Заняться исследованием личности Матроны Босоножки меня подвигло несколько факторов. Во-первых, я часто слышал рассказы о ней от настоятеля Скорбященского храма о. Богдана Полевого, который очень радел о том, чтобы возобновить и закончить работу по подготовке к канонизации Матронушки. Во-вторых, мне, как человеку, имевшему опыт работы в архивах, хотелось подойти к исследованию ее биографии научно, найти возможные архивные документы, которые могли бы дать ответ на многие остающиеся открытыми вопросы, касающиеся ее жизни. И третий момент, не менее важный, мне показалась личность Матроны Босоножки необыкновенно привлекательной, загадочной и в то же время духовно близкой многим петербуржцам.

Когда я стал клириком Тихвинской епархии, а затем священником храма во имя чудотворной иконы «Всех Скорбящих Радость (с грошиками)», рядом с которым находится могила Матроны Босоножки, мое намерение реализовалось в полной мере: я вошел в состав рабочей группы, занимавшейся сбором биографических сведений и подготовкой документов для канонизации.

Большую часть работы по архивам довелось выполнять мне лично. И это во многом определило для меня подход к выполняемому делу. Помимо ответственности перед церковным заданием, возникло еще и чувство ответственности перед самой Матроной. Это было связанно с ее особым водительством внутри процесса поисков документов, сведений о ней. Постоянно ощущалась помощь и поддержка от Матронушки.

По молитве к ней находились ключевые документы, которые давали импульс к дальнейшим поискам, проливали свет на обстоятельства ее жизни. Так, например случилось с фотоснимком, где Матронушка запечатлена рядом с отцом Иоанном Кронштадтским. В силу того, что сведения о жизни Матроны практически отсутствовали, работать в архивах было крайне сложно, особенно в начале поисков. Приходилось просматривать ряд косвенных документов в большом объеме, надеясь, что появится хоть небольшая зацепка для дальнейшей работы. Так случилось и с фотокарточкой, которая была найдена в Москве в последний день исследовательской работы, отведенной на эту командировку. После просмотра нескольких тысяч страниц, я решил еще раз взять документ (это была печатное издание одного из журналов того времени), который как-то нестандартно лежал в общей стопке всех бумаг. Предварительно я в мыслях обратился к Матроне, выразив огорчение, что выполнен такой объем работы, но толком ничего не найдено, как тут же, открыв этот журнал, перед глазами появился тот самый снимок.

Таким же удивительным образом обнаружились план и ведомость о доходах дома по Среднему проспекту и 6-й линии, где жила Матронушка в конце 1890-х гг. В этот дом приходили к ней многочисленные посетители, отсюда началась ее народная слава. Получилось определить ее точное место проживания в этом здании. Также Господь неожиданно посылал людей, которые помогали продвигаться в работе. Таких эпизодов было достаточно много, чтобы утвердиться не только в необходимости продолжения работы по канонизации Матроны, но и в ее покровительстве и благословении Божьем на это значимое для всей Православной церкви дело.

В процессе исследований обнаружился истинный масштаб личности Матроны Босоножки. Думаю, это все послужит основой для дальнейшей научной работы, которая позволит увидеть ее человеческий и духовный образ еще более четко и ярко.