В университете по субботам мы учились, зато, как только выпустился, устроился на работу, пятница стала моим любимым днём недели. Ну, если говорить про меня московского. У мухинского, что пятница, что среда — один хрен. Когда нужно было кого-то из барыг или должников трясти, разбираться с конкурентами, то пофигу там, пятница, среда, воскресенье.

Собственно, сегодня тоже для меня пятница не совсем пятница, подумал, когда лифт доставил меня на семнадцатый этаж, завтрашняя поездка на Можайское водохранилище можно считать работой, хотя формально и намечается по личной просьбе, дескать, не в службу, а в дружбу. Ага, попробовал бы я отказаться.

Блин, а как быстро неделя-то пролетела. Всегда так происходит, когда дел невпроворот. Так, а где мои ключи от квартиры? Вот они. Приходится в портфеле таскать, иначе карман пиджака топорщится, некрасиво смотрится. Не хочется портить впечатление от своих дорогих обнов, нужно, так сказать соответствовать. А ведь выход есть. Лежит, что называется, на поверхности. Отцеплю к чертям этот футбольный мячик — зачем только купил такой брелок? — можно подумать, я прям футболист знатный, Александр Головин или кто там ещё.

Не, в Мухинске-то гонял по полю неплохо, но и только. Правда, играли не в классический, а в жопу. Ну, это не в смысле каких-то извращений, а просто так называлось, когда соревновались на одни ворота небольшими по пять-шесть человек командами, а проигравшим потом пинали мечами по задницам. Весело было. Да и болельщик из меня никакой. Не вижу интереса смотреть на не самых лучших бразильцев или нигерийцев, которые между собой выясняют Спартак ли станет чемпионом или Зенит.

Сегодня я рано приехал с работы, ещё только начало восьмого, при том, что кроме портфеля у меня уже и пакет с продуктами при себе, успел по дороге в Магнит заскочить. Завтра с утра выезжаю, но до завтра есть-то что-то надо, а мои деликатесы директор департамента на пару с Ху Янь во вторник почти все пожрали. В супермаркет на неделе забегать оказалось некогда, так что, по возвращении приходится сворачивать в магазины шаговой доступности. Обычно в Полянку или пятёрочку, но и там, и там народа было много. В Магните оказалось не меньше, только других вариантов больше не оставалось. Пятница, конец рабочей недели, народ на выходные затаривается, особенно те, кому с утра бежать из Москвы за МКАД. Да и попал я сегодня в час пик, что в транспорте, что в магазинах.

Так, вот они мои ключики от пещеры Али-бабы, спрятались под блокнот — кто б знал, на кой я его в сумке таскаю? — открываю-закрываю одну дверь, открываю-закрываю на оба замка вторую, ух, как тут у меня душно, весь капец. Жара в последние два дня спала, но стены и потолок дома за предыдущие успели накалиться, ночью тоже не зима, июль, самый пик лета, не успевают остывать, да я ещё и окна с балконом, уходя на работу, закрываю. Может хватит уже фигнёй страдать и хотя бы на кухне делать нараспашку?

В понедельник так и поступлю. А пока, разувшись, заношу пакет на кухню, устраиваю проветривание там, затем в комнате, открыв и лоджию, и балконную дверь, а костюм снимаю в кладовой, сразу аккуратно вешая во встроенный шкаф. Проверяю сохранность клада — всё на месте, в комнате скидываю всю остальную одежду на стул — рубашку, галстук, носки — и быстрее-быстрее в душ. Под струями прохладной воды от удовольствия чуть не застонал, но ограничился пофыркиванием.

Чем ещё хорошо одиночество, так тем, что можно ходить по квартире абсолютно голым, и никто мне ничего не скажет. Тщательно вытершись, взяв в руки пульт, рухнул спиной на кровать, пока ещё полуторку, в позе звезды, раскинув руки и ноги в стороны.

Хорошо-то как. Конечно, имейся у меня вентилятор, или хотя бы окна выходили на разные стороны, было бы ещё лучше, но и так неплохо, обдувает.

