Сорвав омерзительную рясу перед строгой душевой рядом с комнатой, я швырнул ее в угол и встал под слегка теплую воду.

Струи ударили в грудь и заскользили вниз, к чертовому месиву на члене. Измазанному в сперме, всё еще полутвердому от вкуса кожи Катарины. От одного лишь воспоминания о звуке, с которым она кончила, кровь снова хлынула в пах.

Я опустил руку, поддавшись искушению ещё раз унять ноющую тяжесть в паху. В тридцать четыре года кончить прямо в штаны было не совсем тем, чего я ожидал от жизни.

Но встретить её я тоже не ожидал.

Ладонь скользнула по члену, размазывая пролитую для нее сперму по стволу и головке. Мгновенно наступила полная эрекция, стоило лишь позволить воспоминаниям о том сеансе терапии заполнить мысли. Запах ее кожи, ощущение влажной киски, жадно сжимающей пальцы, её стоны, остекленевший взгляд, прикованный ко мне.

Блядь. Движения руки ускорились, удовольствие прокатилось вверх по позвоночнику и отдалось в ногах. Уперевшись ладонью в холодную, мутную плитку на стене, я принялся беспощадно дрочить.

Когда я снова был близок к разрядке, мои мысли унеслись от сеанса терапии к прошлой ночи. Когда Катарина стояла в тёмном коридоре и смотрела на меня снизу вверх широко распахнутыми, ясными глазами.

— Не думаю, что ты настолько плох, как сам считаешь, там, в глубине души.

От ее сладкого шепота на кончике члена выступило предсемя.

А потом я вспомнил, как она привстала на цыпочки и прижалась губами к моей щеке. Она поцеловала меня, зная, кто я и что из себя представляю. Её светлая, добрая душа проникала в мою тьму. Без страха.

— Спасибо.

Я мощно кончил, сперма выплеснулась из яиц. Забрызгала плитку под ногами, оставляя полосы у слива и смешиваясь с водоворотом успевшей остыть воды.

Сбавив темп, я медленно выжал последние капли семени; голова шла кругом от опьяняющих мыслей о моей маленькой бродяжке.

Она возникла из самой кромешной тьмы, в которой мне доводилось бывать, — ослепительный свет, разгоняющий мрак со всех сторон.

И околдовала меня. Заразила.

Она была опасна. Была проблемой...

И я никогда ее не отпущу.

На следующий день в «Святой Обители» царила напряженная атмосфера, и причина тому быстро прояснилась.

У дверей лечебницы выстроилась вереница первоклассных черных броневиков. Процессия мужчин в черных костюмах проследовала через здание, направляясь в личный кабинет Варгаса.

Centrium Group явились зачищать следы своего ручного экс-священника. Накануне мелькала мысль вломиться в кабинет Варгаса, чтобы выяснить подноготную «Святой Обители», но этим уже занималась Джада, так что рисковать прикрытием не имело смысла.

Пока люди из Centrium Group делали свою работу, я держался в тени. Привлекать лишнее внимание ни к чему, пока не придет время отсюда убираться. Как только Павел и Бенедикт будут мертвы — возможно, и Блэквуд тоже, — а Катарина окажется рядом со мной.

Я пробрался на чердак с удачно расположенным окном, откуда хорошо просматривался фасад здания. Поднеся к глазу оптический прицел снайперской винтовки, я стал наблюдать за людьми, которые входили и выходили из здания, вынося коробки из кабинета Варгаса.

Болгарская мафия?

Очевиднее некуда: эти парни с тем же успехом могли носить на шеях бейджи с указанием своей принадлежности к «семье». Сразу было видно, что эти люди опасны. Двигались совсем не как офисный планктон какой-нибудь корпорации. Значит, Варгас служил ширмой для торговли людьми. Вполне логичный вывод. Он обеспечивал «Святой Обители» налет респектабельности и церковные связи, которые обычно не подвергались сомнению. Стоит какому-нибудь благотворительному проекту оказаться под крылом Церкви, и он почти автоматически ускользает от пристального внимания. Именно поэтому «Святая Обитель» столько времени действовала у всех на виду. А у мафиозной семьи вполне могли найтись связи в местной полиции, чтобы никто не начал копать слишком глубоко. Особенно если речь шла о ком-то вроде Катарины, которая знала слишком много.

Главный вопрос в другом: почему ее не убили? Она явно сидела у них как кость в горле. В этой истории крылось двойное дно, и внутреннее чутье подсказывало, что даже сама девушка не знает всей правды.

Рассказывать Катарине о матери я не стал. Честно говоря, это было бы жестоко. Ей и без того хватало боли. Новость о смерти человека, ради которого она столько вынесла, могла окончательно ее сломать. Она узнает правду потом, когда окажется на свободе, в безопасности, и все ее демоны будут повержены.

Я об этом позабочусь.

Подкатил еще один автомобиль в сопровождении мотоциклов. Сам директор? Лучше не отсвечивать, учитывая, что план держался на том, чтобы Павел и Бенедикт не представили меня боссу. Они считали, что я прислан болгарами следить за ними. Именно это и входило в задачу убитого мной Кристофа. Прикрытие могло треснуть в любой момент. Неуязвимостью я не отличался. В конце концов, я и так здесь засиделся. План был простым: зайти, убить Варгаса, выйти и больше никогда не переступать этот порог. Никто бы и опомниться не успел, чтобы задавать лишние вопросы.

Но из-за Катарины я всё еще торчал в Обители, рискуя быть раскрытым.

Я не сводил прицела с директора. Сейчас было бы так легко нажать на спуск. Один выстрел, и он мёртв. Возможно, вместе с ним рухнула бы и вся мафиозная структура, стоявшая за ним, а «Святую Обитель» наконец закрыли бы. А до главарей я добрался бы позже. Навестил бы Павла и Бенедикта у них дома, когда они уже решили бы, что опасность миновала…

Однако я понятия не имел, как устроена иерархия в Centrium Group или в курирующей их семье. Вдруг у босса подрастал амбициозный сынок, только и ждущий возможности перехватить бразды правления. Ясно одно: смерть директора немедленно погрузит лечебницу и всех пациентов в хаос. В этой суматохе нас с Катариной могло раскидать по разным сторонам. А такого риска я себе позволить не мог.

Я взял на себя смелость растолочь таблетки, которые ежедневно должен был скармливать Катарине, и подсыпать их в запасы вина, хранящиеся в личной столовой Бенедикта и Павла. После смерти Варгаса они стали слишком усердно причащаться кровью Христовой, так что с дозировкой я, возможно, немного переборщил. Будет крайне любопытно взглянуть на эффект, учитывая, что Катарину этой дрянью пичкали годами.

Мой собственный забавный эксперимент. Пожалуй, в науке действительно есть нечто захватывающее. В остальном оставалось только ждать. Выжидать идеального момента, чтобы прикончить Павла и Бенедикта. Ждать, пока свершится месть Катарины, чтобы забрать ее из этого проклятого места. Ждать информации о Centrium Group. Ждать информации о матери.

Одно сплошное ожидание.