Мой голос не выходил за пределы магического кокона, зато я прекрасно разбирала всё, что говорилось участниками драконьего суда.

— Мы собрались здесь, чтобы утвердить священное право нашего сородича на истинную связь с его парой, — начал скрипучим голосом один из пожилых драконов.

— Он лжёт, — прервал его Тайрелл. — Айлин — моя истинная.

Дракон удивлённо посмотрел на него.

— Прошу ответчика дождаться, пока ему дадут слово. Итак, Дэйрон Тарк из Ониксара утверждает, что Тайрелл Эйгард из Эльмирии препятствует его воссоединению с истинной парой, тем самым нарушая священные обычаи нашей расы. Всё верно?

Дэйрон шагнул вперёд, склоняясь в почтительном полупоклоне.

— Да, ваша честь. Наша с Айлин связь была установлена несколько месяцев назад, но долгое время оставалась непроявленной для посторонних.

— Ложь, — прорычал Тайрелл.

Теперь уже все драконы возмущённо уставились на него. Дэйрон, немного подождав, невозмутимо продолжил.

— Я готов предоставить десятки свидетельств наших друзей о том, что долгое время мы с Айлин жили вместе, и моя пара была счастлива рядом со мной.

Я задохнулась от негодования. Даже забыла, что они не могут меня слышать.

— Твои друзья? Ты хотел сказать, прихвостни, которых ты купил за деньги? Да они скажут что угодно!

Никто даже не посмотрел в мою сторону.

— Обстоятельства разлучили нас, — продолжал Дэйрон, — и моя пара на время попала под влияние известного столичного повесы, для которого она — лишь очередное развлечение.

Тай негромко зарычал, и одному из старших драконов пришлось призвать его к порядку.

— Ответчик, держите себя в руках! Иначе нам придётся прибегнуть к магическим ограничениям.

— Пусть Айлин сама расскажет, как счастлива она была, — потребовал Тайрелл. — И почему сбежала от своего жениха искать защиты в Эльмирии.

— Протестую, — холодно парировал Тарк. — Моя невеста сбита с толку. Он манипулирует ей, внушает ложные чувства. Ради её же блага — я требую защиты нашей связи.

Ведущий заседание дракон благосклонно ему кивнул.

— Поддерживаю. Женщина — существо эмоциональное. К тому же разум девушки может быть затуманен, ведь Тайрелл Эйгард — известен как талантливый менталист.

Я готова была взорваться.

— Это у всех вас тут мозги затуманены!

— Что вы можете ответить на выдвинутые обвинения и привести в доказательство своих слов? — скрипуче произнёс дракон, повернувшись к Таю.

Он с вызовом поднял подбородок.

— Что Тарк лжёт. Он годами незаконно добывал магию и не отпускает Айлин лишь потому, что её природный дар позволит ему получать силы в течение всей её жизни.

— Протестую! — эмоционально откликнулся Дэйрон. — Я был бережен с остатками своей силы и сохранил их до сих пор. Да, в юности я совершил ошибку, но с тех пор вёл добропорядочную жизнь верного подданного империи. Версия Эйгарда смехотворна. У моей невесты крайне слабый дар, это подтвердит вам любой в пансионе, где она училась.

— Дело не в силе, а в неограниченном резерве. Ты ведь знал о нём, да? — Тай повернулся к сопернику. — Как знаешь и то, что вы с ней не истинная пара.

Драконы остановили Тарка, который собирался что-то ответить, и на долгую минуту замолчали. Казалось, что они беззвучно переговариваются друг с другом, обмениваясь лишь взглядами. Наконец ведущий заседание подал голос.

— Истинную связь невозможно определить никакими артефактами. Но у нас есть слова истца, готовность его свидетелей и парные метки. А что есть у вас, Эйгард?

Пару мгновений Тай собирался с мыслями. Мне была видна лишь его напряжённая спина, но зато прекрасно слышно, как смягчился его голос, когда он заговорил обо мне.

— Истинная связь не требует доказательств, она просто чувствуется обеими сторонами. Спросите Айлин, к кому её тянет больше.

— Ментальное воздействие, — бросил Дэйрон.

Некоторые члены суда закивали в ответ.

— Я ощущаю её присутствие, даже если не вижу её, — продолжал Тайрелл. — Я знаю, что умру в миг, когда её не станет. И я чувствую, что прямо сейчас моей паре плохо от того, что ей не дают сказать ни слова на процессе, в котором решается её судьба.

— Всё это просто слова, — парировал Дэйрон. — Я чувствовал её боль…

— Ты причинял ей боль! — прошипел Тай, подаваясь к нему.

Несколько драконов шагнули вперёд, готовые разнимать драку.

— У меня только одно доказательство, — глухо проговорил Тай, возвращаясь на место. — Только безумец будет упорствовать, называя чужую истинную своей. Какие ещё у меня могут быть причины?

Драконы снова замолчали на долгие несколько минут. Когда воздух вокруг стал буквально звенеть от напряжения, самый старый из них наконец вынес вердикт.

— За недостатком доказательств Суд Драконов решил продолжить рассмотрение дела позже. До прояснения спора женщина будет передана под защиту того, чью связь с ней пока не опровергли.

Меня охватил ужас. После того, как нас с Таем связала сама судьба, снова вернуться в лапы Дэйрона? Мой жених удовлетворённо поднял подбородок, бросая на меня алчный взгляд. Послышался яростный голос Тайрелла.

— Нет!

— Ответчик, у вас нет доказательств.

— Я прошу позволить мне поговорить с Айлин.

— Отказано. Вы не можете приближаться к чужой истинной паре.

— Она моя истинная!

Тайрелл обернулся, отыскивая меня взглядом. На него было страшно смотреть. От бледности, залившей лицо, глаза казались зеленее обычного. Губы сжаты так, будто сейчас произойдёт что-то страшное. В такт зачастившему биению сердца внутри меня запульсировала и древняя магия камня.

— Эйгард, вам придётся…

Судья не договорил, оборвав фразу на полуслове. Его рот так и остался приоткрытым, только глаза бешено вращались от гнева.

Остальные члены суда как по команде кинулись вперёд, но ни один из них не успел коснуться Тая. Все они замерли на ходу, сохранив лишь возможность моргать. Дэйрон и вовсе замер, как статуя, глядя на меня.

— Снять чары, — скомандовал срывающимся голосом Тайрелл, и один из драконов, будто сопротивляясь неведомой силе, сделал неуклюжий жест рукой.

Невидимый кокон распался, и я почти сразу оказалась в руках любимого. Его тепло согревало, но от безумной картины застывших, как статуи, фигур мороз шёл по коже.

— Тай, что с ними? Что происходит?

— Я предоставляю им неопровержимые доказательства, — выдохнул он и накрыл мои губы поцелуем.