Следуя за матерью, Галиан шел по длинному коридору, на другом конце которого темнели очередные двери. При ближайшем рассмотрении стало ясно, что дверями их можно назвать лишь условно. Первое, что бросилось в глаза, это зубы. Крупные клыки, торчащие из приоткрытой пасти. Чуть позже мальвийцы разглядели увенчанную рогами крупную коническую голову владельца пасти, покоящуюся на свернутом в кольцо чешуйчатом хвосте. Все пространство от пола и потолка занимали крылья. Огромные, черные, перепончатые, они, казалось, трепетали на несуществующем ветру, вцепившись длинными когтями в примыкающие стены.

– Это дракон? – растеряно спросил юноша у шедшего рядом Кнута. – Дверь – дракон?

– Это последнее испытание, принц, – ответил за телохранителя Крин. – От того сможете ли вы открыть ее сами или попросите помощи, зависит ваша судьба и судьба принца Герхарда.

Королева неодобрительно посмотрела на гаронца, но переглянувшись с майором Смитерс, от замечаний воздержалась. Момент явно был не подходящий, чтобы призвать мужчину к порядку.

– Ты справишься, – ободряюще похлопал юношу по плечу Тибо. Наклонившись к уху Гали, он тихо добавил. – Хорошенько осмотри зверюгу и действуй. Я бы на твоем месте начал с клыков.

Юноша бросил робкий взгляд на главу службы безопасности, с невозмутимым лицом разглядывающую дракона и скрывающийся в вышине потолок, и шагнул к морде.

***

– Мой принц, мальвийцы уже на пороге зала дракона, – доложил Гунтер изнывающему от бездействия Герхарду. – Согласно рапорту майора Астера ваш жених сейчас пытается открыть последнюю дверь, и пока не слишком успешно.

– Не слишком успешно? Что ты имеешь в виду? – Гер схватил секретаря за грудки и встряхнул. Долгое ожидание и предсвадебное волнение сделали его нетерпеливым и вспыльчивым.

– Принц Галиан разбирается с пастью, мой господин, – прохрипел помощник, совершенно не сопротивляясь.

– Клыки? Он взялся за клыки? – Гер отпустил секретаря и в порыве чувств стукнул кулаком по стене. – Недоумок. В книге же дан явный намек на решение этой задачи. Я специально подчеркнул этот абзац, прежде чем передать книгу по брачным обычаям мальвийцам.

– У него есть еще время, мой принц, – постарался успокоить своего господина Гунтер. – Я уверен, что двери откроются вовремя.

***

Галиан протянул руку к правому клыку и замер, так и не донеся ее до цели. Что-то в этом было неправильное. Драконья башка лишь на расстоянии выглядела устрашающе, вблизи же все она представляла собой сложную систему переплетенных металлических прутов и проволочек, по некоторым из них пробегали красноватые огоньки. Это зрелище здорово напоминало картину из книги, по которой он учил брачные обычаи своей будущей родины. К сожалению, на этом месте юноша обычно засыпал, убаюканный сухим языком статей. Но иллюстрацию он запомнил хорошо. Похожая голова была изображена в разрезе с указанием ритуального назначения каждой из ее частей. В зависимости от проводимой церемонии, охраняющий зал торжеств «замок» запирался различными способами. Гали всмотрелся в бегающие огоньки, проследил алгоритм их передвижений и дернул дракона за правый рог. В "замке" что-то щелкнуло, но створка не открылась. Юноша не сомневался, что поступил правильно. Значит, дверь заперта не на один засов, а на несколько. Вот бы подсказку, на какую часть дракона воздействовать следующей...

За его спиной тихо переговаривались члены делегации. Кнут о чем-то спорил с гаронским майором, и, судя по усилившемся акценту гаронца, обычно едва заметному, страсти накалялись. Охранницы обсуждали настенную резьбу и расписные потолочные плафоны. Мать отдавала Тибо какие-то распоряжения. Мужчины шепотом делились впечатлениями о гвардии и едва слышно посмеивались. Только супруги Смитерс ничем не напоминали о себе, словно и не было их в этом коридоре.

