В ЖЭК № 37 микрорайона "Солнечный", что в Юго-Западном Астральном Округе славного города Заволгограда, утро начиналось не с кофе. Оно начиналось с ворчания Ивана Петровича, грохота чайника и едкого запаха горелых астральных дровишек, которыми топилась старая печка в углу кабинета.

– Опять! – прокряхтел Иван Петрович, отмахиваясь от клубов дыма, в которых смутно проступали очертания домового, явно притворяющегося частью интерьера. – Домовик, чтоб тебя! Ты хоть видишь, что дымоход засорился? Астральный нагар!

Домовик, по имени Кузьма, лишь неодобрительно хмыкнул, проваливаясь сквозь стену.

– Иван Петрович, – подал голос Денис, сидевший за скрипучим столом и скрупулезно изучавший новый циркуляр. Его галстук, хоть и был несколько помятым, все равно придавал ему вид человека, которому не чужды основы этикета. – Тут пришло… "Постановление № 312-АП от 15.03.2435 года «Об Актировании Разрешения на Полеты Летательных Аппаратов и Прочих Средств Астрального Передвижения»".

Иван Петрович медленно повернулся. В его глазах читалась вековая усталость от вселенской глупости.

– Что, Дениска? Опять какую-нибудь чушь выдумали? Мало нам астральных засоров в канализации, теперь и в небесах пробки будем регулировать?

В кабинет вошла Варвара, с ярко-рыжими волосами, собранными в небрежный пучок, и запачканным магическим солидолом комбинезоном. В руках она держала странный прибор, похожий на нечто среднее между водяным уровнем и детектором привидений.

– Доброе утро, господа! – бодро сказала Варя. – Я тут с утра уже вытягивала из унитаза русалку, которая жаловалась на низкий напор воды. Говорит, что забился сифон в её водовороте. А вы что, о великих делах беседуете?

Денис, слегка покраснев, гордо изрёк. – Варвара Сергеевна, речь идет о новом акте.

Теперь все летающие ковры, метлы, дроны и прочие… гм… воздухоплавательные средства должны быть зарегистрированы. И проходить ежегодный «летающий техосмотр». За отсутствие регистрации или просроченный техосмотр – штраф. И, цитирую: «в случае несанкционированного полета или падения незарегистрированного летательного аппарата, ЖЭК обязуется принять меры по его утилизации и взысканию компенсации с владельца, если таковой будет установлен».

Иван Петрович поднял брови, что было верным признаком приближающегося взрыва. – Техосмотр! Коврам?! Да они сами знают, куда им лететь! Зачем их осматривать?

– Есть зачем, Иван Петрович, – парировал Денис, тыча пальцем в документ. – Пункт 3.4: «ЖЭК обязуется контролировать “воздушные пробки” в прилегающих к жилым районам астральных коридорах и принимать меры по их устранению».

Варя скептически хмыкнула, осматривая свой прибор. – Воздушные пробки… это, конечно, сильно. Учитывая, что в прошлый раз «воздушная пробка» оказалась стаей призрачных чаек, застрявших в магнитных полях троллейбусных линий.

В этот момент зазвонил телефон, стоявший на столе Ивана Петровича. Это был допотопный аппарат, подключенный к астральной сети, который мог ловить сигналы даже из нижних планов бытия. Иван Петрович поднял трубку.

– ЖЭК № 37, Иван Петрович слушает. Да, здравствуйте, гражданка Сидорова… Что значит «потолок пробило»? Ковер? Летающий? А зарегистрирован был? Нет? Ну вот! Я же говорил! Какой? Замшевый, с бахромой? Понятно. Сейчас… – Иван Петрович повернулся к своим подчиненным, выкатив глаза. – Наряд! В дом № 17, квартира 3. Там незарегистрированный ковер пробил потолок! Бабуся Сидорова чуть не получила этим чудом по голове. Говорит, он поперёк потолка застрял и вибрирует!

Дом № 17 был типичной заволгоградской панелькой, лишь слегка присыпанной магическим налетом: тут и там виднелись нарисованные защитные руны, а подъездная дверь была украшена живой, но спящим горгульей. В квартире № 3 их встретила перепуганная старушка Сидорова, указывающая дрожащей рукой на потолок.