Минут пять так провалялся. Надо ужин идти готовить. Нет, успею. Включил телевизор, там программа о животных. А что ещё смотреть? Только это, да о всяких там путешествиях. Остальное пока не хочется. И засыпать под рассказ о каких-нибудь бегемотах или тапиров хорошо. Я так теперь вечерами и делаю — ставлю перед сном таймер на выключение, и ни разу пока за эти дни не застал момента, когда телик погаснет, вырубаюсь раньше.

Сегодня рассказывают о кошачьих. Вот бы Корж посмотрел, ему теперь полезно. Хотя конечно же оцелоты — это не наши дворовые коты, но всё ж родня, какая ни есть.

Давно знаю, хороших людей много больше, чем плохих. А получив свои паранормальные способности порой с удивлением обнаруживаю, что и с собственно плохими не всё так однозначно. Взять того же Сергуню Коржика. Придурок всё ж своего добился и вчера, то бишь, в четверг вышел на новое место работы, в соседнем с нашим кабинете, через стенку от Олечкиного стола. Довольный как удав. Весь первый день ходил торжествовал и строил планы по покорению мира, начав с Анны Николаевны.

Я, так, ради прикола и из-за отсутствия других надобностей в использовании ментала посматривал, о чём он думает. Смеялся про себя над наивным чукотским юношей, а сегодня просто очумел, когда с утра при встрече залез ему в голову. И я, и наша красавица-начальница у Коржа ушли куда-то на задворки сознания. Этот придурок вчера отправился в магазин подкупить орешек к пиву и на обратном пути подобрал грязного увечного котёнка, что еле-еле ползал. Принёс его к себе в съёмную однушку, безуспешно пытался покормить того молоком, нашёл в инете ближайшую ветеринарную клинику, заказал такси, капец, я не узнал, во сколько ему поездка встала, но, в общем, съездил туда, заплатил ветеринару, там котёнка кое-как подлатали, сообщив, что того собака тяпнула, выписали капли и порошки, он их там же купил.

Короче, Сергуня теперь у нас папа котёнка. И до обеда даже документы, с которыми должен знакомиться по работе, толком не смотрел. Всё время названивал сестре, что должна была после каких-то там курсов заехать проведать больного. Котик с утра чуть-чуть всё ж поел, но Коржа это не успокаивало. С этой своей обузой наш новый коллега лишь к концу работы угомонился, когда ему сестра отзвонилась.

И хотя после этого его мысли снова вернулись к рассмотрению планов по отстранению меня от тела Каспаровой, чувствую, уже не могу относится к этому придурку с прежним злым презрением. Какое-то родство душ прям начал с ним чувствовать. Немножко, но да, так и есть. Я ведь тоже завёл бы себе животинку какую-нибудь, с удовольствием, да только понимаю, не смогу полноценно за таким другом ухаживать. Получается, мои способности иногда могут приносить и разочарования. Как кто-то говорил, многие знания — многие печали.

Надо вставать и идти на кухню, да не хочется. Поваляюсь ещё минут десять, меня что, кто-то куда-то гонит? Ага, гонит. Телефон, выложенный на стол рядом с компом заиграл и завибрировал. Кому-то я понадобился. Не Насте точно, у неё там в Китае сейчас глубокая ночь, сестра мне звонит, когда я в такси на работу еду, а она уединяется, чтобы мамулька её стерва вдруг не задалась вопросом, куда это доченька звонит. Не сестра, короче. Другой вариант.

Издав смесь стона и кряхтения словно старик какой — да ладно, всё равно никто не видит и не слышит — встаю на четвереньки и добираюсь до края кровати. Дотянулся всё ж рукой до айфона, но в следующий раз надо на тумбочку или стул класть. А-а, моя неугомонная болтушка-китаянка звонит.

— Привет, Янь, — отвечая, опять падаю на подушки. — Как дела?

— Нормально, а ты как? Собираешься к завтрашней поездке? — голос весёлый. Да она вообще не грустит, как посмотрю.

