/Ксения/

Месяц спустя.

— Горько-горько-горько! — громко кричали девчонки, пока мы с Витаром целовались, демонстрируя всем гостям силу нашей любви.

— Это уже десятый тост. Так они никогда не оторвутся друг от друга, — пошутила Лиля.

Мы бы и рады не останавливаться, да надо общаться с гостями. Поэтому нам пришлось прервать поцелуй. Друзья улыбались, искренне радовались за нас. Сегодня собрались все лорды с их избранницами и близкими друзьями, что участвовали в спасении мира, просто важные для нас существа и члены кланов. Витар решил забабахать для нас самую грандиозную свадьбу. И пусть оба были не любителями шумных тусовок, но здесь чувствовали себя чудесно, ведь нас окружала искренняя радость близких.

— Ура! — Полина захлопала в ладони, положив голову на надёжное плечо своего Лукаса. — Какие же они чудесные, — шепнула, но я услышала благодаря усилившемуся недавно слуху.

— И замечательные, — подтвердил он, погладив её уже проявившийся животик.

Сок сегодня пила не только Полина, но и пепельноволосая утончённая красотка Алиса. Рубиновый лорд Бранд кружил вокруг неё заботливым тираном, подкладывал здоровую еду, постоянно держал за руку и практически не отлучался от любимой.

— Так, а когда конкурс мокрых лордовских костюмов? — осведомилась весело Мирослава, подтолкнув локтем сидящего рядом сапфирового лорда Стеина. — Можно и не мокрых.

— Новые разработки будет правильным продемонстрировать завтра, — улыбнулся он, заправив синевато-чёрную прядь за ушко возлюбленной. — А вот о твоём решении можно сообщить сейчас.

— Я приняла предложение Стеина, — сообщила Мира. — Перехожу из умных в красивые, — подмигнула усмехнувшейся Лиле.

— Я свою красотку тоже уговорил, — поделился изумрудный лорд Юнас, обнимая златовласую Ирину за шею. Она вся расфыркалась, легко выскальзывая из его захвата, после чего ловко поцеловала его в щеку. — Хотя нет, она вдруг сказала, что берёт меня в мужья.

— Он отказывался слушаться, обещал быть покладистым только с женой, — пошутила она, смешно надув губы.

И по помещению разлился наш дружный смех.

— И только Диана у нас крепкий орешек, обручиться обручилась, а на свадьбу не пригласила, — поддела я нашу травницу с фиолетовыми волосами.

Максимус весело поиграл медными бровями, ожидая её ответа.

— Вообще-то, мы привезли приглашения, — она смешно показала мне язык и отсалютовала стаканом с соком.

Как это я сразу не заметила, ведь тоже сижу трезвая?

— Похоже, скоро ассоциация попаданок организует детский сад, — заключила я.

— Чур не я первая сижу с детьми, — подняла руку Мирослава.

— Так нечестно! — возмутилась Лиля.

Шуточный спор продолжился, сменяясь смехом и новыми уколами. Улыбки не сходили с наших лиц. Мы все добились своего счастья и теперь наслаждались им каждый день.

/Витар/

— Что ты хотела мне показать, Ксения? — поинтересовался я, послушно следуя вместе с супругой по погружённым в полутьму коридорам дворца.

Нежная рука держала меня крепко. На сладких устах то и дело загоралась улыбка. Синие глаза горели предвкушением. Я бы шёл с ней рука об руку вечность, любовался, впитывал в себя мгновения с ней, но наш путь вскоре должен был завершиться обещанным Ксенией подарком.

— Скоро увидишь, — подмигнула она мне.

Я улыбнулся в ответ, терпеливо принимая необходимость ожидания. Но вот мы вышли на балкон. Здесь Ксения вдруг сбросила с себя пальто. И вместо свадебного платья под ним оказался облегающий чёрный костюм, подчёркивающий изящные изгибы фигуры.

— Нужно изменить… как это… дизайн, — отметил я недовольно.

— Люблю, когда ты ревнуешь и ворчишь, — рассмеялась она, отступая к парапету. — Закрой глаза.

Я послушался, прикрыл глаза. И сразу грянула вспышка. А стоило открыть глаза, как мне предстала прекрасная эбонитовая драконица с синими глазами.

— Потрясающий подарок, — не скрывая радости, я широко улыбнулся.

Значит, истинная связь вступила в полную силу, сделала Ксению моим продолжением и наделила её моими силами.

