Эта ночь была душной.

Варакис должен был провести ее в покоях Лисандры, чему я была рада. Отдаваясь ему прошедшей ночью, я не испытывала ни радости, ни наслаждения.

Варакис был по обыкновению груб, даже несмотря на то, что в отличие от всех наших прошлых ночей, в этот раз действительно желал меня. Но ничего не изменилось. Казалось, со мной он не может иначе. Даже желая, он ненавидит меня. А любя мое тело – наказывает.

После того как, удовлетворив свою похоть, он ушел, оставив меня с ощущением, что надо мной надругались, я с тоской вспоминала ночь с драконом.

Его страсть опьяняла нас обоих. Он не мучил меня, он наслаждался и дарил наслаждение мне.

Чувствуя боль в тех местах, где пальцы Варакиса оставили на моем теле синяки, когда сжимали с силой бедра, плечи, щиколотки, я мечтала о прикосновениях Игниса, как об исцелении.

Ночное дуновение ветра шевельнуло шторы, закрывающие проход на террасу. Их шелест убаюкивал и я уже почти уснула, как вдруг услышала звук, который заставил меня открыть глаза.

Кто-то крался в темноте моей спальни! Я видела чью-то тень!

Убийца! Ко мне подослали убийцу!

Мой крик прозвучал одновременно с ударом чего-то тяжелого об пол. А за первым ударом последовал еще один, и еще, и еще.

Метнувшись, я зажгла свечу, стоящую на прикроватном столике, и увидела посреди своей спальни Калантию с занесенной над головой кочергой.

- Калантия! – удивленно воскликнула я. – Что ты делаешь?!

- Посмотрите, госпожа, - сказала она, кивнув вниз.

Встав с постели, я взяла свечу и подошла к своей рабыне, и только тогда увидела.

На полу лежала мертвая змея. На ее теле были вмятины от кочерги.

- Это хивари, госпожа. Самая ядовитая змея в мире.

- Откуда она здесь?! – удивилась я. – Разве эти змеи водятся в Зартании?!

- Нет, госпожа, - ответила Калантия. – В Зартании водятся сыфи, нагиды, ушты. Укусы этих змей тоже ядовиты, но яд убивает долго. У лекарей Зартании есть противоядия, и жертву укуса можно успеть спасти. Яд хивари убивает молниеносно. К тому же, у этой змеи есть одна особенность. Ее слюна имеет сильное заживляющее действие, поэтому после ее укуса ранки заживают очень быстро, настолько, что можно даже не успеть их увидеть.

Я поджала губы.

- Меня пытались убить и скрыть следы?

Калантия кивнула.

- И мы сейчас узнаем, кто это сделал, госпожа.

Не успела я спросить, о чем она говорит, как в мою спальню вошли две младшие рабыни. Они держали за руки совсем молоденькую девушку, почти девочку.

- Пощадите, госпожа! – плакала она. – Я не хотела, мне велели!

- Это ты принесла змею в мою спальню? – спросила я.

Та кивнула.

- Я, госпожа.

- Кто велел тебе?

Девочка всхлипнула и наклонила голову, как будто смиряясь с неизбежным.

- Госпожа Лисандра.

Эти слова не удивили меня.

- Где ты взяла хивари?

- У рыночных торговцев, госпожа. Там есть те, кто продает живую смерть. Хивари привозят из Дармы. Они очень теплолюбивые. Торговец сказал, если весь день держать хивари в холоде, а потом выпустить поблизости с человеком, она поползет на тепло. Я весь день носила из колодца холодную воду и держала в ней кувшин с хивари.

- Ты принесла ее сюда, чтобы она убила меня?

Девочка кивнула.

- Я не могу ослушаться госпожу Лисандру. Она пригрозила, что велит кинуть в яму с дикими псами моего маленького братика.

Я не успела задать следующий вопрос, как распахнулись двери, и в мои покои вошел Варакис.

- Что здесь происходит?! – прогремел он.

- Это я послала одну из младших рабынь сказать королю, что на вашу жизнь покушались, госпожа, - шепнула Калантия.

Мне оставалось лишь рассказать Варакису все, что сказала прислужница Лисандры, и девочка подтвердила каждое слово.