Юноша вновь потянулся к клыкам, на этот раз к левому. Снова щелчок, но дверь – ни с места. Гали наклонился ниже и провел ногтем вдоль извилистой дорожки, по которой путешествовали огоньки. Это делу не слишком помогло. Светящаяся бороздка змеилась от левого рога через шипастый нос к правому клыку. Ее родная сестра спиралью огибала морду, щупальцами обнимая рога, клыки и стилизованные глаза дракона, пылавшие красным. Сколько еще запоров приготовил дракон дерзнувшему посостязаться в хитроумии, Гали не помнил. Гадать можно было до гибели вселенной, но вряд ли, Герхард согласился бы ждать жениха так долго. Следовало срочно что-то предпринять. Вот только что?

Легкое покалывание запястья известило юношу о пришедшем сообщении. Неужели любимый решил его поторопить? Это же против правил. Женихам запрещено общаться в день свадьбы до встречи у алтаря, чтобы это слово не означало для гаронцев. Галиан поставил руки над «замком», чтобы никто не увидел его действий, и, осторожно отдернув рукав, нажал прием. Конвертик озарил экран зеленым светом, в нижней ее части завертелись песочные часики, извещающей, что письмо самоуничтожится через 30…29… 28…27… секунд. Юноша нетерпеливо щелкнул пальцем «Открыть».

« Врата Дракона, церемония бракосочетания. Инструкция.

Правый рог, левый клык, правый глаз, левый рог, левый глаз, правый клык, и в пятак!», – гласила записка, явно написанная кем-то по памяти. Кем-то раздраженным задержкой, а потому окончившим сообщение непривычным для формальной инструкции экспрессией.

Галиан разумно рассудил, что терять ему особо уже нечего, кроме собственной шкуры, поэтому от помощи грех отказываться, и сделал так, как рекомендовало письмо. Послышался тихий рев голодного зверя, глаза вспыхнули зеленым, и створки растворились, открывая взору огромный зал, наполненный народом. Оставалось совсем немного до «жили долго и счастливо»: пройти по пурпурной ковровой дорожке до статуи Большого Дракона, подле которой его ждал жених в черном, и произнести ритуальные клятвы.

***

Рев дракона известил Герхарда, а заодно и гостей церемонии, об успешном открытии последней двери. Принц вышел из своего укрытия, облокотился о грудь «хранителя» и взглянул на медленно раскрывающиеся «крылья» – створки. Там, на другом конце зала стоял Галиан, в окружении соотечественников, такой прекрасный и недосягаемый… пока.

Оркестр грянул свадебный марш, мальвийский принц шагнул было через порог и … тут произошла заминка. По традиции жениха вела к алтарю мать или старшая женщина клана, так же как невесту сопровождал отец или глава семьи. Однако королева отчего-то не спешила начинать с сыном шествие. Она стояла в портале, красивая и величественная, и с явным интересом разглядывала убранство зала.

Пауза затягивалась. Еще несколько минут задержки, и вполне мог разразиться международный скандал. По залу распространился гул голосов, обсуждающих задержку гостей. Император уже приподнялся со своего места и недоуменно смотрел на мальвийцев, медленно закипая. Супруга и младший муж успокаивающе похлопывали по плечам не отличающегося долготерпением правителя. Музыканты продолжали играть, но несколько тише положенного, дабы с одной стороны соблюсти формальности, а с другой – не отвлекать собравшихся.

Проблема разрешилась также внезапно, как и возникла. Майор Смитерс небрежно подхватила Галиана под локоток и, слегка прихрамывая, двинулась по проходу, увлекая за собой делегацию. По дороге Эйлана продела руку в подставленный опомнившимся юношей «крендель», и к Дракону они подошли под ручку, как требовал обычай.