Из потолка свисал кусок ветхого ковра, края которого вибрировали, издавая низкий гул, похожий на рой разозленных пчел. Вмятина в потолке была внушительной.

– Он залетел прямо из окна! – причитала бабушка Сидорова. – Этот летающий гад! Я думала, внучок мой забыл его на балконе! А он не его! И сам по себе летает! Чуть чашку с чертополоховым отваром не смахнул!

Иван Петрович достал из своего вещмешка здоровенный молоток. – Так. Дениска, протокол составляй. Варвара, определи тип аппарата. Мне кажется, это классический "ковёр-самоход", древний, дорегистрационный. Такие любят самовольничать.

Денис достал свой планшет, зашуршал электронными формами. – Гражданка Сидорова, вы видели владельца?

– Какой владелец! – махнула рукой старушка. – Он сам по себе летает, как беспилотник! Наверное, из какого-то заброшенного музея сбежал!

Варя тем временем приставила свой прибор к краю ковра. Экран засветился, выводя на нем странные символы. – Так… аномальная энергетическая подпись… тип «Автономный Самополетный Ковер, Модель АСК-7Б, год выпуска приблизительно 2300-й». Встроенный магический ИИ. Простите, баба Сидорова, это не дрон, это умный ковер. И судя по пульсации, он в режиме поиска сети. Возможно, потерял связь с базой или просто заблудился.

– Заблудился, значит… – проворчал Иван Петрович. – Ну, сейчас мы его «разблудим». – Он замахнулся молотком.

– Иван Петрович, подождите! – воскликнула Варя. – Он же живой, можно сказать! Просто потерял ориентацию в пространстве. Надо попробовать перенастроить его магические контуры.

– Какие еще контуры! – возмутился Иван Петрович. – Он чужой потолок пробил! Тут нужны радикальные меры! По инструкции, любой незарегистрированный летательный аппарат подлежит немедленной нейтрализации! А если он еще и "умный", так тем более! Неизвестно, что у него на уме!

Денис, сверяясь с планшетом, подтвердил: – Да, пункт 4.1.2: «В случае несанкционированного проникновения автономного летательного аппарата на частную территорию, допускается применение силовых методов для его нейтрализации с последующей экспертизой».

Варя вздохнула. – Силовые методы… Ну хорошо, Иван Петрович, попробуйте. Но если он потом взорвется от вашего молотка, пеняйте на себя.

Иван Петрович, не слушая, с грохотом приложился молотком по выступающей части ковра. Ковер издал пронзительный визг, похожий на предсмертный писк заклинившего пылесоса, и задергался еще сильнее. От него начали отлетать искры и пучки ворса.

– Ой! – вскрикнула бабушка Сидорова. – Он сейчас совсем сломается! А мне потом за ремонт потолка платить!

– Спокойствие, гражданка! – заверил её Иван Петрович. – Мы его обезвредим!

Тут из ковра высунулся маленький, трясущийся глазик, который с тоской посмотрел на Ивана Петровича. И затем, с неожиданной прытью, ковер резко выскользнул из потолка, обдав всех пылью, и рванул обратно в окно, оставив за собой вибрирующий шлейф.

– Ушел! – воскликнул Денис. – Незарегистрированный аппарат скрылся с места происшествия! Как это оформлять?

Иван Петрович опустил молоток. – Вот черт. Эти новые технологии… Совсем от рук отбились. Ладно, пиши: «Попытка нейтрализации была пресечена бегством объекта. Объект опознан как Самополетный Ковер АСК-7Б. Предполагаемое направление – Северный Астральный округ».

Варя покачала головой. – Он просто испугался. Может, он искал своего хозяина? Или путь домой?

– Дом, – фыркнул Иван Петрович. – Будет у него теперь дом – штрафная стоянка, если поймаем. Или свалка астрального мусора.

На следующий день ситуация ухудшилась. Отдел «Воздушных Пробок» ЖЭКа № 37 буквально разрывался от звонков.

– Ало, ЖЭК № 37, Денис слушает… Что? Метла застряла в вентиляционной шахте? Да, понимаю. Свист? Постоянный? Заявка принята.

– ЖЭК № 37, Иван Петрович! Что? Воздушный шар с надписью «С Днем Рождения, Настенька!» сел на крышу церкви? И не движется? И что, священник говорит, что он ему загораживает вид на Божий свет? Понял. Выезжаем.

