Мне кажется, что со стороны наш чёрный китайский лимузин, аккуратно пробирающийся вдоль рядов наставленных возле бордюров машин к моему подъезду, напоминает тихо подкрадывающуюся к жертве пантеру. Настолько умело и, скажу, грациозно Ли управляет транспортом. Проезжаем Полянку, затем проулок между моим домом и соседним, и вот уже, считай приехали.
Я немножко в шоке, что обе мои сегодняшние спутницы — Анна Николаевна и Ху Янь — решили меня проводить чуть ли не до квартиры, да не чуть, а безапелляционно заявили, что помогут мне донести покупки до дома. Так-то понятно, за один раз мне бы не управиться с кучей свёртков с одеждой и с коробками обуви, да даже и за два сильно сомневаюсь, но чтобы богатейки, светские львицы и просто красавицы надумали вдруг стать грузчиками, ну, тут конечно я в шоке. Хотя, чего уж, наверняка ведь их просто гложет любопытство, как живёт такой замечательный парень, для одной подчинённый, для другой брат лучшей подруги и сам теперь друг. А напрашиваться без повода им неудобно. Вот и пользуются случаем. А я что? Я не против. Было вначале, как только услышал их заявление, некоторое смущение, да быстро прошло. Они ж деньги за доставку груза на семнадцатый этаж не спрашивают.
Ли, чуть повернув голову, что-то произнесла по-китайски. Не, интонация вопросительная, поэтому, значит, спросила. Янь перевела:
— Какой подъезд?
— Да вот, следующий. Уже приехали. — отвечаю с удовольствием.
Ещё бы, время только начало десятого, на улице даже светло, а я уже дома. Всё почему? Потому что госпожа Каспарова решила, что моё обеспечение вещевым имуществом — это в некотором роде рабочий момент, и из офиса мы ушли в пять часов вместе с Олегом. Только Арефьев-младший спустился на минус второй этаж к подземному паркингу, а мы с Анной вышли на первом, Ху дожидалась нас у главного входа, точнее, в сотне метров не доезжая, но едва я и начальница появились из здания, Ли тут же к нам лимузин подогнала.
Мои опасения, что Янь заболтает начальницу до смерти, оказались напрасными. Оказывается, Анна Николаевна умеет в разговор не хуже китаянки, особенно, когда речь заходит о модных вещах, аксессуарах и драгоценностях. Девушки, оценив шмотьё и брюлики друг друга, почти одновременно начав делать друг другу комплименты и задавать уточняющие вопросы в стиле «Это у Габано коллекция весна-лето или лето-осень?», очень быстро нашли общий язык на интересные им темы, так что, на какое-то время даже забыли какого чёрта они вообще оказались вместе.
Еле сдержался тогда, чтобы не поинтересоваться, я им не мешаю? Может мне выйти у ближайшей станции метро, и дальше своим ходом доберусь? Хорошо, что их помощница Янь привела в чувство, спросив, куда ей нас везти.
— У тебя тут неплохо, — оценила мой двор Каспарова. — Вижу, и паркинг неподалёку, и спортивные площадки вокруг, и погулять есть где.
— Да, неплохо, — соглашаюсь.
Мы уже остановились. На скамейке у подъезда сидит Костя, мой сосед с шестнадцатого этажа, и курит. А что, дневная жара уже спала, ветерок лёгкий поднялся, а тени домов закрыли всё вокруг. Сиди, что называется, дыши. Только вот эта дымящаяся соска ни к чему.
Вид у политолога с дипломом Вильнюсского Европейского университета правда неважный, какой-то заморенный. Похоже, первый рабочий день после долгих лет бездельного сидения на шее родителей и ненапряжной борьбы с режимом, бросания самолетиков или подсвечивания неба фонариком, оказался для Константина изматывающим. И обидным, платить-то по московским меркам будут сущие гроши.
— Ты чего? — спросила Ху, когда я открыв дверь, оторвал от сиденья задницу и тут же вернул её на место.
— Лёша? — тоже заинтересовалась начальница.
