Сердце сбоило, рисуя рваную кардиограмму с просветами: «Это что, издевательство? Он привёл её сюда? Специально? И если целью была встреча со мной, он бы наверняка написал! Хотя… может, я просто пропустила сообщение?»

Дрожащими руками я достала квантофон из кармана фартука — тот самый, с голографическим дисплеем и функцией мгновенной телепортации эмодзи. Экран мерцал, отображая ноль пропущенных звонков и ноль новых сообщений. Ни единого уведомления.

Из-за стойки было видно только ноги Лютомира — стильные ботинки из кожи. Он приземлился напротив шоколадки.

«О, прекрасно, — мысленно застонала я. — Теперь они будут мило ворковать, пока я тут изображаю суслика в норе. И не надо говорить, что это случайности, — это диверсия и провокация в чистом виде».

Ракета, до этого момента благоразумно молчавшая, тихонько ткнула меня носом в локоть.

— Что? — прошипела я.

Она выразительно подняла бровь и беззвучно, одними губами, произнесла:

— Вылезай, окаянная, не позорь меня. Эпичная трусиха — это не по-царски, знаешь ли.

Я закрыла лицо руками. Пушистый гуру, как всегда, глаголет истину. Вздохнув, я поднялась, отряхивая колени, и нащупала электронный блокнот — будто он мог стать моим щитом.

Ноги, словно на автопилоте, понесли меня прямиком к третьему столику.

— Приветствуем вас у бабушки царевны! Что будете заказывать? Рекомендую попробовать нашу новинку — «Василиса Прекрасная», — выпалила я на автомате, нервно притоптывая ногой.

Лютомир нахмурился. «Что, не рад меня видеть, дорогой?» — пронеслось в голове.

— Алиса, ты не хочешь со мной поздороваться? — сурово спросил он.

— А, это ты, Лют! — беззаботно пропела я. — Какая приятная встреча! — Мой голос не дрожал, взгляд не бегал — вот она, царская выдержка. В теории. На практике внутри просто всё обратилось в лёд.

Его спутницу я старательно игнорировала — ну её, эту красоту с обложки.

— Присядешь с нами? Я хотел бы тебя представить…

На мою удачу мимо проходил Егорка. Я молниеносно вырвала стопку коробок из его рук.

— Прости, Лют, много работы. Вы пока выбирайте, Егор примет заказ.

Я одарила кащея самой лучезарной улыбкой и бодро зашагала к стойке. Изображать бурную деятельность даже не пришлось — коробки прибывали, улыбки множились, а я мысленно благодарила вселенную за эту отсрочку.

Всего один раз я бросила взгляд из-под ресниц на сладкую парочку — они весело болтали, будто и не было этого неловкого момента. «Ну вот, — подумала я, — скоро мы привыкнем держать эти маски вежливой отстранённости… Как с Риком».

Кстати, о Рике — стоит только помянуть, и вот он. Похоже, судьба решила столкнуть нас лбами по полной программе.

Рик стремительно шёл… к третьему столику. На секунду я поймала миг стагнации — мир замер, а потом я, чтобы не заставлять клиентов ждать, пальцем приманила брата и передала ему свои заботы. Отойдя к дверному проёму, ведущему на кухню, я затаилась — так, чтобы не выдать себя с поличным и не афишировать свой жгучий интерес.

«Что здесь за странный спектакль?» — думала я, наблюдая.

Рик скинул пальто на вешалку и по-хозяйски опустился рядом с брюнеткой. Нежно взял её за подбородок и запечатлел на её идеальных губах поцелуй. Совсем не целомудренный.

Я совсем престала понимать что происходит.

«Оба-на. Вот так поворот!» — пронеслось в голове. На лице Лютомира читалось что-то похлеще моего удивления — чистый, незамутнённый шок.

«Так тебе и надо», — ликовала внутри меня тёмная, злобная и мстительная сторона натуры. «Чтоб вы вечно баб делили!»