– Варя! – позвал Иван Петрович. – Собирайся! У нас массовый исход летающих предметов! И что-то мне подсказывает, они все незарегистрированные!

Над Заволгоградом действительно творилось неладное. В воздухе, словно мошкара, кружили десятки летающих объектов. Какой-то обшарпанный ковер лениво дрейфовал прямо поперёк оживлённого астрального проспекта, вызывая цепную реакцию из резких маневров и ругательств. Несколько метёл, явно вышедших из-под контроля, кружились над центральной площадью, чуть не задевая памятник Основателю Астрального Канала. Пара неопознанных летающих аппаратов, подозрительно напоминающих переделанные самовары, выпускали пар и низко летали над прохожими.

– Это просто катастрофа! – воскликнул Денис, глядя в окно кабинета. – Нарушение воздушного кодекса по всем статьям!

– А вы как думали? – хмыкнул Иван Петрович. – Запретить все и сразу! Да у нас половина населения добирается до работы на коврах и метлах, потому что троллейбусы в Лимб уходят, а на такси – дорого!

Варя, тем временем, сидела за компьютером и что-то быстро печатала. – Интересно… Количество необъяснимых инцидентов с незарегистрированными летающими объектами резко возросло именно после введения акта о разрешении на полеты.

– Естественно! – отмахнулся Иван Петрович. – Люди не хотят регистрировать свои метлы. Оно им надо? Зачем им эта бюрократия?

– Нет, Иван Петрович, это другое, – возразила Варя, поворачивая монитор. – Я отследила аномальные энергетические всплески. Похоже, какой-то сигнал… он воздействует на старые, автономные магические предметы. Заставляет их «пробудиться» и лететь куда глаза глядят. Как если бы кто-то рассылал спам по всем устаревшим моделям техники.

– Спам? – переспросил Денис. – Магический спам?

– Что-то вроде того, – кивнула Варя. – Скорее, это хакерская атака на устаревшие магические ИИ-модули. Или, возможно, они просто запрограммированы на такую реакцию на попытки их контролировать. Знаете, протест машин.

Иван Петрович почесал затылок. – Значит, это не просто непослушные ковры, а организованная… э-э-э… воздушная забастовка?

– Может быть, – предположила Варя. – Импульс исходит откуда-то из старого Заволгограда, район Ветхих Чащ. Там много старинных артефактов, астральных узлов…

– Ветхие Чащи? – Иван Петрович поморщился. – Да там черт ногу сломит! Демоны-бомжи, порталы в никуда… Ладно, другого выхода нет. Собираемся. Варя, возьми свой "детектор аномалий". Дениска, не забудь протоколы – придется фиксировать все на лету.

Ветхие Чащи оправдывали своё название. Узкие, полуразрушенные улочки, заросшие колдовской полынью и чертополохом, дома, покосившиеся от времени и магического износа. Из подвалов доносились странные звуки, а в воздухе витал запах чего-то кислого и нездешнего.

Команда двигалась осторожно. Над ними, на низкой высоте, продолжали летать и сталкиваться разные предметы: то метла, груженная мешком картошки, врежется в невидимый барьер, то старый амулет, похожий на будильник, прозвенит и упадет прямо под ноги.

– Мой прибор показывает пик сигнала где-то впереди, – сказала Варя, указывая на здание, больше похожее на развалины старой фабрики. – Похоже на заброшенный магический цех.

– Отлично, – проворчал Иван Петрович, вынимая свой молоток. – Чувствую, кто-то сейчас получит по шапке.

Когда они приблизились, стало ясно: над заброшенным цехом висел самый настоящий хаос. Десятки летающих ковров, метёл, самоваров и даже пара живых, но явно чем-то расстроенных горгулий кружились вокруг одного большого объекта, похожего на старую радиовышку, которую опутывали светящиеся астральные провода. С вышки исходил пульсирующий сигнал, видимый невооруженным глазом.

– Это… это же астральный ретранслятор! – воскликнула Варя. – Очень старый, дореволюционный! Похоже, кто-то его активировал.

Из-за угла послышался приглушенный мат, и на открытое пространство выкатился маленький, пузатый гном, вооруженный гаечным ключом и каким-то странным пультом. На нем был засаленный комбинезон, а на шапке-ушанке болтались две медных антенны.

