Управляющий поклонился и оставил супругов наедине.
- Благодарю за оказанную милость, госпожа, - смиренно произнес муж. – Назвать наследницу именем ее отца – это очень большая милость. Я…
- Заткнись, Крэг. Я и без твоих напоминаний в курсе, что ты ее не заслужил. Имя я выбрала месяца четыре месяца назад. Менять его из-за ссоры с тобой не собираюсь, – девушка раздраженно прервала благодарности мужа. Помолчала и задала вопрос, который крутился у нее в голове уже больше недели. – Интересно, твоя мать была замужем, когда ты появился на свет? В том, что она была хорошей и достойной женщиной, я не сомневаюсь. Особенно, если судить по Синтии.
– Да, госпожа, – припомнил черничный здоровяк. – Моя мать даровала отцу статус мужа на моем десятом году жизни.
- Как давно ты видел своего отца? – небрежно спросила Эйлана, думая о своём.
- Когда меня отправили к главе Дома Вестберри, он был жив и держал гарем. Ему в тот момент было около сорока, – сообщил Крэг, упираясь ладонями в холодный пол. Без прямого приказа он не рискнул подниматься на ноги.
- Значит, твоя мать его любила и даже оформила брак. Очень странно. Потому, что вечером накануне моего переезда в лагерь ты вел себя как настоящий ублюдок. Даже Кнуту не пришло в голову так со мной обойтись. Хотя возможность у него была, – Эйлана положила заснувшую дочь на подушку, и, облокотившись на матрац, оглядела унижающегося мужа. - Знаешь, женщине в моем положении не просто затащить мужика весом за сотку на лавку. Хорошо, что ты напал на меня в "Игровой", а не в спальне. С помощью системы блоков я смогла выполнить задуманное.
Крэг мечтал провалиться сквозь землю от стыда за содеянное. Этот месяц без любимой мужчина клял себя последними словами. Ежедневно он молил Великую богиню убедить супругу дать ему шанс искупить вину. Невозможность не то что прикасаться, а даже увидеться с женой, сделали черничного брюнета идеальным. Он помирился с обитателями особняка, не лез в отношения Чарли и Макса, регулярно наведывался в храм и внимательно выслушивал Ликса, давая дельные советы. Каждый вечер он звонил в лагерь и расспрашивал Луи обо всем, что происходит с женой. Иногда управляющий позволял ему полюбоваться танцем хозяйки. Тогда Крэг, не отрываясь, смотрел, как она вальсирует в обнимку с Клифом, и умирал от зависти к хромому. Звонком Луи Великая Богиня даровала ему шанс объясниться с женой и попытаться помириться. Как же Крэг был счастлив, когда супруга позволила ему присутствовать при рождении дочери. Он был полностью согласен со всеми обвинениями любимой и готов понести любую ответственность за свои действия, лишь бы она не гнала его прочь.
- Госпожа…
- Эйлана. Мое имя - Эйлана, - девушка закуталась в плед и накрыла дочь. – Опыт показал, что ты в состоянии называть меня по имени, поэтому хватит унижаться. Встань, хочу увидеть твои наглые черные глаза. Мы наедине и можем беседовать, как обычные женатые люди. Давай, поговорим, как мы будем жить дальше.
Крэг поднялся, приблизился к изголовью и, убрав руки за спину, преданно посмотрел на жену.
- Вот так, лучше. Я много думала о причинах твоего нападения и пришла к неутешительному выводу, что сама частично виновата в твоем проступке, - призналась Эйлана, открываясь на подушки.
У мужа отвалилась челюсть. Он ждал проклятий, истерик, избиения. Даже приготовился принять смерть из рук любимой, но только не такого признания.
– Мне следовало послушаться Макса и вызвать парней из лагеря, чтобы тебя посадили на цепь в подвале, пока действие афродизиака не закончится. Я же самонадеянно сунулась в пасть тигра и чуть не пострадала. Да и Вилли подставила, - пояснила она и заботливо осведомилась. - Как он себя чувствует?
- У него зажило все через пару дней. Вилли простил меня. Хотя вернуться в мою комнату отказался. Сказал, что уже большой мальчик и хочет жить один, - Крэг прилагал усилия, чтобы не называть жену госпожой, но обратиться к ней по имени у него не хватало смелости.
- Я в курсе, мы с ним вчера разговаривали, – поделилась своей осведомленностью Эйлана. – Я также знаю, что ты со всеми помирился, и в особняке сейчас тишь да гладь. Какие у тебя планы на будущее?
- На все ваша воля, – смиренно склонил голову Крэг. – Я буду счастлив, если вы вернетесь в усадьбу.
- Моей спальне необходим ремонт. Я на днях отправляла Вилли свои пожелания на этот счёт, – сообщила супруга и, помолчав, добавила. – Хорошо бы заменить кровать на другую, большего размера.
– Все уже сделано. Ваша спальня отремонтирована и обставлена по вашему плану. Чарли с Максом вчера привезли детскую кроватку. Вилли и Стэн накупили кучу детских вещей по вашим заказам. Джо уже вторую неделю не вылезает из швейной мастерской и даже за едой читает статьи по пошиву детской одежды, – поделился новостями черничный брюнет и поднялся на любимую отчаянный взгляд. – Все готово к вашему возвращению.
- Я пробуду в лагере еще несколько дней, – неохотно сообщала Эйлана. – Ларс считает, что нам с Джиной пока рано выходить на улицу. Принеси мою одежду. Я хочу перебраться в свой кабинет. Там мне будет уютней, чем в медпункте.