— Да я уж… — блин, чуть не признался, что ещё вчера всё сложил в рюкзак. Возьмёт и позовёт куда-нибудь, а мне сейчас выползать из своей норы влом. — скоро начну всё складывать. Пока хочу ужин приготовить Только что в квартиру зашёл.

— Ой, а я тебя отвлекла? — смутилась Ху. — Ладно. Я только сообщить тебе хотела, этих троих сегодня задержали. Пока выпустили под подписку. Они всё ж не убийцы и не насильники. До суда, если не попытаются сбежать, будут гулять на свободе. Нэсти дала мне контакт следователя, ведущего дело, и прислала доверенность её представлять. Буду держать тебя в курсе дела. Знаю ведь, тебе любопытно, — хихикнула. — Всё-всё, больше отвлекать сегодня не стану. Пока. Позванивай мне оттуда, с озера. А потом и со мной съездишь, покажешь те места, как там и что. Да? Ну всё.

Понимаю, про каких задержанных она говорит, речь об ограблении квартиры моей сестры, только что-то у меня не сходится. Что именно понимаю быстро, всё ж я аналитик не слабый.

— Погоди, какие трое? — уточняю.

— А-а, так этот негодяй ведь не сам в ломбард наворованные стразы и заколку пошёл сдавать. Какую-то девушку послал. Если бы не ты, если бы мы не поставили камеры, он бы выкрутился. Девушки его бы ответили, а ему ничего не смогли бы предъявить. Ты молодец Алекс. И, знаешь, я решила сама профайлингом заняться. Хорошая штучка. Ещё попросить хотела, но, ладно, потом.

— Нет уж, — смеюсь. Вот ведь хитрая, знает, что мне интересно, чего ей нужно. — говори сейчас.

— Убеди Нэсти, чтобы она была твёрже. А то она уже начала вздыхать, как ей ту Машу жалко. Как бы не забрала заявление на основании урегулирования между сторонами. Так-то, сумма украденного вышла больше двухсот тысяч, хотя в ломбарде дали восемьдесят. И это тянет на реальные сроки для всех троих.

— Честно, Янь? Мне и самому ту дурочку жаль. Давай оставим сестре всё решать.

— Ох, Алекс, вы и правда единокровные. — вздохнула. — Готовы прощать то, за что прощать не следует. Как хочешь, а я от Нэсти не отстану, пока не увижу эту троицу за решёткой. Буду давить на твою сестру, пока она злая. Там же реальных убытков намного больше.

— В смысле? — удивляюсь. — Этот урод же квартиру вроде не разносил. А те бутылочки и флаконы, которые он сбросил с полки, точно помню, не разбились.

— А бельё⁈ — неожиданно в голосе китаянки послышалось искреннее возмущение. — Ты что, не видел, как Гриша в Нэстином белье рылся своими потными, грязными руками? Она разве будет после этого носить? А там трусики и лифчики, извини, от Харлетт, Кики де Монпарнасс, Карин Гилсон. Да они в разы дороже тех стразов, которые придурок оторвал от бикини. Теперь всё на выброс, — вздохнула, явно чуть не плача от жалости к подруге.

Не слышал ничего из перечисленного. И не заметил, чтобы у Гришки прям действительно руки были грязные. Что там по видео скажешь? Кстати, у меня труселя хоть и хорошего качества, но от покупки брендовых воздержусь. Фигня это всё. Кстати, надо трусы надеть, а то сверкаю тут чреслами как балерун. Встаю с постели, хватит валяться. Янь всю истому с меня прогнала своим звонком. А Настю и правда жалко. Наверняка ведь с любовью бельишко-то выбирала. Нет, неужели и в самом деле выкинет? А почему нет? У богатых свои причуды. Я бы мог предложить сестрёнке просто-напросто постирать, а вот не стану. Самому знакомо чувство мнительности. Ни за что не смогу, к примеру, есть из тарелки, в которую кто-то когда-нибудь гадил, сколько её ни отмывай. А Настя наверняка ещё брезгливей. Может отдаст кому?