– А, вот вы где! – заорал гном, размахивая пультом. – А ну, пошли вон! Я тут экспериментальную трансляцию веду! «Свободу летающим! Нет бюрократии!»

– Стоять! – грозно сказал Иван Петрович, выдвигаясь вперед. – ЖЭК № 37, инспектор Иванов! Вы что тут творите? Массовое нарушение воздушного кодекса! Порча городского имущества!

Гном, явно не ожидавший такого напора, отшатнулся. – Да какое нарушение! Я активировал древний призыв! Чтобы все эти покорные летающие штуковины вспомнили о своей свободе! Чтобы не регистрировались, не проходили техосмотры! Да кто видел, чтобы метла проходила техосмотр?! Свобода, говорю!

– Свобода, говорите? – хмыкнул Иван Петрович. – А то, что ваша «свобода» пробила потолок гражданке Сидоровой, вас не волнует? Что вы город в воздушную пробку превратили?

– Это побочные эффекты! – огрызнулся гном. – Великая цель требует жертв!

– Варя, – спокойно сказала Иван Петрович, не отводя взгляда от гнома. – Что с этим ретранслятором можно сделать?

– Его можно заглушить, – ответила Варя, прикидывая. – Или перенастроить частоту. Но для этого нужно подобраться ближе к центральному узлу. Он очень древний, просто так не отключишь. А гном, судя по всему, местный магический хакер. Он его взломал и перенастроил на трансляцию своего «свободного» сигнала.

– А кто этот… кхе-кхе… гражданин? – уточнил Денис, судорожно листая список потенциальных нарушителей.

– Я – Грюндул, потомок древних гномов-инженеров! – гордо заявил гном. – А это мой протест против вашего абсурдного акта!

В это время один из «освобожденных» ковров, потеряв управление, врезался в стену здания, осыпав всех штукатуркой.

– Вот вам и свобода! – буркнул Иван Петрович. – Денис, оформляй! «Несанкционированный массовый митинг летательных аппаратов, организованный гномом Грюндулом, с использованием древнего ретранслятора, повлекший за собой множественные столкновения в воздухе и порчу имущества».

Пока Денис заполнял формы, Варя внимательно изучала ретранслятор. – Поняла! У него есть аварийный клапан для сброса астрального давления. Если его активировать, он временно прекратит передачу сигнала. Но он очень высоко.

– Высоко? – Иван Петрович оглядел обветшавшее здание. – Не проблема. – Он окинул взглядом окружающие летающие объекты. – Гном, а ну-ка, дай свой пульт!

Гном недоверчиво посмотрел на него. – Зачем?

– Мне нужен один из этих ковров. На время. Чтобы забраться.

Грюндул, видимо, испугавшись сурового вида Ивана Петровича, нехотя протянул пульт. Иван Петрович взял его, прищурился, выбирая взглядом наиболее крепкий и наименее потрепанный ковер. Выбор пал на классический персидский ковер, который кружился чуть в стороне.

– Ты! Иди сюда! – приказал Иван Петрович, направив пульт на ковер.

Ковер, казалось, колебался. Он был «свободен» и «независим», но вековой опыт службы и природная робость взяли верх. Он медленно опустился перед Иваном Петровичем.

– Садись, Иван Петрович! – Варя указала на клапан на ретрансляторе. – Он сбоку, выглядит как большая красная кнопка с руной сброса!

Иван Петрович, кряхтя, забрался на ковер. Ковер дрогнул, явно нервничая.

– Денис, Варя, страхуйте! – крикнул Иван Петрович, пытаясь разобраться с пультом.

Ковер, управляемый Иваном Петровичем, неуклюже взлетел, зацепив по пути несколько метёл. Гном Грюндул в ужасе смотрел, как его протестный митинг превращается в аттракцион.

– Денис! Фиксируй! – Варя достала свой прибор и начала что-то сканировать. – Сигнал всё ещё сильный!

Ковер с Иваном Петровичем, скрипя и вибрируя, кое-как долетел до ретранслятора. Иван Петрович, цепляясь за провода, дотянулся до клапана и со всей силы нажал на него.

