Ночь в квартире на окраине Москвы была тихой только для обычных людей. Для Леры Скворцовой она превратилась в «военный штаб», где вместо карт местности на столе были разложены распечатки налоговых кодексов, а вместо сухпайка — три пустых кружки из-под кофе и начатая пачка печенья «Юбилейное».

— Дамир, открывай доступ, — скомандовала Лера, поправляя очки, которые сползли на кончик носа. — Если твой профсоюз существует, у него должен быть бэк-офис. У любой организации, которая занимается эксплуатацией существ, есть архив. А в любом архиве есть то, что мы, бухгалтеры, называем «скелетами в шкафу», а юристы — «процессуальными нарушениями».

Дамир, выглядящий непривычно бледным, прикоснулся ладонью к экрану старенького ноутбука Леры. Воздух над клавиатурой задрожал, и из динамиков вместо привычного звука загрузки windows раздался хорал проклятых душ, плавно переходящий в джингл корпорации Microsoft.

— Мы входим в «Библиотеку сгоревших свитков», — прошептал джинн. — Это теневой сервер G.U.I.L.D. Тут хранятся оригиналы всех контрактов со времен царя Соломона. Но учти, Лера, если нас заметят, наш IP-адрес проклянут до седьмого колена, а провайдер превратится в соляной столб.

— Пусть попробуют, — проворчала Лера, вводя в строку поиска «Дамир ибн-Яхрид VS Соломон, 950 г. до н.э.». — У меня антивирус с поддержкой экзорцизма, я его сама настраивала.

Экран вспыхнул багровым. Перед глазами Леры замелькали тысячи строк на арамейском, санскрите и двоичном коде. Она прокручивала их с такой скоростью, что Дамир не успевал моргать.

— Стой! — Лера резко затормозила. — Вот он. «Договор об индивидуальной привязке к медному сосуду (тип: турка)». Листай до раздела «Подписи и печати».

Они уставились на изображение древнего пергамента. Внизу стояла величественная Печать Сулеймана — сложный геометрический узор, от которого исходил холод. Лера, привыкшая проверять счета-фактуры на предмет поддельных подписей директоров-номиналов, прищурилась. Она увеличила изображение до максимума.

— Дамир... посмотри на правый нижний угол печати. Видишь этот крошечный заусенец? И легкую неравномерность пигмента?

— И что? Это магия древности, Лера! Она дышит!

— Нет, она не дышит. Она «отштампована». — Лера победоносно ткнула пальцем в экран. — Сулейман в этот день явно куда-то торопился. Это не ручная работа магическим стилом. Это — факсимиле! Магический штамп-автограф, который он раздавал своим секретарям, чтобы они штамповали типовые контракты на мелких бесов и придворных джиннов.

Дамир поперхнулся воздухом. — Факсимиле? На печати?! Это... это невозможно. Это же священный артефакт!

— Это лень, Дамир. Обычная лень высшего руководства. Согласно «Международным стандартам магического документооборота», факсимильная подпись на документах о вечном порабощении высших сущностей является недействительной, если не подтверждена личным оттиском ауры в присутствии двух свидетелей-серафимов. А здесь — только чернила из каракатицы и сухая магия. Этот контракт юридически ничтожен.

— Лера, ты... ты только что взломала код моей вечности, — прошептал Дамир, глядя на неё с обожанием.

— Рано радоваться. Нам нужно время, чтобы предъявить это Сулейману так, чтобы он не успел нас испепелить. А для этого нам нужно «подвесить» его систему. Дамир, вызывай своих ребят, нам нужна мистическая DDoS-атака.

Через пять минут на кухне материализовались Зафар, Малик и Хасан. Зафар был в наушниках и с энергетиком «Red Bull», Малик пришел с золотой гирей (он всё еще был под впечатлением от фитнес-клуба), а Хасан — с тарелкой шаурмы.

— Слушайте задачу, визири! — провозгласил Дамир. — Сулейман Аль-Абсолют — это по сути огромный сервер, обрабатывающий желания. Он следит за балансом чудес. Мы должны завалить его «мусорными запросами». Лера, диктуй!

Лера открыла список «Самых популярных и бессмысленных желаний жителей Москвы за последние 24 часа». — Начинаем! — скомандовала она.

Визири встали в круг, закрыли глаза и начали транслировать в эфир коллективное бессознательное мегаполиса.

— «Хочу, чтобы бывший увидел сторис в Инстаграме и сдох от зависти!» — выкрикнул Хасан, направляя поток энергии в сторону астрального офиса Сулеймана.— «Хочу парковочное место прямо у подъезда в семь вечера в пятницу!» — прогудел Малик.— «Хочу, чтобы калории из этого бургера ушли в бока моей соседки!» — добавил Зафар, стуча по клавишам невидимого терминала.