— Да это, — не сразу нахожусь, как сформулировать проблему. — А как, чтоб было культурно, правильно сделать? Я не знаю просто, мне вас вперёд себя выпустить нужно или самому сначала, а потом уж…
Не договорил. Девчонки мои переглянулись и рассмеялись одновременно. Янь, так та ещё и щёчки ладонями прижала. Ага, им весело. И вообще, благодаря мне, у них сегодня вечер развлечений получился. Такое чувство, что давненько они обе столь сильного удовольствия не получали. Вполне возможно, так и есть. Они ж девушки избалованные, многое им наскучило, а тут представилась возможность провести необычный шопинг. Вот и оторвались по полной, измучив меня намного сильней даже, чем Настя в прошлый раз. Это и понятно, сестрёнка была одна, а этих двое, да и количество покупок нынешнее ни в какое сравнение не идёт с тем прошлым.
Богатые или бедные, как понимаю, девчонки все, когда были маленькими, играли в куклы. Одевали их, раздевали. И вот благодаря мне сегодня вспомнили радостные моменты беззаботного детства.
Конечно же, не посчитал зазорным вовсю пользоваться эмпатией и пару раз менталом. Тот поток положительных эмоций Анны и Ху, что буквально сбивал меня с ног своим мощным напором во время выбора мне одежды и обуви, значительно облегчил мои мучения от издевательств, которым они обе меня подвергали, заставляя мерить и перемерять одно за другим, часто возвращаясь к уже казалось бы отвергнутым вариантам. Это был капец полный.
Зато начальница и Настина подруга за такой короткий промежуток времени смогли стать приятельницами. Если в начале их знакомства, едва мы возле офиса Инвест-гамма Холдинга разместились в салоне лимузина, у обоих я считывал настороженность и расчётливость, а чуть позже вспышки зависти друг к другу во время выяснения у кого из них что имеется, чем можно гордиться и хвастаться, то уже в магазинах и бутиках все их плохие мысли ушли далеко на задний план, сменившись чувствами взаимной симпатии.
Собственно, они, так получилось, общались-то, можно сказать, на одной волне. И даже спорили с удовольствием, в конце концов приходя к согласию. При этом моё мнение их интересовало лишь в части, жмёт или не жмёт, давит или не давит.
И всё же, и всё же, я проведённым с красавицами шопингом доволен. Конечно, не без ложки дёгтя, которая отравляет мне удовольствие, но об этом стараюсь не думать. О том, что не только мои пол ляма наличных будто корова языком слизала, а ещё пришлось и карту на восемьдесят две тысячи облегчить. Не ровно, на восемьдесят две триста, но это ж, считай, одно и то же. Это я прежний над каждой копейкой трясся, а теперь, триста больше, триста меньше — фигня.
Правда, значительную часть сегодняшних трат пришлось на кровать с матрасом. О моей потребности сменить спальную мебель Янь знала от меня, сам ей проболтался. Когда же Ху во время примерки осенних ботинок поделилась этой информацией с госпожой Каспаровой, то возможности отпетлять от поездки в мебельный салон у меня не осталось.
Конечно пришлось соглашаться с их выбором матраса Мистер Маттресс за восемьдесят семь тысяч. И это матрас, а не вся покупка. Вообще же моё новое спальное место мне обошлось в сто сорок семь тысяч с учётом скидки. Зато теперь буду спать на ортопедической кровати Хофф. Рассчитался, привезут на следующей неделе в пятницу. Брать выставочный образец девушки мне запретили, да я и сам бы не стал. Что ж я, глупее паровоза что ли?
— Иди уж, джентльмен ты наш, — толкает меня отсмеявшаяся начальница.
Ху всё ещё продолжает хихикать. Ну, не ждать же, пока китаянка успокоится. Выхожу из салона одновременно с вышедшей из-за руля Ли. Увидевший эту картину дипломированный политолог чуть сигарету за оттянутый ворот своей несвежей футболки не уронил. Вот уж чего он не ожидал, так это прибытия соседа своего давнего знакомого с семнадцатого этажа, на авто стоимостью под три сотни тысяч баксов.
А уж когда вслед за мной выскочила тонкая как тростинка Ху Янь в своём переливающемся приталенном светлом платье и Анна Николаевна, весь вид которой кричал, что она деловая тётя высокого полёта, тут, я подумал, его кондрашка хватит.
— Привет, Костя. — машу ему рукой и за Ли направляюсь к багажнику, где сложен весь мой шмот.
— П-привет, — отвечает он, забыв после этого закрыть рот.
Девушки, равнодушно-пренебрежительно мазнув взглядом Константина, подходят следом за мной и Ли, уже поднявшей крышу багажника.