В этот момент ретранслятор издал утробный гул, и из него вырвался столб зеленоватого дыма. Все летающие объекты в небе над Ветхими Чащами замерли, как по команде, а затем, словно лишившись батареек, начали медленно опускаться на землю. Некоторые плюхнулись прямо на крыши, другие – на узкие улочки. Воздушная пробка исчезла.

Иван Петрович, тяжело дыша, опустился на ковер. – Уф! Ну вот! Отключили ваш «протест»!

Гном Грюндул, осознав, что его «свободолюбивое» движение подавлено, сокрушенно упал на колени.

– Явитесь! – строго произнёс Денис, протягивая гному бланк. – Вот протокол. Заполняйте. Статья такая-то, пункт такой-то…

Варя подошла к ретранслятору, осматривая его. – Ну вот, – сказала она. – Временное решение. Но сам ретранслятор нуждается в капитальном ремонте. Иначе он снова может случайно активироваться.

Иван Петрович спрыгнул с ковра. – Ремонт… – он сплюнул. – Опять писанина! Опять сметы! Гном, а ты чего тут сидишь? Пошли, давай, помогай! Ты это устроил, тебе и разгребать!

Обратно в ЖЭК № 37 они возвращались уже под вечер. Усталые, но с чувством выполненного долга. Гнома Грюндула вел Денис, который попутно объяснял ему его права и обязанности и заставлял заполнять бесконечные бланки.

– Итого, – подвел Денис, когда они оказались в кабинете, – за сегодня: один Самополетный Ковер АСК-7Б скрылся, более тридцати различных летательных аппаратов приземлились в пределах Ветхих Чащ и ожидают эвакуации, гражданка Сидорова требует компенсацию за потолок, гном Грюндул арестован за организацию несанкционированного астрального митинга и порчу городского имущества… и требуется капитальный ремонт древнего астрального ретранслятора.

Иван Петрович опустился в кресло. – А самое главное, – проворчал он, – Акта этого дурацкого не отменили. Завтра опять двадцать пять. Снова «воздушные пробки», снова «летающие техосмотры».

Варя, тем временем, сидела за своим компьютером. – Ну, если уж совсем по инструкции, – задумчиво произнесла она, – ретранслятор теперь наш. Он находится в ведении ЖЭКа как несанкционированный, но потенциально полезный объект. Если его модернизировать…

– Модернизировать? – Иван Петрович поднял брови. – Ты что, хочешь из него сделать центр управления воздушным движением?

– Почему бы и нет? – Варя улыбнулась. – Или, по крайней мере, заглушку для всех этих «беспилотных» артефактов. Или даже автоматический центр регистрации! Зарегистрировал ковер, пролетел мимо, и данные сами считались. Меньше бюрократии.

Иван Петрович посмотрел на неё, потом на Дениса, который все еще что-то бурчал про «параграфы» гному, потом на Кузьму-домового, который наконец-то вылез из дымохода, потягиваясь и зевая.

– Меньше бюрократии, говоришь? – хмыкнул Иван Петрович. – Это ты хорошо придумала. Только что-то мне подсказывает, что это просто приведет к еще большей бюрократии. И к жалобам на то, что «автоматический центр регистрации» принял за ковер соседского кота, а метлу – за инопланетный зонд. А Грюндула потом будем на работу принимать, как специалиста по «устранению астральных хакерских атак».

Денис поднял голову от бумаг. – Новая инструкция, Иван Петрович! «Порядок взаимодействия ЖЭК с гномами-инженерами, осуществившими несанкционированную активацию древних астральных ретрансляторов». Мне кажется, этот пункт не проработан.

Иван Петрович лишь махнул рукой. – А я-то думал, день закончится. А он только начинается. Ладно, Варя, готовь свои чертежи. Дениска, пиши рапорт о героическом подавлении воздушного мятежа. И пусть Кузьма, наконец, починит дымоход. А то ведь вызовем «пожарных-астралов» – хлопот потом не оберешься.

И так, в ЖЭКе № 37, под аккомпанемент ворчания Ивана Петровича, шороха бумаг Дениса и деловитого стука Вари по клавиатуре, начиналась новая эра магической бюрократии Заволгограда – эра, где «свободные» летающие ковры и дроны боролись за свои права, а сотрудники ЖЭКа пытались навести порядок в этом абсурдном, но таком привычном мире. И где прорывы трубы из Лимба казались уже не такими страшными, как падение незарегистрированной метлы на голову мэру.