— Там эта Маша порядок-то хоть потом навела? — спрашиваю, найдя в шкафу ещё ни разу не надёванные трусы и, прижав айфон к уху плечом, надеваю их.

— Ещё бы не навела, — фыркает Ху. — Так-то там в квартире чисто, хотя полиция уже побывала, и Ли потом по новой договаривалась с клинингом. Ладно, Алекс, не забывай звонить или писать.

— И ты тоже держи в курсе, — прошу напоследок и кладу телефон туда же, где взял.

Да, полиция оперативно сработала, и почему я этому не удивлён? А Гриша реальное чмо. Гнида. Осознанно ведь девок на шконку отправлял. Знал, что в ломбардах стучат операм как дятлы, так что, ту подругу, которая туда принесла ценности, вскоре бы взяли. И Маньку тоже. Попробуй докажи, что деньги ему отдали. Слова одни. Выкрутился бы крысёныш. В общем, считаю, похвала от Янь мною целиком заслужена.

Так, что-то ж я хотел, пока Ху не отвлекла. А, точно, проверить содержимое рюкзака перед выездом. Привычка с армейской службы осталась, мы там постоянно вещмешки по описям сверяли. Сейчас понятно описи никакой нет, но я и так помню. Ветровка есть, ага, вдруг дождь? Не обещают, я смотрел прогноз, но этим метеорологам только очень уж наивные верят. Пойдёт ливень и прямо на Анну Николаевну, а тут я такой, раз, извлеку курточку и накрою начальницу с головой. Красиво, чёрт. Хоть бы и правда пошёл.

Поеду в шортах и сандалиях, двадцать семь в тени — это двадцать семь в тени, а на солнце и того больше будет. Но мы ж ещё и ночью веселиться собираемся, если я правильно понял. Поэтому спортивный костюм, настоящий Найк — Анна с Янь настояли, купил. Кроссовки мои старенькие, ничего, сойдёт. Комплект сменного белья, футболка, майка-борцовка красного цвета — как, блин, пожарник, но китаянка была в восторге, и Каспарова вверх большой палец подняла, когда Ху мне к груди этот кумач приложила. Трусы-плавки синего цвета. О, не зря ревизию начал проводить, этикетку с них забыл срезать. Где ножницы? Вот они. Чик-чик. Ага. Мыльно-рыльные и полотенце. Спрей от комаров, коробок спичек. Ну, вроде всё.

Отнёс рюкзак к выходу и направился на кухню. Опять купил стейк в вакууме, только сегодня решил обойтись без гарнира, ну, если не считать гарниром две жёлтые небольшие вытянутые помидорины и листья салата. Я ещё к чаю себе взял Чоко Пай две штучки. Знаю, что это южнокорейская химия, да что-то прям захотелось детство вспомнить. Мы в Мухинске этот бисквит прям обожали. Чай естественно мой родной — пакетированный зелёный с мелиссой. Подарок Ху Янь, который и в самом деле в тот же вечер три дня назад мне привёз курьер, я убрал от греха подальше. Понюхал, вроде нормально пахнет, вроде как сено с фруктами намешано, но пить фиг буду. Разве что, когда сестра вернётся, и с Ху ко мне в гости зайдут. Ну, или, как намеревался, Юрку потрясу своим новым имиджем успешного успеха, когда он перестанет дурью страдать и вернётся.

Ужин приготовил довольно быстро. А чего там тянуть-то? Съел с аппетитом, получилось как всегда у меня мухинского очень вкусно. Вот если вдруг прекрасная госпожа Каспарова меня выгонит с работы, даже не стану к сестре за помощью обращаться. Меня в любом ресторане с удовольствием шеф-поваром возьмут. Корочек о соответствующем образовании нет? Так я на практике покажу, на что способен. Ладно, понятно, что шучу.

Зато спокойно попить чая с чокопаем не получилось. Даже откусить не успел, только развернул первый бисквит, когда услышал звук вызова с айфона. Блин, сколько раз говорил себе придурку телефон с собой брать и каждый раз забываю.