«Стоп, стоп, стоп», — оборвала себя я. Рик женат. Если эта мадмуазель — та самая Желанна, то…

Я могла бы придумать тысячу вариантов, но, видимо, я от природы слишком любопытна, чтобы с независимым видом стоять в стороне и изображать из себя занятого сотрудника общепита.

Спустя секунду перед трио стоял снова учтивый официант — то есть я.

— О, Рик, тебе как всегда? — жизнерадостно поинтересовалась я. Все трое выглядели так хмуро, будто я только что отменила праздник.

Рик просто схватил меня за руку и усадил рядом с собой — без апелляций, без объяснений.

— Алиса, я давно хотел тебя познакомить с моей супругой Желанной, — ровным, представительским тоном произнёс он, глядя мне прямо в глаза и держа за руку.

— Желанна, это Алиса Эпичная, царевна нашей галактики.

Разрумяневшаяся Желанна тут же подобострастно поклонилась:

— Это такая честь для меня, ваше величество!

Звучало это как откровенная издевка. Кепка с короной, фартук с пятнами кетчупа — царевна пиццерии во всей красе.

Но я была намерена играть свою роль до конца. Покровительственно кивнула:

— Рада познакомиться с супругой главного канцлера.

Лютомир прижал ко рту руки, сложенные в замок. Взгляд сложный. Желанна ещё больше зарделась.

— Благодарю, ваше величество. С моим братом, Лютомиром, вы, конечно, знакомы?

«Что?!» — в голове взорвалась бомба, разбрасывая осколки логики по всему сознанию.

— Конечно, — выдавила я, чувствуя, как мир слегка накренился. «Что ж вы сразу-то не сказали?!» — хотела воскликнуть я, но благоразумно не стала выдавать правду о характере прошлых (и пошлых) догадок.

Я ловко выдернула ладошку из цепких лап Финиста и тут же пересела. Очутившись в объятиях своего суженого, я поплыла — то ли на волнах тёмной энергии, то ли на волнах собственного облегчения. Но не успела я насладиться моментом, как меня накрыло осознание: «А откуда вообще взялась сестрица? И почему Рик расторг наш брак и консумировался (не побоюсь этого слова) не с первой встречной, а с ближайшей родственницей Люта?!»

В горле снова встал комок, мешавший говорить. К счастью, Кащей дара речи не терял — и сделал это за меня:

— Как же так получилось, что моя сестра стала женой моего соперника ещё до того, как снизошла до знакомства с собственным братом? — спокойно и размеренно осведомился он. Но абсолютно каждый ощутил холод его тона.

На Желанну было жалко смотреть. Она краснела и заикалась.

— Восшествие Алисы на престол привлекло пристальное внимание матери к событиям, разворачивающимся в Яви, — она жеманно прикусила губу. — И… — быстрый взмах ресниц в сторону Рейвена, — узнав о вашей ситуации, она приняла решение прийти нашей родственнице на помощь. Через зеркало она связалась с Риком и договорилась о свадьбе.

Между нами повисла тишина. Только Желанна, сжимающая ладонь Рика до хруста, буквально молила его о поддержке. Рик молчал с непроницаемым лицом, сканируя мои реакции. Я давно перестала пытаться разгадать подоплёку его взглядов. Всё равно не угадаю.

— Как добродетельно с её стороны, — резонно заметил Лют. — А почему бы не поинтересоваться у самой царевны Алисы о её желаниях?

— Нужно было действовать быстро, — коротко пояснил муж года, который наконец соизволил ответить на молчаливую просьбу, поняв, что ещё немного — и Желанна сломает ему пальцы.

— Это всё объясняет, — задумчиво протянула я с толикой иронии. — Мотивацию Рика, мотивацию Василисы… Только вот я не пойму… — Я набрала воздуха в грудь. — Извини, Желанна, возможно, у нас разный менталитет, но мысль, что тебя выдали замуж за рандомного чужого мужа, вызывает во мне трепет. Так высоки твои моральные идеалы, что ты ради меня легла под незнакомого мужика? Даже с учётом, что я твоя дальняя родственница, это просто дико. У вас, как у финистов, жертвенность в крови ради высшего блага?

