Погода ухудшается. Ветер усиливается и раскачивает кроны деревьев. В черном небе сверкают молнии. Где-то далеко слышны раскаты грома.

Я торопливо иду по незнакомой улице. Ветер бьет мне в лицо пылью и листьями, а я просто иду вперед без разбора, лишь бы оказаться подальше от заведения, в котором могут поднять тревогу.

Не знаю, как долго я иду, но силы на исходе. У меня дрожат руки и ноги, а дикая боль в голове пульсирует с такой силой, что кажется, ещё миг, и я потеряю сознание.

Тапочки почти не спасают от камней, и я чувствую, как неприятно ноют ступни от соприкосновения с асфальтом.

Я в отчаянии осматриваюсь по сторонам, в надежде попросить о помощи, но из-за непогоды улица практически пуста.

Внезапно из-за поворота выворачивает патрульная машина Росгвардии.

Сверкает фарами и почти ослепляет.

Я кидаюсь им навстречу. Просто падаю на капот.

Мужчины в форме пугаются. Один из них выбирается наружу.

— Женщина, с вами все в порядке? — таращится на меня он.

— Пожалуйста, помогите! Меня похитили и незаконно удерживали несколько дней. Прошу, доставьте меня к следователю Туманову как можно скорее, — сбивчиво прошу я. — Умоляю, это очень важно… Скажите, что Марго Курбатова хочет немедленно с ним встретиться.

Мужчины переглядываются.

— Ладно, садитесь в машину. Сейчас разберемся.

Я забираюсь на заднее сидение их служебной «девятки» и прикрываю глаза. По щекам катятся слёзы. Я просто не могу держать себя в руках. У меня истерика.

Один из росгвардейцев звонит в полицию, а второй протягивает мне бутылку минеральной воды.

— Вот, возьмите, а то вы совсем не в себе, — с сочувствием произносит он. — Вас действительно похитили?

Я отчаянно киваю. Трясущимися руками подношу воду к губам и пью, пью, пью… все никак не могу напиться.

— Несколько дней назад мы с мужем ехали в машине и случилась авария… А потом я очнулась в каком-то неврологическом диспансере, где меня удерживали насильно… Мне хотели стереть память.

— Стереть память? — сотрудник Росгвардии недоверчиво морщится. — О чем вы говорите? Это из раздела фантастики. Вы уверены, что вас похитили? Возможно, сознание сыграло с вами дурную шутку?

— К сожалению, это не шутка, — я отчаянно качаю головой. Всхлипываю. Сердце сжимается от ужаса при мысли о том, что эти двое мужчин могут мне не поверить и отправить обратно в место, из которого я сбежала.

— Поехали, Колян, — внезапно произносит тот, что вел переговоры с полицейскими.

— Ты уверен? История, которую рассказывает эта дамочка, больше похожа на бред.

Тот отмахивается.

— Уверен, да. Заводи машину.

Поворачивается ко мне.

— Мадам, следователь Туманов сейчас у себя дома, он попросил, чтобы мы доставили вас туда. Вы же не против? — приподнимает тяжелую бровь.

— После того, что я пережила, мне все равно, — растирая по лицу слёзы, хрипло шепчу я. — Может, так даже будет лучше.

— Наверное, лучше да. Он приказал доставить вас немедленно, потому что… кхм…

Настороженно поднимаю голову.

— Что не так?

— Не знаю, откуда вы сбежали, но на завтра на полдень назначены ваши похороны.

— Как, похороны?.. - шепчу изумленно.

— Вот так. Все, едем, у Туманова разберетесь, — отмахивается сотрудник Росгвардии.

Машина срывается с места, а я немею от шока.

Я была готова к чему угодно, но к этому — нет. И сразу становится ясно, почему ни Ника, ни Макар, ни следователь Туманов меня не искали. Получается, для них в день аварии я умерла?