Приходится тащиться в комнату. Кто тут у нас хочет меня услышать? Неизвестный номер. Снова товарищ майор из ФСБ предложит поучаствовать в поимке мошенников или это контора по замене подъездных домофонов?

— Слушаю. — говорю устало.

— Лёша, не сбрасывай, пожалуйста! — о, Ленка Карякина. Пипец. Мы ж с ней всё окончательно выяснили? Чего ей опять-то нужно? Хочет, чтобы я ещё раз послал? Так за мной не заржавеет. Я не тот мямля, который из-за неё в петлю полез ипанашка. — Мне нужно сказать тебе очень важное! Лёша, я рассталась с Рябковым!

— Поздравляю. Или сочувствую. — не сдерживаю смешка. — Зависит от того, вот ты сейчас похвасталась или пожаловалась?

— Не смейся, Лёша! Я же знаю, что ты меня любишь! И я тебя. Просто не знаю, что на меня тогда…

— Не интересно, Карякина, — обрываю, не дослушав, сбрасываю вызов и сразу блокирую номер.

Надеюсь, она не устроилась работать на фабрику по производству симок. Тогда борьба предстоит долгая. Но мне Ленка правда уже по барабану. Никакого желания насладиться унижением той, кто меня убила, и в помине нет. Что называется, проехали. Эта страница жизни меня московского перевёрнута и возвращаться к ней не собираюсь.

Вернулся на кухню, хотя б в этот раз не забыв свой телефон. Звоните, люди добрые, прям в ту же секунду готов вам ответить. Положил айфон, правда, не на стол — залью ещё, вот номер-то будет — а на подоконник. Заодно заметив, что некоторые мои соседи начали грузиться в машины и уезжать из города прямо сегодня вечером. Это те, для кого каждая секунда на природе или в деревне дорога. Или кому далеко пилить.

И звонок, что я призывал, всё ж раздался. Не зря ж предупреждала баба Галя, не буди лихо, пока оно тихо. Только не телефон зазвучал, а дверной сигнал. К тому времени я расправился со всеми бисквитами, почти допил чай до дна и наполнил кружку наполовину ещё горячей водой из чайника. Пакетик-то я не вынимал, осталось подождать пока чуть-чуть по новой заварится.

Ну, блин, Ленка, если это ты или твой дебильный братец, или оба, честное пацанское, с лестницы спущу. Снова в комнату сначала, надеть спортивные штаны и футболку. Затем уж узнать, кого чёрт там принёс. Оп, а это Костя, мой знакомый с шестнадцатого этажа. С пакетом в руке. Время половина девятого. Чего ему нужно-то? Он ещё не начал говорить, а я уже активировал ментал, эмпатия подсказывала у него лишь решительный настрой на разговор, надежду на его благополучное завершение и нормальную мужскую симпатию ко мне.

" — … не прогонит же. Даст спросить. За спрос ведь денег не берут. Может и помочь, ну тут как я сам поставлю вопросы, как преподнесу просьбу…" — это у соседа в мыслях, а на словах начал, что называется, с места в карьер:

— Привет, Лёш. Извини, что так поздно, но разговор есть. Боюсь, ты в эти выходные опять куда-нибудь усвистаешь, и не поговорим. Вот, — приподнял он звякнувший пакет. — как ты любишь. Не фильтрованное. Взял нам по паре бутылок. Пустишь?

Блин, если по честному, то не пустил бы. Настроился уже на оцелотов-бегемотов смотреть, но прогонять не удобно. Так-то нормальный мужик, да и время ещё детское.

— Только не надолго, Костя, — предупреждаю, освобождая ему проход в тамбур. — И, извини, пить с тобой смогу только чай. Завтра у меня рабочий день, очень ответственный, а я после спиртного не очень хорошо себя чувствую.

— Суббота же? — удивляется несостоявшийся политолог. — Да и что с пары бутылок будет-то? — но, увидев выражение моего лица, тут же добавил. — Ну, нет, так нет. Мне больше достанется, — пошутил.

Предлагал ему не разуваться, он же не с улицы, в домашних тапках, но сосед их сбросил и прошёл на кухню в носках. Культурный какой.