Я тоже сбросил мантию. Террас накрыл меня своей тенью, и мир на миг отдалился, чтобы вспыхнуть яркостью ощущений. Невероятный запах моей пары зазвучал ярче, глубже и неистовее в своём притяжении. Приблизившись, я боднул Ксению головой, лизнул нос, а она смешно фыркнула. Я рыкнул, разбежался и прыгнул в небо. И моя пара понеслась за мной, неловко, ещё неуверенно, но, как всегда, упрямо. Поддержав её под живот, я помог ей подняться выше. И здесь под облаками в золотом свете солнца мы слились в объятии.

«Спасибо, что появилась в моей жизни», — прошелестел про себя, и Ксения улыбнулась в ответ одними глазами.

* * *

Десять лет спустя.

— Бомбочкой! — пробился в сон звонкий голос Алланы.

Я поймал летящую в меня дочь на инстинктах, крепко обнял и перевернулся, подминая её под себя.

— Папа! — громко хохоча, взвизгнула она. — Опусти!

— Бомбочкой! — возопил Николаос, прыгая следом за младшей сестрой.

— Полина плохо на вас влияет, — Ксения перехватила сына и затолкала под одеяло, после чего прильнула ко мне.

Одновременно открыв глаза, мы улыбнулись друг другу. Душу наполнила радость нового дня. Выпустив дочь из объятий, я потянулся к супруге и оставил поцелуй на улыбающихся губах.

— Этим утром дети твои, — сообщил ей хитро.

— Они были моими вчера, сегодня они на самовыгуле, — фыркнула она, сладко потягиваясь. — Так! Все умываться! — рявкнула грозно, и дети со смехом рванули прочь из нашей спальни.

Как только дочь сбежала, я сразу привлёк Ксению к груди.

— Помнишь, какой сегодня день?

— Выходной! — протянула она радостно.

Жизнь текла своим чередом. Ксения заняла своё место рядом со мной, переняла часть дел, связанных с финансами. Но само собой, дети для неё всегда стояли на первом месте. И глядя, как горят её глаза, как она улыбается, в моей душе бурлила радость.

— И пикник, — кивнул я.

Неделя выдалась сложная, да и дети усердно занимались, поэтому сегодня мы собирались посвятить день семье.

Утро проходило обычно. Пока Ксения кормила Аллану, Николаос так и норовил сбежать из-за стола для игр с Газой. Я проверял дела и слушал последние доклады Аминтаса перед отлётом. В его жизни после нашей свадьбы тоже воцарилось счастье любви. Прибывшая на празднество жрица Кариты Ирис оказалась его истинной. В её большом сердце нашлось местечко и для малышки Атэны. Девочка полюбила её как родную и радовалась появлению сестрёнки. Да и Гектор получил согласие на брак от Мелиты, вместе с ней стал жрецом, и пара теперь воспитывала двоих ребятишек.

Все мы усердно и в своё удовольствие выполняли завет Кариты, жили в любви и взаимопонимании, растили наследников и наследниц, делились своим счастьем с подданными. Люди приняли нас, перестали сторониться в благодарность за спасение мира, и даже, наоборот, теперь многие желали найти истинную любовь с драконом. Катаклизмы прекратились, затонувшие материки поднялись из океанических глубин, чтобы однажды стать домом для новых поколений людей и драконов. Вера в Трёхликого постепенно сходила на нет, в мире строились и восстанавливались храмы Семерых, возводились новые города и поселения. Альлириум вступал в эру расцвета и процветания.

После завтрака мы завершили сборы и прошли на балкон. Аллана дрыгала ногами, сидя на моей шее, Николаос раскачивался на моей руке. За вторую мою руку держалась Ксения. И только сейчас я отметил, что её запах стал мягче, а улыбка загадочнее. Мысли вспыхнули радостью. Похоже, меня ждала потрясающая новость. Прочитав мои эмоции, Ксения кивнула.

— Люблю тебя, мой тёмный-тёмный лорд, — шепнула она.

— Ты знаешь, как я люблю тебя, — ответил, обнимая её за плечи.

Мы вышли на балкон, я обратился и понёс свою семью сквозь облака под радостные крики детей. В душе царили мир, покой и уверенность в светлом будущем. Ксения наполнила мою жизнь новыми красками, научила любви, и моя благодарность к ней простирается в вечность. Укрощать её характер не понадобилось, я полюбил её такой, какая она есть. Особенной. Моей. Любимой.

Конец книги.