Свёртков там шесть, они не очень большие и совсем не тяжёлые, даже тот, что с драповым демисезонным пальто. Четыре коробки с обувью увязаны в одну стопку. Но у меня ж ещё есть свой портфель, а у девчонок сумочки, так что, задача по переноске моих шмоток выглядит не такой уж и простой.
Помощь пришла от соседа.
— Алекс, давай, я помогу. — выбросив окурок мимо урны, подошёл, не дожидаясь моего ответа.
— Давай, — говорю. — Как раньше. При переезде. — с улыбкой вспомнил наши пешеходные путешествия с вещами на шестнадцатый и семнадцатый этажи до запуска лифтов.
На улице ещё ничего, а вот в кабине лифта, куда мы зашли вчетвером — свою помощницу Ху отправила отогнать машину, чтобы не мешать проезду — запах от Кости сильно бьёт по ноздрям, смесь пота, табака и пивного перегара.
Само собой я и сам не всегда фиалками пахну, но, заметив, как Анна с Янь переглянулись и отодвинулись от нашего помощника подальше — хотя в ограниченном замкнутом пространстве это фигня — почему-то испытал чувство неловкости.
Фёдор Ильич Арефьев как-то называл это испанским стыдом, когда стыдно не за себя, а за другого. Почему испанский? Хрен его знает. Но испанский.
— Кхм, Костя, — мы уже проехали девятый этаж, когда сосед пришёл в себя и решил представиться.
Мои спутницы опять переглянулись — благодаря Костику у них всего по свёртку под мышками — и решили проявить вежливость, хотя эмпатия мне долбит в голову их обоюдным презрением к помощнику. Ага, вот так вот и делай доброе дело людям. Но всё ж вежливость заставила их представиться в ответ. Назвались по именам и увели лица в сторону от Кости, давая понять, что дальнейшей беседы не желают.
А чего он хотел? Что такие светские львицы начнут с ним флиртовать? Нет, не этого, его просто начало распирать любопытство. Только вот лифт у нас достаточно скоростной, не как в офисе Инвест-гаммы, но уже поднялись на семнадцатый этаж. Сосед только и успел спросить меня, откуда мы такие нагруженные, в ответ едва не сказал, что от верблюда, да стало стыдно. Человек помог, а я как свинья хамить что ли буду?
Но в гости я его к себе не позвал, хотя на его лице застыло ожидание такого поступка с моей стороны. Не дурак он, эмпатия показала его тоску от понимания, что приглашения не последует. А вот девушки без всяких моих слов решительно вошли в квартиру, еле успел их придержать.
— Не нужно дальше нести, — говорю. — Складывайте здесь, в коридоре. Я потом сам разберу. Костя, спасибо, — протягиваю ему руку на прощание.
Когда выходил закрыть за ним тамбурную дверь, сердце было не на месте — вдруг начальница и китаянка меня не послушают и надумают отнести покупки в кладовую, начнут сами всё раскладывать и увидят мои честно заработанные мухинским прошлым бабки? Фух, нет. Остались стоять в прихожей с интересом оглядываясь.
— Ты позволишь нам посмотреть, как тут у тебя уютно? — с ласковой улыбкой поинтересовалась Анна Николаевна Каспарова.
Янь промолчала, но в глазах та же просьба. Как там тётя Галя говорила, любопытной Варваре нос оторвали? Наверное. Только этим-то никто не осмелится даже щёлкнуть по носикам. Тем более я. Конечно, предлагаю им пройти. Хотел решить вопрос с тапками для них, сам-то и в носках могу, благо они у меня совсем новенькие, муха не сидела, но эти две великосветские особы даже и не подумали разуваться.
Еле успел забежать вперёд них, чтобы в случае чего, не дать им первыми войти в кладовую. Блин, вот я придурок. Ага, так и представляю, как Каспарова или Ху, встанут на четвереньки и заглянут под нижнюю полку, чтобы обнаружить мой клад.
" — … Почему Нэсти говорила, что у Алекса маленькая квартирка? — читаю мысли Янь. — Да, не особняк, но у нас не у каждого менеджера высокого ранга, если он одинок, такая жилплощадь. Ой, я опять забываю, насколько Россия огромная, и здесь совсем другие взгляды на размеры. В Гонконге Алекса считали бы индийским набобом с такой-то квартирой. Да и в других мегаполисах тоже. Набоб Алексей, хи-хи…"
Всё ж я молодец, нефиг часто самобичеванием заниматься. Смотрю взглядом со стороны, и, скажу, у меня тут вполне приличный порядок. Ой, вон, где вчерашний носок-то оказывается был. Госпожа Каспарова оказывается, не только неточности в докладах и документах умеет находить, а и потерянные предметы между дверью лоджии и столом.