У меня для него нашёлся пакетик солёного арахиса, но у Кости кроме пива с собой оказалась и вобла. Фу, блин. Теперь на кухне будет рыбой пахнуть. Хорошо хоть, не копчёную скумбрию принёс, которую мы с ним когда-то тут трескали. Здесь в то время лишь два табурета и ящик с посудой вместо стола были.

Недолго поговорили о погоде, о прошлых наших посиделках, о соседях, кто уехал, кто новые въехали в наш подъезд, пока я не решил ускорить переход к теме его визита.

— Ты о чём-то спросить хотел, — напоминаю.

— Да-да, Лёш, — он скручивает пробку со второй уже бутылки и наливает в кружку. — в общем, что я тебе скажу. Проработал я неделю, устать не устал, но желание туда таскаться пять дней в неделю всего за полсотни, чуть больше, в месяц, если с премиями, никакого желания нет. Сам понимаешь, для Москвы пятьдесят-семьдесят тысяч, для взрослого мужика, это не серьёзно.

— Понимаю, — киваю, делая глоток уже остывшего чая.

— Вот. И я тоже думаю, мне б сотку хотя бы, — воодушевился он моим согласием. — Алекс, я ж видел с какими ты тёлками во вторник…

— С девушками, — поправляю на автомате.

— Да, конечно, с девушками. И понимаю, что они непростые. Ты ж можешь через них поговорить насчёт меня? — очередной проситель путает меня с Центром занятости или кадровым агентством. — У меня ж европейский диплом, европейского образца. Я могу в пиар-службе любой солидной фирме быть полезным. Выручи, Лёша. У нас ведь своим трудом ничего не добьёшься.

— А ты пробовал, Костя? — вырывается у меня. — Ты только неделю, как взялся трудиться. Может скоро карьера попрёт в гору ого-го.

— Не смейся, Лёха, и так тошно, — сник он и жадными глотками за раз опорожнил кружку. Воблу мы так и не стали чистить, сосед мою гримасу оценил верно. — Родаки начали каждую копейку зажимать, типа, я ж теперь сам работаю. А с такими деньгами особо не развернёшься. Поговори там у себя насчёт меня. А?

— Кость, честно, не хочу обманывать, — приятно конечно чувствовать себя в новом качестве, в качестве, если не одного из хозяев жизни, то кого-то к ним близкого, только конкретно этого мужика водить за нос как Коржа не стану. — Где я, а где пира-служба. Я к ним вообще никаким боком…

— Зачем ты так, Алексей? — обиделся сосед. — Я ж знаю, в каком холдинге ты работаешь. Сам ведь рассказывал, прямо здесь на кухне, когда вернулся с собеседования и радовался, что взяли. Посмотрел в интернете сайт. Не знаю, кто та узкоглазая, хотя по машине с водителем ясно, непростая чувиха, а вот та, другая, сама Каспарова. Я её сразу по фото узнал. Директор департамента в банке. Лёш, ну, выручи. Понятно ж, что они для тебя подруги. Слышал, как вы общаетесь на равных. Им ведь не трудно меня порекомендовать? Попроси их.

— Даже не представляю, что я ей скажу, — мотаю головой. — Ты просто не представляешь, как и что у нас работает. Одних слов мало. Я тут уже пытаюсь одного своего друга прорекламировать, и пока результат ноль, зеро, пустота. Так у него победы в межвузовских конкурсах и диплом с отличием, и без работы он всего три года, четвёртый сидит. А тебя я как рекомендую? Нет, реально, Костя, что я скажу? Вот нормальный мужчина, не пьющий, чемпион Мортал комбат и других игр, раньше нигде не работал, но мы с ним мебель вместе таскали и потом пивко попивали. Так сказать? Или обманывать ту, которая мне доверяет? Знаешь, Костя, в общем, я завтра по работе с ней рядом буду. Если хочешь, расскажу ей про наш с тобой разговор и попрошу оценить возможность твоего использования в холдинге. Всё честно ей расскажу. А потом также откровенно передам тебе её ответ. Сойдёт? Только сразу говорю, не обнадёживайся.