Тёплые глаза Желанны наполнились слезами.

— Да что вы вообще понимаете?! — прошептала она, вскакивая и с грохотом опрокидывая стул, бросилась в сторону уборной.

— Рик, это ненормально, — Кащей решительно наклонился к Финисту. — Почему ты сразу не сказал мне, кто твоя супруга? Когда сестра обещала мне сюрприз, я не ожидал, что это знакомство с тобой.

Рик ответил прямым взглядом и не менее прямым заявлением:

— Разумеется, я не знал. Как я мог связать галактику Правь, царевну Василису и её дочь с Навью и Кащеями?

— Как всё запутанно, — схватилась я за голову. Интуиция подсказывала, что у Желанны история не так проста. А уж матушка её мне вообще не внушала доверия. Это же надо — использовать свою дочь как политическую подстилку. «Моя будущая свекровь», — вдруг осенило меня.

Тем временем совесть тихонько шептала, что новоиспечённую золовку неплохо бы и утешить. Распахнув дверь в уборную, я застала Желанну умывающейся ледяной водой и задыхающейся от рыданий. Да, такую истерику не сыграешь. Опустив руку на её плечо, я неловко принялась бубнить что-то правильное и успокоительное.

— Хочешь лайфхак? Попробуй умыться сначала горячей водой, а потом холодной. И так несколько раз, — на автомате посоветовала я.

Постепенно всхлипы стихли, а моя подопечная сконцентрировалась на выполнении инструкций. Что и требовалось.

— Конечно, я должна пояснить, — сказала Желанна, сосредоточенно комкая в руках бумажное полотенце, которым вытирала лицо. — Но не хочу делать это при мужчинах.

Она подняла глаза:

— Ты же знаешь, что по правилам, чтобы продолжить род, царевна Яви должна связать судьбу с финистом или кащеем? Это негласное правило равновесия вселенной. В Прави нет представителей ни того, ни другого народа. — Уголки её губ поползли вниз.

«То есть она просто выскочила за первого встречного, лишь бы не сидеть в девках?» — пронеслось у меня в голове. Хотя кто я такая, чтобы осуждать — это же не годы, а столетия ожидания. Но Желанна продолжала свою странную исповедь:

— Знаю, ты думаешь, что я увела у тебя мужа, но это не так. Я просто взяла своё. Артефакты в этих вопросах не ошибаются. Серебряное блюдечко показало, что Рик — мой суженый. Извини, он изначально был предначертан мне. Так что, когда передо мной встал выбор, я ни секунды не сомневалась.

Она решительно сжала губы — так, будто готовилась объявить войну всему миру. Потом её лик озарила светлая улыбка, словно кто-то щёлкнул выключателем «оптимизм».

— И знаешь ли, жить тысячелетие с матушкой — то ещё удовольствие. Очень уж хотелось начать самостоятельную жизнь, — она вздохнула с таким облегчением, будто сбросила с плеч груз всех веков.

Мы обменялись понимающими улыбками — как две «послушных маминых дочки». Только стаж у золовки определённо внушительнее.

— Поверь, я не в обиде на тебя, — успокоила её я. — Мне просто нужно было понять… Хотя, если честно, я так до конца и не поняла. Расскажешь ещё раз?

Ну а что? Зато честно!

— О, я бы очень хотела! Расскажу тебе и про Правь, и про историю нашей семьи, — закивала она, грустно улыбаясь. — Видишь ли, свобода оказалась не такой уж свободой. С момента приезда я практически безвылазно заперта в покоях Рика, будто он меня стесняется или прячет. Поэтому, если уж не подруга, то хотя бы собеседник мне просто жизненно необходим.