Отбросила кончиком туфли носок в сторону и вышла на балкон. Янь за нею. Там сдвинули в сторону стеклопакет, и обе высунули головы наружу. Капец, как они на птенцов в гнезде в ожидании родителей похожи.
Потом заглянули даже в ванную комнату, а затем всё-таки дошла очередь и до кладовой.
" — … Точно. Лёшка же в армии служил, — заметила мою форму Анна. — Это что у него за войска. Крестики какие-то. А, не крестики. Пушки. Получается, он у меня пушкарь? Нет же, артиллерист. — уступила место китаянке, чтобы и та в кладовую заглянула. — А женщины у него нет, — ошибается с выводами начальница, посмотрев в сторону ванной. — Никаких следов. Был бы кто-нибудь, там наверняка какие-то её предметы ухода да лежали бы. Платов молодец. Не все мужики неряхи. Порядок наводит. И сам всегда опрятен. Не то, что этот его сосед. Фу, какой неприятный…"
Нахожу в себе силы послушать ещё раз Ху, и всё на сегодня. И так перебор с использованием паранормальных способностей. Даже эмпатию отправлю на отдых.
" — … Ого! Так Алекс военный⁈ Почему Нэсти мне не сказала, что он в армии служил? Подруга называется. Люблю военных! Они такие, такие…"
Всё, хорош. Не хочу слушать, какие мы военные. Посмотрела бы на нашего начальника ГСМ в Мулино. Ряху отъел капец какую. Разные они, мы, но в целом да. Сейчас так вот вспомню, мужики нормальные.
— Может чаю нам с Янь предложишь? — спрашивает Анна Николаевна. — Так сказать, в качестве благодарности за помощь?
— Могу и чай, и кофе, и ещё что-нибудь, — не попы расцеловать конечно, но я за сегодняшнюю поездку, да и вообще за то, что они на поверку такими замечательными получаются им искренне признателен. — Прошу на кухню. Янь, ты не против?
— Нет, не против, — смотрит китаянка на меня лучащимся взглядом. — А я есть хочу ещё, и разреши я в туалет у тебя схожу?
Вот она, простая китайская непосредственность. Нет чтобы руки попросить помыть, так надо всё открытым текстом. А ведь знает чертовка, что эпатирует. Как понимаю, сейчас адресат её фразы — новая знакомая, Ху смотрит, смутится та или нет? Ну, нашу Анну Николаевну хрен чем смутишь. Да и меня, если честно. Поэтому, мы не испытывая неловкость моем руки поочерёдно, а затем я начинаю накрывать стол.
Первоначальная радость девчонок от того, что я могу предложить им широкий ассортимент чая, мигом свёртывается, как только до них доходит, что чай у меня пакетированный. Обидеть они меня не хотят, и делают вид, будто им фиолетово. И ладно. Передо мной же проблема, чем их угостить.
Если чисто к чаепитию, то у меня имеется в столе целая заменяющая вазу глубокая тарелка, наполненная Настиными конфетами, а вазу нужно будет как-нибудь купить, красивей на столе смотрится. Просто не ожидал, что ко мне когда-нибудь такие вот обалденные гостьи придут. Ещё есть пол пачки овсяного печенья, правда, уже немного подсохшего. А вот, чем мне их угостить существенным, вопрос. Но тут на помощь пришла Ху.
— Алекс, разреши нам с Анной тебе помочь? — спрашивает, когда я задумчиво рассматриваю содержимое холодильника.
Там почти одни дорогостоящие деликатесы, в самый раз для моих сегодняшних гостий. Прям как знал. Хотя, чего это я? Есть и обычные продукты.
— Конечно, помогите, — с заметным облегчением соглашаюсь.
Я ж не знаю, что они будут и что им нравится. Так вот открою мясо криля, а они есть не станут, и куда мне потом девать? Самому съедать? А мне не хочется, я б сейчас сочный кусок мяса съел. Да только когда его размораживать и готовить?
— Ого! — поднимает брови домиком госпожа Каспарова, вслед за китаянкой заглянув внутрь холодильника. — Это мы удачно зашли, как дедуля мой иногда любит говорить. А бурбон и виски что тут делают? Их вообще-то в холоде не хранят и пьют комнатной температуры, это ж не водка. — она поочерёдно достала бутылки, оценив количество содержимого в них. — Платов, ты у меня часом не тихий алкоголик? Дома в одиночку что ли попиваешь от неразделённой любви? Не?
