12.05.437. Медкабинет. Усадьба «Логово»

– Ларс, что со мной не так? – спросила Эйлана, лежа на кушетке в медпункте. Осматривавший ее медик удивленно поднял брови.

– Ваше тело отлично восстановилось после родов, госпожа, – заметил он.

– Я не об этом спрашиваю, – с досадой фыркнула хозяйка и объяснила подробно, что ее беспокоит. – Я поругалась с мужем из-за шестнадцатилетнего профи. Крэг купил это чудо для работы в аптеке, а час назад подсунул мне в качестве «игрушки», отлично зная, что я не использую детей. Вижу, что ты меня не понимаешь. Моим близнецам через два месяца исполняется восемнадцать лет, именно в этом возрасте во Внешнем Мире наступает совершеннолетие. Ликс и Вилли со скрипом проходят под мои возрастные критерии годных для «игры» мужчин. Но дело не только в Крэге. Подруги неоднократно предлагали мне потискать юношей шестнадцати–семнадцати лет и очень удивлялись, когда я отказывалась. Из-за всего этого я чувствую себя странной. Вот я и спрашиваю тебя, Золотко, что со мной не в порядке.

– С вами все хорошо, госпожа, – успокоил молодую женщину Ларс. – Смею предположить: все дело в разности воспитания и столкновении культур. Возможно, у вас культурный шок. Вы быстро приспосабливаетесь к нашей жизни, госпожа, но чтобы полностью понять Мальву, нужно на ней родиться.

– Ну и что ты мне посоветуешь для избавления от культурного шока? – уточнила Эйлана, принимая сидячее положение.

– Я рекомендую госпоже посетить дом увеселений и снять парней проблемного для вас возраста, – вкрадчиво предложил медик, опускаясь на колени. Он положил на свою широкую ладонь кисти хозяйки, деликатно ощупал на предмет водянки и прижался к ноготкам губами.

– Думаешь, это решит мою культурную дилемму? – недоверчиво прищурилась молодая женщина.

– Хуже точно не будет, госпожа, – профи был почти уверен, что знает причины охлаждения госпожи к мужу, но как умный человек ничем это не показывал.

– Я воспользуюсь твоим советом завтра, – решила Эйлана, запуская руку под рубашку профи. После утешения Феба ей требовалось потискать кого-нибудь более мужественного. Ларс прекрасно походил под это определение.

***

За ужином черничный здоровяк занял привычное место за столом, но не удостоился даже взгляда жены, которая всю трапезу обсуждала с Ларсом и Жераром новое меню. На закате он навестил Вилли, рассказал ему, каким стал плохим мужем, и узнал, что тот вместе с другими шкетами полдня провел в библиотеке, отбирая для хозяйки книги по законодательству Мальвы. Перед сном Крэг помолился перед алтарем Великой богини и лег в одинокую постель, уткнувшись лицом с подушку, сохранившую запах любимой. Ежевечерняя молитва уже давно стала частью его ритуала отхода ко сну. Даже после возвращения жены брюнет регулярно возносил молитвы Матери Жизни и благодарил за счастье видеться с женой и дочерью.

13.05.437. Столовая. Усадьба «Логово»

Утром Эйлана проснулась довольно рано. В окно светило солнце, пели птички, и настроение у девушки было замечательное. Спустив ноги с постели, она оглядела спальню и поняла, что чего-то не хватает. Накинув халатик, хозяйка посетила ванную, а по возвращении осознала, чего же ей недостает. На месте разбитого вчера столика красовался новенький стол из прочного пластика, но на нем не стоял уже ставший привычным завтрак, и Крэг не желал жене доброго утра. Его вообще не было в спальне. Эйлана вспомнила, что сама лишила его права ночевать на ковре у кровати, и расстроилась. Одевшись, девушка покормила дочь и с нею на руках спустилась на кухню. Жерар уже хлопотал у плиты, и по всему первому этажу разносились дразнящие ароматы свежей выпечки. За кухонным обменивались остротами Ларс и Джо. При появлении хозяйки они дружно сползли на пол. Повар поклонился благодетельнице и вернулся к готовке.

– Доброе утро, мальчики, – поздоровалась Эйлана и уселась за стол.

– Доброе утро, госпожа, – по ее знаку мальвийцы поднялись и снова заняли стулья.

Разрешение сидеть в присутствии хозяйки на стульях действовало только на кухне. Эйлана ввела это правило в день переезда в усадьбу. Подобным правом пользовались и смертники в лагерной столовой.

– После завтрака я еду в город. Вернусь к обеду. Я решила последовать твоему совету, Ларс. Джо, твоя задача вывести Джину на прогулку, – сообщила хозяйка, передавая ребенка Джо.

– Будет исполнено, госпожа, – кивнул шкет, бережно укладывая наследницу себе на колени.

– Жерар, я есть хочу, – жалобно мяукнула девушка.

Мальвийцы едва сдержали улыбки.

– Уже несу, госпожа, – на столе материализовалась тарелка ватрушек.

– Жерар, ты с Тони сговорился? Я же лопну, - притворно ужаснулась Эйлана.

– Мы вам поможем справиться с угощением, госпожа – невинно произнес медик и цапнул горячую ватрушку с тарелки. За что получил легкий подзатыльник. Он уже неплохо изучил хозяйку и знал, когда можно наглеть, а когда не стоит.