— Сойдёт, — после некоторых раздумий, явно очень грустных, согласился сосед. — Хоть так. И на том спасибо.

Кстати, обманывать его не собираюсь. Всё равно нам с Анной придётся дорогой развлекать себя беседой, и я насчёт водителя хотел с ней поговорить. Почему бы и про Костяна не спросить? Ответ Анны, впрочем, уже знаю, тем более, он не в самом приглядном облике перед девушками тогда предстал. Зато с переноской шмоток помог.

О, водитель. А я ж теперь про Дубровку в курсе, про такси на Дубровку. Олег у отца ради интереса спросил. Оказывается, это была фраза из Алмазной руки, фильм такой давно крутили. Нет, Бриллиантовой, точно.

— Да не надо, Кость, — отказываюсь от двух бутылок, укладывая их обратно в пакет, как и воблу. — Я сейчас не пью почти совсем.

Проводил наконец-то, слава тебе господи. Надеюсь, сегодня меня больше никто не потревожит. Навёл порядок. Постоял немного на лоджии, подышал свежим воздухом, посмотрел внизу точки бегающей ребятни на детских площадках, всё никак не угомонятся, а ведь время уже десятый час. Оставил всё открытым. Скинул футболку со штанами, лёг и включил телевизор. Зачем-то переключил на Россия двадцать четыре, а там не официоз, а репортаж с фронта, так что сразу же вернулся на животных.

Нет, я так-то интересуюсь происходящем на СВО, но предпочитаю просто новости из интернета. Репортажи меня слишком заставляют нервничать. Близко к сердцу всё воспринимаю. Там ведь у меня много приятелей и знакомых. Одних только одноклассников меня московского двое, а мухинского четверо и одноклассница, Лерка Горшкова, после меда получила лейтенанта, сейчас где-то в полевом госпитале оперирует.

Жду, когда наконец эта бодяга закончится. В нашей победе не сомневаюсь. Правильно Арефьев-старший сформулировал, Ильич вообще умеет чётко так говорить. Да, мы не такие героические, какими были наши предки, не готовы к той их жертвенности, ну, в основной своей массе, только противостоит-то нам кто? Не манштейны с гудерианами, не наполеоны с мюратами, не карлушки двенадцатые со стефанами баториями или магистрами конрадами, а всякие там шольцы, хренольцы, падающие с трапов бидоны с деменциями, риши сунаки, урсулы и прочая вонючая гомосятина. Трусливая падаль. Сами с нами очкуют напрямую воевать, помнят неоднократно поротыми задницами, что это плохая идея, вот и наняли барыг с бывшими русскими. Нет, наши парни их задолбят. Другой вопрос, когда. Скорее бы.

Сейчас вместо кошачьих на канале, куда вернул своё внимание, самка богомола. Ох, ты ж, сука какая. Сожрала ухажёра. Не нафиг. Лучше путешествия. Лесото? Это где такое? Не, понятно, раз полуголые негры с копьями, значит в Африке, но что-то даже не слышал про такую страну. Но интересно. Капец, сколько там хищников. Как люди там вообще выживают?

Утром мелькнула предательская мыслишка, что в связи с особыми обстоятельствами предстоящей поездки сегодня обойтись без пробежки. Только понимаю, что если так вот давать себе слабину, у меня тогда всегда найдутся особые обстоятельства, каждый день. Поэтому вскакиваю и традиционным маршрутом хоп-хоп на пробежку, могу даже подольше. Отъезд-то в десять. Анна Николаевна решила выспаться.

Уж на что у меня напряжённая неделя выдалась, у неё и вовсе полная задница. Она ж ко всему ещё и акционер в некоторых фирмах нашего холдинга, хоть и мелкий. Пыталась отвертеться от полугодовых собраний, написав доверенность на отца, но любимый её дедуля, узнав, так за это обожаемую внучку отчехвостил, что та в четверг будто пёс на цепи кидалась на всех подчинённых. Даже мы с Олегом, вроде как её фавориты, старались из своей комнаты лишний раз нос не высовывать. Да нам и так было, чем заняться. Вообще, у нас классный тандем сложился. Понимаем друг друга с полуслова и по многим вопросам дополняем. Олег — это не Игорёк Филиппов или Сергей Райко. Молодец парень. Повезло мне с напарником.