- Если позволите, я могу отнести вас обеих туда на руках, - без особой надежды произнес Крэг, кладя вещи супруги на кровать.
- Еще один доброволец. Клиф предлагал отнести меня со схватками в медпункт. Ты рвешься доставить в мой кабинет. Я, знаешь ли, и сама ходить умею. Ты меня уже как-то подержал на ручках, больше не хочется, и долго еще не захочется, - Эйлана вылезла из постели на другую от мужа сторону комнаты и, повернувшись к нему спиной, сменила перепачканную кровью ночную сорочку на платье.
Крэг с силой сжал сцепленные руки за спиной, чтобы унять желание, вызванное видом обнаженного и такого желанного женского тела.
– Мог бы и отвернуться, пока я переодеваюсь. Твое возбуждение я отсюда ощущаю, –проворчала девушка, поправляя поясок платья. – Хотя облизывайся - не облизывайся, в ближайшие месяц-полтора от меня никому ничего не светит.
- Простите, - слово «госпожа» муж произнес про себя.
- Простите, - повторила девушка, повернувшись и встретившись глазами с его виноватым взглядом. – Ты, правда, веришь, что я могу простить тебя? Я говорю не о реакции голодного мужчины, соскучившегося по женской ласке, который увидел голую жену. Эту мелочь я прощаю тебе с легкостью. Я имею в виду причину моего переезда в лагерь. Ты бы простил такое Луи или Пирсу? Хотя, кого я спрашиваю? Обитатели особняка простили тебя, даже Макс, которого ты изнасиловал. Как я поняла, насилие в гареме – вещь обычная. Кроме того, я и сама как-то отымела тебя рукояткой плети без смазки, и с твоей стороны никаких жалоб и обид не последовало.
- Это правда. В гареме сильные всегда берут слабых, часто без их согласия. Такой порядок существует уже давно, и все к этому привыкли, но поднять руку на госпожу, это преступление, за которое полагается смерть. Я не прошу сохранить мне жизнь, госпожа, - брюнет не заметил, как произнес «госпожа» вслух. Ему было уже все равно, как называть жену, только бы его выслушали. - Я готов понести наказание за свои действия, но очень надеюсь, что моя богиня окажет мне милость напоследок.
- О какой милости ты просишь? - раздраженно уточнила супруга.
- Позвольте мне умереть у ваших ног, госпожа. Это все, о чем я мечтаю.
- Это все? Вот так просто? Убей меня, дорогая, потому, что я – ублюдок и насильник! - Эйлана достала из шкафа простыню и, спеленав дочь, взяла на руки. - Если бы я хотела твоей смерти, то придушила бы на месте, а не ждала до рождения дочери. Я дала тебе шанс исправить содеянное, и, по словам моего гарема, ты с этим отлично справился. Умереть легко, а вот жить с чувством вины очень сложно.
Она вышла из медпункта. Столпившиеся у двери рабы приняли позу покорности, приветствуя хозяйку и ее наследницу.
- Познакомьтесь, мальчики, Креджина Смитерс, ваша новая госпожа, - улыбнулась Эйлана и повернула девочку так, чтобы всем было видно ее лицо. Парни выпрямились на коленях и шепотом, чтобы не разбудить ребенка, поздравили меня с рождением дочери. – Клиф, Крэг ночует в лагере. Выдели ему сменную одежду и накорми.
- Будет исполнено, госпожа, - кивнул здоровяк и, смиренно потупившись, попросил. - Позвольте проводить вас до вашего кабинета, госпожа.
- Меня отнесет Луи, а ты позаботься о Крэге, – молвила она, вытирая краем пеленки губы маленькой Смитерс.
Управляющий встал, легко подхватил хозяйку с дочкой на руки, направился к лестнице на второй этаж. Он нес ее бережно и торжественно, как святыню, упиваясь редким шансом подержать в объятьях любимую госпожу. Прежде чем блондин свернул за угол, девушка успела заметить, как исказилось мукой лицо Крэга, вышедшего вслед за ней из медпункта..
- Смею я предложить госпоже мою кровать? – кротко спросил Луи, останавливаясь перед дверью своей спальни. – Она большая, и госпоже будет на ней удобнее, чем на диване.
- Это очень мило с твоей стороны, мой сладкий, уступить нам кровать, но мои вещи находятся в моем кабинете.
- Я принесу вам все необходимое, госпожа, только прикажите, - блондин умоляюще посмотрел на хозяйку.
Кровать у Луи, действительно, была гораздо больше, чем в жилых комнатах рабов. Эйлана сама ее выбирала, планируя в будущем объездить на ней своего сладкого широкоплечего блондина.
- Уговорил.
Луи опустил хозяйку на пороге комнаты.
Эйлана направилась в его ванную, бросив через плечо:
– Мне нужны женские гигиенические средства, сорочка с пеньюаром, детские подгузники, детская одежда и моя сумочка.
К ее возвращению в спальню все перечисленное лежало на застеленной свежим бельем кровати. Хозяин комнаты стоял у дверей, потупив взор. Девушка переодела Джину и положила в центр постели.
- Присмотри за своей госпожой, пока я принимаю душ, - взяв свои вещи, Эйлана ушла снова в ванную.
«Принц» занял пост у кровати и до самого возвращения хозяйки с умилением наблюдал, как спит юная наследница. Первая наследница Дома Смитерс.
После душа хозяйка отправила Луи за чаем с молоком, забралась в постель и почти сразу заснула. После заката ее разбудила голодная дочь.