К похоронам Анны Ивановны бабушка решила привести себя в порядок. А именно: покрасить волосы и обновить стрижку. Обычно бабушку стригла и красила мама. В принципе, получалось довольно прилично. Но в тот день бабушка за что-то наказывала маму.

– Лучше не подходи ко мне! – предупредила она. – Лучше я сама в гроб лягу, как есть, там меня любой примут, чем с тобой связываться, безрукая!

– Мама, ну ведь не тебя же хоронят!

– Скоро, скоро, потерпи! Я не задержусь!

Однако вопрос требовалось решать.

– Леночка, – нежно позвала бабушка, так чтоб мама слышала. – Подстриги меня, пожалуйста!

Я с восторгом выскочила из комнаты, это было заманчивое предложение.

Я усадила бабушку на стул и накрыла клеенкой, взяла мамины ножницы и железную расческу и приступила к делу. Я решила сделать модный в то время каскад. Однако слои волос я стригла под прямым углом, и у меня получилась лесенка. Хорошо, бабушка не видела себя сзади. Однако, с учетом, что у нее были мягкие, слегка вьющиеся волосы, спереди получилось вполне терпимо. Бабушка осталась довольна: «Молодец, Леночка!» – сказала она.

Мама не рискнула оспорить мой триумф и только криво ухмыльнулась.

Дальше бабушке предстоял самостоятельный окрас головы. Краска для волос – это что-то сродни участию в лотерее, результат абсолютно не предсказуем. Как-то блондинка Лина, желая обновить цвет, окрасилась в темно-синий цвет и месяц ходила в косынке. Эту историю мы держали в голове, но настроены были оптимистично. Мы действовали строго по инструкции, намазали бабушку раствором из одного флакона, выдержали пятнадцать минут и нанесли сверху содержимое второго. Мы хотели восстановить бабушкин обычный темно-русый цвет. Когда мы через два часа смыли состав, и бабушка начала обсыхать, мы обомлели. Цвет получился ярко-розовый.

«Розовый фламинго, дитя заката», – запела я.

– Лена, еж твою мать, я тебе сейчас дам такого фламинго!

«Может в жизни прошлой, мне трудно вспомнить».

– Лена, замолчи, еж твою! Я кому говорю!

«Думай о хорошем, я могу исполнить».13

Последние слова я пела на бегу. Бабушка уже гналась за мной с полотенцем, делая угрожающие удары по воздуху.

– Хер с ним, – махнула рукой бабушка. Подходит под свитер. (Свитер, как раз, был малиновым).

Она поправила челку перед зеркалом.

– Все равно я красивее всех этих старух!

– Мама, так нельзя, – пискнула мама.

– Тебя, корова, забыли спросить, – заорала бабушка. – Я в свои семьдесят лет лучше тебя выгляжу. Не бойся, не уведу твоего поца, даром он мне сдался, пенсионер.

Мама в страхе убежала в комнату.

– Леночка, теперь ты меня будешь стричь и красить, – вынесла вердикт бабушка.

И снова поправила перед зеркалом розовые волосы.