— Да я вообще почти не пью, — возмущаюсь. — Это друг принёс, и сам он тоже мало пьющий. Так, чуть-чуть совсем отпил, а это не выливать же. Вдруг пригодится?
— И правда, — задумчиво кивнула Анна Николаевна и посмотрела на китаянку, в этот момент доставшую с полок помидоры, яйца и колбасную нарезку в вакууме. — Ты как, Янь? За знакомство.
— А давай. — кивнула Ху.
— Эй-эй, — не смог я сдержать смешка. — Кто-то только что меня в алкоголизме подозревал.
— Не будь занудой, Платов. Стаканы давай. — Каспарова выбрала виски, вернув бурбон в холодильник, хотя там его и не положено держать.
Вискарь оказался в центре стола. Я-то точно его пить не буду, а пива нет. И вина нет. Плохо. Ну и ладно. Что я, не откручусь? Ах, какая сейчас замечательная возможность сама собой образовалась поговорить насчёт Юрки Кравчука. Виски-то девчонки его будут пить, значит начальница как минимум должна хотя бы выслушать предложение про моего друга.
Вскоре гостьи организовали стол. Тут и нарезки колбасы, хамона, ветчины, сыра, и корнишоны, и бутерброды с красной икрой и красной же рыбой, и свежие помидоры с огурцами и листьями салата, правда, уже сильно повядшего, ровно расставлены тарелочки выложенных из баночек фуа-гра, мяса криля и анчоусы.
Янь налила в стаканы себе и Анне пойла всего на палец, Каспарова нашла у меня апельсиновый сок Рич — там где-то треть пакета оставалось — понюхала, за неимением колы разбавила им виски, налив до половины стакана.
Опасения, что и меня заставят пить за компанию, к счастью оказались напрасными. Это ж великосветские девушки, а не мои бывшие друзья и подруги из Мухинска, вот те бы не успокоились, пока не выпил бы с ними. Тут всё по другому.
Ловлю себя на мысли, что хочется ущипнуть себе руку. Не сон ли всё со мной происходящее? Может я вовсе не сижу с двумя шикарными девушками из высшего слоя нашего общества, красавицами и умницами, а просто в своём гараже в Мухинске уснул после попойки с друзьями? Там же у меня сиденье от дивана без ножек у дальней стены стоит на такой вот случай. Нет, не там, и на мой гараж тётка-гадина уже покупателей поди нашла. блин, про заначку не забыть бы.
— Нормальный виски? — начинаю издалека, когда уже приступили к ужину. — У Юрки Кравчука, моего однокашника, отличный вкус. Да и не только в пойле, кстати. Он у нас реально самый сильный в науке на курсе был. Его работы дважды на конкурсах побеждали. Вот бы кого тебе в департамент, Анна.
— Почему я эту фамилию тогда в списке претендентов не видела? — начальница налегает в основном на овощи.
— Так он это, — я жую колбасу, запивая зелёным чаем с мелиссой. — уехал. Ну, когда началось вот это, ты понимаешь, про что я. Тогда ж многие уехали. Точно знаю, вернуться хочет. Надо лишь ему предложить. Если я ему позвоню и скажу…
— Не вариант, — отмахнулась Анна. — Не нужен.
— Ты просто его не знаешь, — возмущает такое вот отношение, когда не разобравшись, начинают сходу отметать отличные предложения. — Говорю же, он очень сильный аналитик. Лучше меня.
— Всё, Лёша, не обсуждается. Янь? — поднимает она стакан. Девчонки чокаются и делают по глотку. — Не брать понауехов — общее решение руководства. И я также считаю. Дед правильно говорит, на кой нужны те, кто в любой момент может всё бросить и смыться?
— Вот зря так категорично, — пытаюсь всё ж продавить своё предложение насчёт Юрки. — люди ж разные уезжали, и мотивы разные были.
— Ай, хватит, — морщится начальница. — Какая разница, какие мотивы? И потом, давай по честному. Кто там уехал-то? Космонавты что ли? Шахтеры? Врачи? Пилоты авиалайнеров или штурманы кораблей? — походу, она чешет чьими-то словами. Отца? Деда? Кого-то из дядек? — Или, может, нефтяники с газовиками побросали свои буровые? Нет?