Потоки розового, серого и ядовито-зеленого света устремились вверх.— Мало! — кричала Лера. — Добавляйте ипотеку! Добавляйте желание «чтобы начальник завтра заболел, но не сильно, а просто до четверга»! Добавляйте запросы на «идеальный оттенок бежевого для кухни»!

Воздух в квартире начал вибрировать. Где-то в высших сферах Сулейман Аль-Абсолют, пытавшийся в этот момент медитировать на гармонию сфер, внезапно почувствовал, как в его мозг врываются миллионы голосов, требующих скидок на Wildberries и идеального латте на овсяном молоке.

— Он буферизуется! — ликовал Зафар, глядя на магический радар. — У него загрузка процессора 99%! Он не может отличить молитву праведника от требования «разбанить в Тиндере»!

В этот момент реальность в центре кухни начала «пикселизироваться». Фигура Сулеймана Аль-Абсолюта материализовалась с явными лагами. Его левое плечо периодически исчезало, а голос звучал так, будто он пропущен через плохой автотюн.

— Что... вы... делаете... — проскрежетал Сулейман. Вокруг него кружились призрачные уведомления:«Галина хочет замуж»,«Виктор хочет айфон»,«Кот Барсик хочет ещё рыбы». — Прекратите... этот... спам! Мои каналы связи забиты человеческой чепухой!

— Это не чепуха, мистер Абсолют, — Лера вышла вперед, держа в руках распечатку контракта. — Это волеизъявление народа. И пока вы заняты сортировкой этих крайне важных запросов, взгляните сюда. Параграф 12, пункт «Факсимиле». Ваш контракт с Дамиром — липа. Он свободен по праву технического дефолта.

Сулейман замер. DDoS-атака на мгновение ослабла, так как визири перевели дух. Лицо изначального патрона из «пиксельного» стало пугающе четким. Фиолетовая туманность в его глазах превратилась в сверхновую.

— Вы... — прошептал он, и от этого шепота с полок посыпались специи. — Вы посмели восстать против законов вечности? Вы использовали юридические лазейки, чтобы осквернить печать, которая держала мир в равновесии три тысячи лет?

Он сделал шаг вперед, и пол под его ногами превратился в зеркало, отражающее бездну.— Я мог бы стереть вас всех прямо сейчас, несмотря на любые «брони» и «факсимиле». Я выше документов. Я — то, что было до бумаги.

Лера почувствовала, как её ноги начинают примерзать к полу, а Дамир инстинктивно закрыл её собой, его кожа начала светиться ярко-белым светом самопожертвования.

— Но... — Сулейман внезапно остановился. Он посмотрел на Леру, потом на Дамира, потом на кусок шаурмы в руках Хасана. — Вы проявили... изобретательность. Вы использовали хаос против порядка. Это было... почти изящно.

Он взмахнул рукой, и все призрачные уведомления исчезли. На кухне воцарилась тишина, прерываемая только гудением холодильника.

— Хорошо, — голос Сулеймана теперь звучал как удар колокола. — Если вы так верите в свою «юридическую правду» и свою любовь, я дам вам шанс. Один шанс. Я не приму ваш аудит просто так. Вы должны доказать, что Дамир достоин свободы, а не просто «лазейки в законе».

Он медленно поднял три пальца.

— Три испытания. Если вы пройдете их — Дамир станет свободным, и печать на его турке будет сломлена навсегда моим собственным словом, которое выше любой подписи. Если провалите хотя бы одно — он отправится в Асгард, а ты, Валерия, забудешь о его существовании так же легко, как забываешь номер прошлогодней квитанции за свет.

— Мы согласны! — выкрикнул Дамир, прежде чем Лера успела оценить риски.

— Первое испытание начнется завтра в полдень, — Сулейман начал растворяться, превращаясь в золотистый туман. — Готовьтесь. Это будет не бумажная работа. Это будет испытание того, что делает нас... живыми.

Когда он исчез, Лера тяжело опустилась на стул и посмотрела на пустую пачку печенья. — Дамир, ты хоть понимаешь, что мы только что вписались в проект с неопределенным бюджетом и стопроцентным риском потери активов?

— Лера, — Дамир взял её за руки. — Сулейман для тебя — просто очередной аудитор из головного офиса. Мы справимся. У нас есть твой мозг, моя магия и... — он посмотрел на визирей.

— И шаурма! — бодро добавил Хасан.

Лера вздохнула и начала точить карандаш. — Ладно. Завтра в полдень. Дамир, иди спать, а я пойду посмотрю, какие испытания обычно выдают в древних мифах. Надеюсь, там не будет ничего сложнее, чем заполнение декларации 3-НДФЛ на коленке в метро.

Но в глубине души она знала: Сулейман Аль-Абсолют приготовил для них нечто такое, против чего бессильны даже самые лучшие законы человечества.