В «Джентельменском клубе „Киттенс“» воняло несвежим пивом. Джо Мартинес вошел через распашные двери погрузочной площадки с задней стороны стрип-клуба. Он протиснулся мимо грузного мужчины в черной футболке, который нес ящик с пивом. Мужчина поставил ящик на стойку бара, звякнув пивными бутылками, а затем пошел к грузовику за другим ящиком.

На пустой полукруглой сцене уборщица опрыскивала и протирала до блеска хромированные танцевальные шесты. Другая сидела на корточках и протирала зеркальные панели за шестами, чтобы после открытия бара позже вечером посетители могли наблюдать за танцующими девушками со всех ракурсов.

В дальнем конце бара лысеющий мужчина с козлиной бородкой и синей ручкой в руках проверял стопку счетов-фактур. Мартинес сел на табурет напротив него.

– Мы закрыты! Приходите через пару часов, – сказал менеджер.

Его взгляд был прикован к счету-фактуре, который он проверял.

– Поговорим сейчас, – сказал Мартинес.

– Я же сказал, мы закрыты.

Мужчина ставил галочки в накладной, не глядя на Мартинеса.

– Для меня вы открыты, – жестким тоном проговорил Мартинес.

Мужчина медленно оторвал свой мутный взгляд от счетов. Задержался на груди Мартинеса. Судя по сжатой челюсти, он заметил под пиджаком агента неприметные очертания оружия. Потом поднял взгляд выше, на значок ФБР, который Мартинес держал в воздухе. Мужчина опустил стопку счетов на прилавок.

– Что вам нужно?

– Для начала холодной воды. На улице чертовски жарко. Джессика Хьюитт, – сказал Мартинес, опустошив стакан воды. – Слышали о ней?

– Она работала здесь некоторое время. Начинала как танцовщица, но со временем перешла в бар. Она умерла. Умерла много лет назад.

– Шесть лет назад, – уточнил Мартинес.

Он бросил на стойку фоторобот Теренса Бейли, сделанный после его ареста за взлом и проникновение в дом.

– Вы не видели его раньше?

Мужчина поднял фотографию.

– Да, я его помню, – сказал он, бегло взглянув на фото. – Не знаю его имени, но лицо мне знакомо. В нашем бизнесе нужно запоминать лица, чтобы не пускать в клуб дебоширов.

– Он был дебоширом?

– Некоторое время жил здесь. Он приходил и разговаривал с Джесси, пока она работала.

– Он приставал к ней? Пугал ее?

– Скорее раздражал ее глупыми вопросами.

– Глупыми вопросами какого рода?

– Это было шесть лет назад, чувак. Я не помню, какие вопросы он задавал. Помню только, что такие вопросы обычно не задают девушке, которая едва сводит концы с концами и работает в заведении, где официантки разносят пиво в стрингах. – Он подписал последний счет и передал его бородатому мужчине в черной футболке. – Этот парень покупал одно пиво на всю ночь и сидел, уставившись на Джесси, как влюбленный подросток. Ей это было неприятно. В конце концов она сказала вышибалам не пускать его. Поэтому я его и запомнил.

– Джесси когда-нибудь рассказывала, что он хотел от нее? Он ее пугал?

– Сомневаюсь. Если она чего-то и боялась, так это протрезветь, – сказал он. – Она умерла от передозировки прямо здесь, за клубом. Это был настоящий позор. Мне нравилась Джесси. Нам всем она нравилась. Но, слушай, чувак, все уже давно в прошлом, – сказал он. – К чему эти воспоминания?

Мартинес достал из бумажника визитку и протянул ее через стойку.

– Вот моя визитка. Если вспомните что-нибудь еще или знаете кого-нибудь, кто помнит парня на фотографии, позвоните мне.

Он вышел из бара тем же путем, что и пришел, спрыгнул с погрузочной площадки и направился к своей машине. Когда он отъезжал, зазвонил телефон.

– Мы закончили вскрытие… – Это был доктор Падрес. – Думаю, вам будет интересно узнать, что причиной смерти стало утопление.

– Вы хотите сказать, что ее тело перенесли из того места, где она утонула, в яму с грязью, где мы ее нашли?

– Ее тело не перемещали, агент Мартинес, – перебил патологоанатом. – Она утонула в грязи, в которой ее нашли. Ее легкие были заполнены этой жижей. Я вписываю в свидетельство о смерти «Смерть от утопления».

– Были ли следы борьбы? Может быть, ее голову насильно удерживали под водой?

– Никаких признаков борьбы, – сказал доктор Падрес. – Никаких ссадин. Ее не связывали и не били. Ее ногти целы. Никаких защитных ран. Она утонула, просто и легко.

– Вы меня удивили, доктор, – сказал Мартинес.

– Жизнь полна сюрпризов. Честно говоря, у меня есть еще один, если, конечно, ваше сердце способно выдержать два сюрприза за день.

– Я рискну.

– Они привезли тело парня, которого нашли плавающим под пирсом. Джонни Мейкона.

– Да, я случайно оказался там, когда нашли его тело. Местные копы говорят, что это он утонул случайно.

– Они ошибаются, – сказал доктор Падрес. – В его легких не было воды. Он не утонул.

– Тогда как он умер?

– У него был сердечный приступ. Я только что закончил его вскрытие. Однако я считаю, что за мгновение до смерти его ударило током.

– Почему вы так думаете?

– На его груди были классические следы ожогов, свидетельствующие об ударе током, а также лопнувшие кровеносные сосуды в глазах и веках. Я также обнаружил следы кокаина в его ноздрях. Что тоже не способствовало здоровью сердца.

– Как его могло ударить током в океане? Прошлой ночью была молния? Или электрические шнуры под пирсом?

– Ничего такого, – сказал патологоанатом. – Молнии не было. Мы проверили прогноз. Электрических шнуров поблизости тоже нет.

– Ну само собой такое не могло произойти.

– Судя по следам ожогов, я предполагаю, что его ударили электрошокером. Электрический заряд вызвал у него сердечный приступ. Это его и убило.