- Лисандра посмела покушаться на твою жизнь, когда ты носишь моего наследника?! Даже несмотря на то, что я велел ей смириться со своей ролью второй жены и оставить тебя в покое?!

Гордость Варакиса была задета. Лисандра пошла против его воли, ослушалась. Я знала характер своего мужа – он не терпел, когда кто-то поступал наперекор ему. Возможно, прежде, когда он вожделел Лисандру и любой ценой хотел заполучить ее, он сделал бы исключение, но, похоже, мой муж успел охладеть к ней.

- Она будет наказана, - в гневе произнес он. – Покушения на своего наследника я не прощу. Будь уверена, Элия, я позабочусь о том, чтобы тебе больше ничего не грозило.

- Король переменился, госпожа, - шепнула мне Калантия, когда Варакис покинул мои покои, а пришедшая с ним стража, увела девочку-убийцу, чтобы заточить в тюрьму. – Он защищает вас.

- Благодаря тебе, Калантия. Ведь он изменил свое отношение ко мне после того, как увидел меня глазами дракона. Вот только возникает вопрос: если так, его ли это чувства? Или чужие?

Подумав, я сказала:

- А ведь ты знала, что этой ночью меня попытаются убить, - догадалась я. – Ты пришла сюда ночью, взяв с собой кочергу.

Калантия кивнула.

- Меня предупредил дракон, госпожа.

Я задумчиво хмыкнула.

Дракона я нашла в одной из дальних комнат моих покоев. Игнис стоял возле окна и смотрел, как Варакис пересекает внутренний дворик дворца, а за ним следует стража с пленницей.

- Это ты надоумил Лисандру совершить покушение на мою жизнь? – напрямик спросила я.

- С чего ты взяла, королева? – Игнис стоял в профиль ко мне, и я видела, как его губы приподнялись в улыбке.

- Ты знал, что она попытается убить меня. Знал, как она это сделает. Ответ может быть только один – каким-то образом ты подсказал ей способ.

- Не я, - отозвался дракон. – Рыночные торговцы. Благодаря тебе, королева, я раб, который может спокойно перемещаться внутри городских стен. Подговорить торговца продать служанке богатой госпожи живую смерть было нетрудно. Торговцы сметливый народ, они чуют свою выгоду.

- Ты хотел моей смерти?

- Если бы хотел, разве я предупредил бы Калантию?

Какое-то время я смотрела на профиль дракона. Он выглядел так, будто удовлетворен.

- Значит, твоей целью была Лисандра, - не спрашивала, утверждала я. – Ты хотел поквитаться с ней.

- И как? У меня вышло?

Я хмыкнула.

- Вышло. Варакис сейчас охладел к Лисандре, и уже не готов идти у нее на поводу, исполняя малейшую ее прихоть. А она ослушалась его, сделала ему наперекор – он зол на нее из-за этого и обязательно накажет. Не знаю, как, но думаю, тебе понравится.

Игнис сделал глубокий вдох, будто наслаждался ночной прохладой.

- И чем же ты недовольна, королева?

Я поджала губы.

- Даже если ты предупредил Калантию, ты знал, что я буду напугана, ведь на мою жизнь покушались. Ты хотел заставить меня бояться, дракон? Но разве мы враги?

Игнис наконец оторвался от созерцания внутреннего дворика и направился ко мне. Подошел вплотную. Не дотрагиваясь до меня, наклонился к моему уху и прошептал:

- Ты позволила ему овладеть тобою, Элия. Снова, и снова, и снова, и снова. Сделала это у меня на глазах, зная, что я вижу, как он берет тебя, словно животное. Это твое наказание.

Игнис отошел, и мое тело обдало прохладой, стало зябко, даже мурашки по коже побежали.

Что это сейчас было? Неужели... дракон ревнует?!

- Но он мой муж! – обернувшись, вслед ему крикнула я.

Дракон остановился и, посмотрев на меня через плечо, бросил:

- Он умрет.

Я задержала дыхание. Игнис говорил об этом, как о чем-то неизбежном.

- Если ты вынашиваешь планы долгой жизни с Варакисом, то не стоит. Я отниму его жизнь так же, как он отнял мои крылья. Запомни это.