомились также буднично — он помог мне перенести коробки при переезде.

Никаких прыжков сердца, горящих щек или вспотевших ладоней.

Просто приятный сосед, просто хороший человек.

И вот наверное именно это тихое и ровное спокойствие меня в нем и привлекло, ведь драм в моей жизни и так было достаточно.

Я ставлю ужин в духовку и устало опускаюсь на стул.

Разбуженные, то ли разговором с Ильей, то ли встречей с Гораном, воспоминания вылетают как пыль из-под ковра.

Детство у меня было, можно сказать, счастливым. Правда, мама почти постоянно была на работе, но она точно любила меня.

Но все закончилось, когда я перешла в выпускной класс.

Мама сильно заболела. Она сгорела буквально за неделю.

Отца я вообще никогда не знала. Он исчез еще до моего рождения, едва лишь узнал о маминой беременности.

Для маминой семьи это был позор. Почти все родственники от нее отвернулись, кроме ее матери — моей бабушки.

Мы всю жизнь жили в маленьком городке, в старом частном доме вместе с бабулей.

Незадолго до маминой смерти к нам приехала жить еще моя тетя с мужем и двумя детьми. Ее муж задолжал, и им пришлось продать свой дом.

С мамой у них не ладилось, так как тетя была уверена, что лучше уж такой муж, как у нее — пусть пьет и бьет, но зато есть, чем быть как мама — матерью-одиночкой. Они часто ссорились.

А после маминой смерти там и вовсе стало тоскливо.

Мне постоянно намекали, что в доме и так тесно, и хорошо бы мне побыстрее куда-то съехать, так как "не хватало еще кормить такую здоровую кобылу, рожденную непонятно от кого".

И только потом я узнала, что тетя получала на меня детское пособие как опекун.

Тогда все встало на свои места — она не кормила меня из доброты. Я была ее маленькой подработкой.

Причем, с учетом того, что ее муж вообще не работал, даже эти небольшие деньги были весьма ощутимым подспорьем.

Однако, все то время, что я там жила, слышала лишь фразы типа:

"Я тебя кормлю, будь благодарна"

"Меня никто не заставлял тебя брать"

"Ты мне не обязана? А кто тебя растил?" (растила, ага, почти целый год)

"Не нравится — иди к своей матери!" (хотя мама умерла)

"Скорей бы ты уже выросла и уехала, хватит на моей шее сидеть"

Бабушка тетю тоже побаивалась, поэтому на мою защиту особо не вставала, предпочитая не вмешиваться.

Нужно ли говорить, что сразу после окончания школы, когда мне стукнуло восемнадцать, я собрала свои вещи и направилась на вокзал?

Мне, девочке, никуда не ездившей дальше районного центра, было жутко страшно уезжать неизвестно куда.

Но оставаться в том же городе смысла не было — там не было ни перспектив, ни работы.

Мне было все равно куда ехать, так как меня нигде не ждали. Вот я и рассудила, что почему бы не в Москву?

Цены на жилье в Москве меня поразили.

Моих накоплений за время подработки после школы в местном ларьке в ночную смену, едва хватило на то, чтобы снимать койко-место в комнате в коммунальной квартире.

Но не на вокзале же жить? Да и возвращаться не вариант.

Я тут же принялась за поиски работы, и сразу наткнулась на вакансию администратора в салоне красоты.

Предлагаемая зарплата показалась мне гигантской, по меркам нашего города.

Думала, что меня не возьмут — выглядела я совсем не так ухоженно, как предполагается на такой работе — самодельный маникюр, стрижка кухонными ножницами и одежда с китайского рынка.

Но владелица салона сжалилась надо мной и взяла на испытательный срок.

Мне выдали красивую униформу, а девочки, работающие в салоне, даже подстригли бесплатно и подсказали, как правильно делать макияж.

И вот, спустя три недели моей работы в салоне, я уже была совсем непохожа на себя — модная укладка, маникюр, аккуратный стильный макияж и отутюженное платье по фигуре.

Я просто не могла поверить в то, что это я! И что я теперь москвичка!

Сейчас так смешно…

Такая неопытная, наивная, голодная по ласке, жадная до внимания…

А были ли у меня вообще шансы не влюбиться в Горана?..