- И долго ты собираешься здесь стоять?

Голос позади меня прозвучал приглушенно, я едва расслышала слова. Вздрогнув, обернулась.

Совсем забыла про дракона! Он стоял прямо у меня за спиной, прислонившись плечом к колонне и скрестив руки на груди. Наверняка, слышал каждое слово, произнесенное в покоях Лисандры.

- Разве нам не лучше сейчас уйти?

Я кивнула и, подняв подол платья, чтобы, скользя по полу, ткань не шуршала, направилась прочь с террасы.

- Однако ты не в лучшем положении, чем я, Элия Экриз, - сказал дракон, когда мы вернулись в мои покои и заперлись там.

Он бросил на пол черную накидку, в которой выглядел горбуном и снова сел в кресло.

- Ты ведь поняла намек Лисандры? В башню, где тебя запрут, запустят стаю крыс, которых перед этим будут держать в клетках без еды. А может быть, это будут змеи или скорпионы. И сбежать ты не сможешь. Лисандра хочет этого, а значит, Варакис ей позволит это сделать.

Игнис усмехался, глядя на меня.

- Даже к своим врагам Варакис не был так жесток, как к своей королеве.

Я сделала глубокий вдох.

- Что же тебя так развеселило, дракон? – разозлилась я. – К тому времени, когда меня сожрут крысы – или покусают змеи, - ты снова будешь рабом Лисандры, и она уж развлечется с тобой, не сомневайся. Может быть, это снова будут тролльчихи. Или племя гарпий. Говорят, их женщины после совокупления разрывают своих любовников на части своими когтями. А может, это будут арахны. По слухам, приняв семя мужчины, арахны оборачиваются гигантскими пауками и высасывают несчастного досуха. Внутренностей не остается, только высохшая кожа и скелет. Тебе все еще смешно?

Не переставая улыбаться, Игнис хмыкнул.

- Хорошо, допустим, тебе удалось меня убедить, что сделка с тобой – моя единственная возможность вернуть себе свободу и свое королевство. Я помню твое предложение: от меня требуется мое семя, от тебя – зачать и выносить дитя. Благодаря этому ребенку я получу драконьи крылья, а ты – сохранишь свой титул королевы, а вместе с ним и свою жизнь. Но я все еще не услышал твой план. Как ты собираешься это провернуть?

- Нам поможет моя рабыня Калантия. Она немного знакома с колдовством, этого хватит, чтобы сделать все, что нужно. Позже я позову ее, она сама все расскажет, но не сейчас. Сейчас я устала и хочу принять ванну. Пока нас не было, Калантия наносила теплой воды, она остывает.

- А что делать мне?

Я пожала плечами.

- Можешь оставаться здесь, в гостиной, можешь найти свободную комнату для слуг в моих покоях и отдохнуть.

- Хорошо, как скажешь.

Внезапная уступчивость в улыбке Игниса, в его голосе и во взгляде, который следовал за мной по пятам со странным интересом, меня насторожили.

«Мне все равно не забраться к нему в голову и не понять, о чем он думает, – отмахнулась от навязчивых мыслей я. – Он не будет пытаться сбежать, понял, что для него это равноценно смерти. И пытаться убить меня он больше не будет, я единственная его союзница во всей Зартании».

Оставив дракона, я направилась за ширму из медных расписных пластин, где меня уже ждала горячая ванна. На мгновенье заколебалась, могу ли раздеться, когда по ту сторону ширмы дракон, но решила не задумываться. Я собиралась пустить его в мою постель, так есть ли смысл стесняться того, что он увидит меня обнаженной раньше?

Опустившись под воду, я откинула голову на бортик ванной и закрыла глаза. Перед внутренним взором возникли образы...

Большая ладонь Варакиса, обхватывающая грудь Лисандры собственническим жестом...

Рот Варакиса, жадно приникающий к бесстыдно раскрытым гениталиям Лисандры...

Крепкие ягодицы Варакиса, сжимающиеся при каждом глубоком проникновении в лоно Лисандры...

Я ненавидела ее и завидовала ей. Почему она?! Почему не я?! Почему он никогда не был так страстен со мной? Чем я хуже?!

Но больше всего в этот момент я ненавидела себя. За то, что прямо сейчас от одного воспоминания о том, как мой муж любил другую женщину, мое лоно сжималось от неудовлетворенного желания.

«Как ты можешь хотеть оказаться на ее месте, Элия, - говорила я себе, - когда этот мужчина замыслил избавиться от тебя самым беспощадным способом?»

«Я такая жалкая»...

- Позволь мне обмыть твое тело, моя госпожа.

Я вздрогнула, выныривая из мучительной жалости к себе.

Повернула голову в тот самый момент, когда вышедший из-за ширмы дракон размашистым жестом снял с себя через голову рубашку, обнажая рельефный торс.

На миг мой взгляд остановился на упругих крепких мускулах его груди и живота, но я быстро отвернулась.

- С чего ты решил изображать из себя раба, дракон? – спросила с недоверием.

- Но ведь сейчас я раб, - даже не глядя на него, я слышала в его интонации насмешку. – Твой раб, моя госпожа. И разве я не должен подыграть тебе? Если не буду притворяться послушным рабом, разве не заподозрят, что мы что-то замышляем?

В этих словах было зерно истины.

Взяв в руки мочалку, Игнис присел на край ванны в изголовье.