13.04.437. Дом Увеселений. Мальвавиль

Столица встретила Смитерс проливным дождем и пустынными улицами. В городе не использовался какой либо транспорт кроме грузовых рикш и носильщиков с седанами для пассажиров. В этот ненастный день даже они предпочли отсиживаться под навесом. Наемный флаер опустился у крыльца знакомого кислотного здания. Дверь гостеприимно открылась, и Эйлана шагнула в уютный холл, не замочив платья.

– Добро пожаловать, госпожа, в Дом Увеселений, – как родную приветствовал ее поклоном рыжий администратор Ружеро. – Чем могу служить, госпожа? Вам как в прошлый раз или есть иные пожелания?

– Подбери мне мальчиков от шестнадцати до семнадцати лет. Тех, кто пробыл здесь не более недели, – сделала заказ Эйлана, нетерпеливо барабаня пальцами по стойке администратора.

Ружеро рявкнул задание в комм, чутко считав настроение клиентки.

Через минуту перед ей выстроились две группы юношей.

– Выбирайте, госпожа. Слева семнадцатилетние, справа шестнадцатилетние, госпожа, – рыжий администратор широким жестом пригласил гостью выбрать себе «игрушку».

Она окинула взглядом восьмерку семнадцатилеток и указала пальцем на крайнего. Из тройки шестнадцатилеток молодая женщина выбрала самого крепкого.

Юный проводник отпер дверь в Ировую, вручил ключ и, пожелав приятной игры, собрался удалиться, но Эйлана велела ему войти в комнату вместе с остальными.

– Простите, госпожа, но я пока не гожусь для игры, – испуганно мявкнул мальчик.

– Сколько тебе лет? – холодно спросила Эйлана.

– Четырнадцать, госпожа, - пролепетал он, осторожно отступая, пока не уперся в грудь «семнашки».

– Ты совершеннолетний, значит, годишься, – припечатала майор.

Худенький шкет послушно вошел в Игровую, и Эйлана заперла дверь.

Что делать с таким обилием малолеток она заранее не решила и несколько растеряно оглядела своих избранников.

«Ну, допустим самого старшего можно и поиметь. Вон, какой здоровый, по виду ему и все двадцать дашь. С семнашкой, я потом определюсь, что сделать, а вот мелкого, пожалуй, просто потискаю», – подумала молодая женщина.

Игровая в этом борделе ничем не отличалась от таких же комнат в других заведениях подобного рода. Кровать с креплениями для фиксации, косой крест, столик с инструментами, кресло и душевая кабина – вот и вся обстановка.

– Подойди, – махнула Эйлана мелкому, садясь в кресло. Шкет приблизился и бухнулся на колени. – Зачем ты это сделал? Вставай немедленно.

Подняв паренька на ноги, она запустила ему руки под рубашку, погладила по торчащим лопаткам, пересчитала ребрышки, пощекотала живот и отпустила восвояси. Икая от смеха, шкет поблагодарил даму за ласку, поклонился и ушел. Возбуждать его молодая женщина даже не пыталась, сразу определив для себя, что это совсем ребенок.

Его товарищи по несчастью таких материнских чувств у майора Смитерс уже не вызывали. «Шестнашка», рослый парень смотрелся лет на восемнадцать, а «Семнашка» и того старше.

– Ты, сделай мне ланет, – Эйлана кивнула «Семнашке» и повернулась к «Шестнашке», – а ты – бери смазку и неси сюда.

Старший шкет нырнул под юбку и принялся за дело. Работал он очень старательно, но не слишком успешно. Во всяком случае, его потуги молодую женщину у не впечатлили. Его товарищ поставил на ближний к креслу край стола баночку лубриката и склонился в поклоне. Спустив с юноши штаны, Эйлана обмакнула пальцы в смазку и проникла в него. Несмотря на юный возраст, раб оказался хорошо растянут и очень отзывчив на ласку. Вводя пальцы в его нутро, девушка гладила торс и пощипывала соски. Быстрее, чем она рассчитывала, юнец попросил разрешения кончить. ЭЙлана милостиво позволила и после оргазма выставила «жертву» за дверь.

– Хватит мучиться, вылезай, – окликнула она оставшегося юношу, приподнимая подол. – Я уже поняла, что ты не умеешь ублажать женщин.

– Простите, госпожа, – раб выбрался из-под юбки и сел на колени, виновато потупившись.

– Для наложника ты не слишком умел, – заметила майор, смахивая с его плеча невидимую пылинку.

– Я не наложник, госпожа. Я профи, - буркнул он, не поднимая глаз.

– Вот как? Не знала, что таких юных профи отправляют в бордель. Что же ты натворил?

– Моей госпоже не понравилась клумба в саду, которую я разбил к ее дню рождения.

– Значит, ты садовник? – уточнила Эйлана.

Юноша кивнул.

– Ладно, раздевайся, и я в тебя поиграю. Надеюсь, стонать и выгибаться ты умеешь?

– Да, госпожа, – радостно ответил раб и, вскочив, принялся торопливо стаскивать с себя одежду.

Такого удовольствия он больше никогда не испытывал. Его гладили, пощипывали, ласково трогали за все места, и, наконец, уложив в кресло, мягко поимели в зад. Первый и последний раз в своей жизни он излился от голой женской ручки, ласкающей его стояк.