— Анна Николаевна… — пытаюсь перевести её монолог из теоретических рассуждений в практическое русло, но та не даёт.
— Что Анна Николаевна? Уехали дармоеды, — выносит жёсткий вердикт. Точно, не сама придумала. — Вот скажи, твой этот Кравченко…
— Кравчук, — поправляю.
— Без разницы, — высматривает что-то на нашем столе и хватает кусок хамона. — Он где-то работал? Как его с работы отпустили? Или он просто тупо всех послал и слинял?
— Юра пока только искал работу, когда это всё началось.
— Ха-ха-ха, — стучит пальцем по столу в такт своим смешкам. — Так и думала. Всё, Алексей, завязываем с этой темой. И вообще, почему дамы сами должны за собой ухаживать? Ху, видала, какой у нас грубый кавалер?
— Алекс хороший, — вступилась за меня китаянка.
Вот за что мне она нравится, так это за добрый нрав. Правда, не знаю, насколько он у неё добрый в отношении тех, к кому Янь испытывает неприязнь. Так-то смотрел однажды половину серии китайской дорамы, там ужас какие жестокие все. Но что я однозначно уяснил, сегодня не тот день, когда получится пропихнуть кандидатуру друга в наш департамент.
Что ж, попробую в другой раз. Вода, как говорится, камень точит. А пока, как говорится, ушёл в тень, позволив девушкам обсуждать их женские интересы, сам же сидел и слушал с улыбкой. Мне всё нравилось, и компания, и закуска, и чай. Кстати, Анна с Ху до чая так и не дошли, да и ту половинку бутылки вискаря ноль-семь не допили. При этом, начальница моя будто вовсе не пила, ну, почти незаметно по ней, а вот Янь заметно осоловела.
Уходили они уже ближе к одиннадцати. На выходе из квартиры Ху меня расцеловала в щёки, Анна крепко пожала руку, и только потом обе поняли, что я вообще-то иду провожать их до подъехавшего к подъезду лимузина, чтобы передать Ли с рук на руки. Что и сделал. Я так-то по жизни ответственный.
Вернувшись, навёл на кухне порядок. Оценив съеденное, думаю, не ошибусь, если тысяч на десять, минимум, наели. Но мне нисколько не жалко. За удовольствие посидеть в такой компании можно и больше потратить, тем более, почти всё было купленно Анной, а виски Юркой. Эх, жаль, с ним не выгорело. И ничего он не дармоед.
Затем ещё долго развешивал и раскладывал покупки, после чего не поленился, не отложил на утро вместо пробежки прогладить один из новых летних костюмов, который надену завтра на работу. Хватит в одном и том же ходить. А также сложил аккуратно тот комплект, который был на мне во время пребывания в группе учёта. Повешу в наш с Олегом шкаф на всякий случай. Вдруг попорчу основной, будет запасной под рукой.
И в прошлых жизнях такое случалось, что если денёк выпадает насыщенный в плане переживаний, то потом долго не мог уснуть. Такая же привычка — или проблема? — осталась и у меня нового. Реально, сегодня столько всего испытал, начиная с собеседования и завершая нашими посиделками, что в кровати ворочался целый час. Даже выходил на балкон полюбоваться звёздами, в пору июльской жары очень яркими. И всё же уснул.
В кабинете снова появился позже Олега, хотя на этот раз умышленно задерживаться не стал, из-за чего на входе столкнулся с некоторыми бывшими коллегами. Ну, хорошо, кажется новизна ситуации проходит, и больше вопросами меня никто не донимает. Просто здороваемся и всё.
Здороваюсь с коллегой и бросаю небрежно сумку на стол
— Олег, ты чего? — спрашиваю у Арефьева-младшего, заметив, как сильно он волнуется. — Алло, друг. Не ты проходишь собеседование. Ты там решающий, кто нам подходит, кто нет.
— Понимаю, а всё равно…
— Ну, раз всё равно, не дрейфь, прорвёшься. — подбадриваю дружеским хлопком по плечу. — Пока ты там будешь тиранить новобранцев, просмотрю, что у нас по следующим предложениям. Мне кофе сделай, если не трудно.
В айфоне что-то пиликало, пока я шёл по коридору. Сейчас достаю и вижу четыре сообщения через мессенджер. Открываю. Ни фига себе. От Янь пришли нарезанные видео с видами помещений Настиной квартиры. Похоже, кто-то попался. Ладно, останусь один в кабинете, посмотрю, что там интересненького.