Поприветствовав Герхарда кивком, Смитерс отступила в сторону и заняла место справа от ритуального столика, возле гвардейца, охраняющего ларцы. Крэг и Кнут пристроились за ней. Королевская чета и свита устроились на предложенных гвардейцем креслах в первом ряду, рядом кланом, родственным семье императора. Крин и двое гвардейцев разместились напротив Эйланы слева от столика.

Принц Герхард прошествовал к жениху и встал справа от него. По знаку церемониймейстера охранники одновременно открыли ларцы. В первом ларце, стоящем перед гаронским принцем, на бархатной подушечке лежало сердце – хрустальное красное сердце – полный аналог человеческого в натуральную величину. Во втором – изящная подставка с кольцами.

Гер взял в руку сердце и протянул его жениху:

– Я прошу твоей руки, принц Галиан. Будь моим мужем. Клянусь любить тебя и заботиться о твоем благополучии до конца моих дней. Делить с тобой радости и горести. Хранить верность и воспитывать твоих детей, как своих собственных. Прими в дар мое сердце и мою любовь.

– Я с радостью принимаю твой дар, принц Герхард, – Галиан взял страшный подарок и прижал к губам, как рекомендовала статья в книге.

Прогулка с охранницей позволила на миг расслабиться. Страхи и сомнения оставили юношу, голова стала ясной, душа наполнялась верой в счастливое будущее. Крепкое пожатие женской ручки напоследок – прощальный знак с родины, обещание позаботиться о его безопасности или ободряющее похлопывание по плечу, дескать не падай духом, все будет хорошо? Гали хотелось верить, что Смитерс пожелала ему удачи.

Напрягая память, он сгреб с веточек кольца и продолжил ритуальную речь, предлагая гаронцу их на открытой ладони:

– Я счастлив назвать тебя супругом, принц Герхард. В подтверждение своих слов, я отдаю свою руку и эти кольца как знак моей любви.

Гер осторожно взял одно из колец, надел жениху на палец и поднес его руку к губам. Гали сделал тоже самое.

Церемониймейстер громко провозгласил:

– Великий дракон благословляет этот союз. Супруги, можете поцеловать друг друга.

Оркестр заиграл гимн Гарона, и к новобрачным начали подходить гости с поздравлениями.

***

Возвращение в резиденцию проходило в полной тишине. Крэг устало пялился в окно на изрядно опостылевший пейзаж. Кнут как обычно дремал в углу. Крин размышлял. Этим вечером заканчивалось его сотрудничество с четой Смитерс. Завтра делегация отбывала на Мальву, и майор вновь приступал к обязанностям заместителя командира гвардии. Как ни странно, он немного жалел, что это задание подошло к концу. Работать с Эйланой и Крэгом оказалось очень приятно. Леди с полуслова понимала гвардейского офицера. Ее светский тон и в тоже время меткие замечания по делу первое время здорово сбивали с толку Крина, привыкшего, что женщины совершенно не разбираются в вопросах охраны. Очаровательная внешность и профессионализм опытного телохранителя, удивительно сочетающиеся в молодой женщине, расположили к ней видавшего виды старого служаку.

Супруг составлял ей достойную пару: леди играла роль мозгового центра, а брюнет служил ей «кулаками». Гармоничный получился тандем. Будь его воля, майор Астер, не задумываясь, предложил бы этой чете должности в охране императора.

Мысль сделала вираж к последнему испытанию мальвийского принца, и Крин задал вслух вопрос, который мучил его с самой церемонии:

– Мистер Смитерс, это вы или ваша супруга помогли принцу Галиану победить «дракона»?

– Не понимаю, о чем ты говоришь, майор, – равнодушно протянул Крэг, лениво поворачиваясь к гаронцу. – Ни я, ни моя супруга не шептали Галиану на ухо правильных ответов на испытаниях. Тому есть множество свидетелей, и ты в том числе.

Крин замолчал, признавая правоту. Оставшуюся часть пути он дремал, прислонившись к мягкой обшивке корпуса.