После пробежки вдвое большее время провёл у тренажёров. Никто почти не мешал и не отвлекал. Всё-таки многие в отличие от меня-молодца на выходные позволяют себе лениться. Или уехали. И в подъезде никого не встретил. Прямо не дом, а лежбище котиков. Спят усталые игрушки, книжки спят, как в той песенке из детства.

Перед уходом, хоть и скривил лицо, но опять закрыл и окна, и балкон. Оделся в шорты и футболку, повесил на пояс барсетку, куда помимо телефона и карт из портмоне, положил и восемь тысяч наличкой. Мало ли, вдруг пригодятся. Хотя Анна обещала, что все расходы с неё, но я что, не банковский работник разве? Могу себе позволить угощать свою спутницу. Ну, если вдруг попросит. Самому навязывать оплату её пожеланий наверное не очень культурно.

Звонок от Анны Николаевны, нет, сегодня и завтра просто Анны, Ани, застал меня, когда я уже стоял на остановке и наблюдал приближающийся электробус, который должен меня отвезти к станции метро. Мог бы и на такси поехать, не жадюга, да только не знал, чем себя после завтрака занять. Решил, что лучше уж я время потрачу на поездку. Не в брендовом же костюме, хотя шорты, футболка и сандалии на мне не из дешёвых.

— Алексей, ты у меня там не проспал? — интересуется подруга на два дня.

— Нет, я уже еду, — отвечаю и направляюсь к подъехавшему ЛиАЗу.

— Так рано? — удивилась и тут же догадалась: — Подожди, ты что, общественным транспортом едешь? Лёша, я ж сказала, такси тебе вызову. Ты ответил, что сам.

— Хотел, но тогда приехал бы слишком рано, Аня.

Блин, сейчас решит, что я из жадности. Капец. Ладно, узнает меня поближе, поймёт, что я совсем не такой.

К её жилому комплексу подъехал на десять минут раньше. Можно сказать, проявил и вежливость, не заставил даму ждать, и точность, не вынуждал её торопиться из-за своего преждевременного появления. Тут охраняется не хуже, чем наше офисное здание. Даже формы секьюрити очень похожи. На одной фабрике поди шьют? А может и не на фабрике. У нас в Мухинске Светка, которая на выезде из города вопросы насчёт девчонок решала с дальнобойщиками, когда на зоне чалилась, тоже всякую униформу клепала.

Показал паспорт, и меня без вопросов пропустили, сверив со списками заявок от обитателей этого элитного владения. Дошёл до подъезда и позвонил Анне.

— Поднимешься? — предложила.

— Зачем? — хмыкаю. — На уже через шесть минут выдвигаться. Я лучше здесь тебя у подъезда подожду.

— Не дождёшься, — отвечает Каспарова. — Я сразу на паркинг спущусь. Видишь фонтан? — ещё бы не видеть. Между детской и игровой площадками скверик, там струи выше деревьев вверх бьют. — Сядь на скамейку, я скоро подъеду.

Она появилась минут через пятнадцать. Ну, понятно, она сейчас девушка, которой просто положено опаздывать на встречу со своим парнем, а не пунктуальный директор департамента. Подъехала на красном Порш Кайенне. Раньше я её на такой тачке не видел, да и ладно. Мало что ли у Каспаровых авто? Поди целый автопарк при их загородном особняке.

— Это я решил заказать себе такси на Дубровку, — решил показать свою эрудированность, открыв пассажирскую дверь рядом с водителем.

Может и в самом деле тот фильмец посмотреть?

— Чего? Лёша, садись уж, бобровка, — торопит.

У-у, похоже, не я один такой тёмный насчёт киноклассики.