Неожиданно звонить телефон. Серёга… Хм.

Друзья прямо как подснежники после зимы полезли. А кстати, дело-то реально ближе к весне!

— Привет, Глебыч, — близкий сердцу голос душу греет.

— Привет.

— Ну что, мы победили болезнь, готовы к встрече! Как раз хотели сегодня пригласить тебя погулять с нами.

— Да ну, зачем. Я буду мешать в вашей семье, — словно напросился в прошлый раз.

— Не будешь, не переживай. У нас сегодня праздник, отдали моим родителям детей, устраиваем вечеринку! Ты приглашён! Мальчишки, девчонки, как в прошлые времена.

— Не уверен, что хочу… — без Вики теперь никуда не хочу. Мне теперь эти вечеринки поперёк глотки встанут.

— Не придумывай! Собирайся! Мы, конечно, как раньше загулы устраивать не будем, но посидим, уверен, неплохо. У нас будет только вечер с бутылочкой, двумя вина, но, тем не менее, хоть что-то!

— На безрыбье и рак рыба? — хихикаю, подкалывая друга.

— А то! Когда заведёшь детей, поймёшь, что будешь довольствоваться и малым, — знаю, что он не обижается.

— Звучит устрашающе, — смеюсь.

— Нет, на самом деле шучу. Тяжело только пока совсем маленькие. Потом нормалёк. Дети — это большое счастье. Ладно, хватит лирики. У нас не так уж много времени. Подъезжай, как раз познакомим тебя с классной девчонкой.

— Э-э-э. Погоди, не надо девушки! — хочу сказать, что не надо никого мне сватать, но Серёга кладёт трубку.

«Не зови никого для меня. Я с вами на пару часов и поеду по делам.» — отправляю смс.

Соглашаюсь приехать, потому что теперь неудобно отказать другу, я ведь сам упрекал его, что мы редко видимся теперь.

Набираю Вике, хочу пригласить поехать со мной, но, трубку она не берёт.

По дороге заскакиваю в магазин, набираю кучу всякой вкуснятины.

— Привет.

Настрой на позитив, даже несмотря на отвратное настроение.

Обнимаемся с Сергеем, я очень доволен этой встречей.

Словно возвращение в прошлое, в мои девятнадцать, двадцать с хвостиком лет, где нет проблем, претензий к миру и окружающим тебя людей. Где всё просто и понятно, где ты просто получаешь удовольствие от жизни.

— Познакомься, это Светлана, — с порога вещает мне друг, подмигивая, намекая, что девушка приглашена специально для меня.

Та улыбается и протягивает руку, кокетливо произнося своё имя.

— Светлана…

— Очень приятно, Глеб, — равнодушно пожимаю плечами.

— Мне тоже очень приятно, — а она, наоборот, с интересом.

— Серёг, я же просил никого не звать, — тихо говорю другу.

— Извини, брат. Жена попросила пригласить кого-то холостого для Светланы.

Всё после этих слов становится ясно как дважды два. Меня позвали чисто для галочки — чтобы подружка жены не скучала в их компании.

До чего я докатился… Раньше сам выбирал, с кем проводить время, а теперь вот я сопровождающий для чужого вечера.

Обстановка вроде бы непринуждённая. Сидим, пьём вино, с Серёгой периодически вспоминаем какие-то дурацкие истории из прошлого, девчонки смеются. Всё как обычно. Только я не здесь.

Каждые десять минут выскальзываю в коридор, набираю Вику.

Эта мелкая зараза снова не берёт трубку. Уже представить могу, как она сидит где-то, ухмыляется и специально игнорирует мои звонки.

Ну хоть бы один раз ответила…

Нервничаю!

А здесь ещё Светлана — подруга жены Серёги начинает проявлять ко мне слишком много внимания. То губы демонстративно облизнёт, то смеётся чересчур громко на мои плоские шутки, то небрежно касается руки.

И каждый раз меня от этого передёргивает.

Но когда она вдруг кладёт ладонь мне на колено, я аж вздрагиваю, будто меня током ударило.

Что за реакция? Словно я неопытный пацан, который ни разу не сталкивался с женскими намёками. Или, ещё смешнее, — будто я сорокалетний девственник, который бережёт себя для единственной.

Хотя… если честно, так оно и есть. Потому что в моей голове «пояс верности» застёгнут намертво. И ключ от него у единственной ледышки по имени Виктория.

Ох, Вика… Выворачиваешь мне душу наизнанку, зазноба проклятая…

Раньше бы я даже не задумываясь сыграл в игру, когда двое флиртуют друг с другом. Может, даже закрутил бы с этой дамочкой что-нибудь на одну ночь, просто чтобы развлечься.

Но сейчас… Светлана смотрит на меня таким многозначительным взглядом, что теряюсь, понимая её намёки.

Ну не изнасилует же она меня, в конце концов?

«Глеб, ты ли это?»

— Телефончик оставить?

— Думаю, что не нужно.

— А я всё-таки оставлю. И твой запишу. Слушаю, — готова записывать.

Грубым быть совершенно не хочется, поэтому говорю ей свой номер телефона.

Делаю вид, что отвлекаюсь на какую-то фигню, и будто бы забываю записать её. Надеюсь, сама она мне набирать не будет.

Возвращаюсь домой, ворочаюсь с кровати и понимаю, что кроме Вики мне никто не нужен.

А раньше собирал трофеи, прыгая из одной койки в другую.

Только сейчас хочу, чтобы в моей постели была только одна…

«Привет. Чем занимаешься?» — пишу СМС в надежде завязать разговор.

Трубку не берёт, сообщениями буду добивать.

«Привет», — неожиданно отвечает.

Бинго! Ну же, поболтай со мной. Жду, но больше ничего не отвечает.

«И это всё? Ты обычно более многословна».

«Ты меня с кем-то путаешь».

«Тебя я точно не спутаю ни с кем».

Опять молчит, ничего не пишет. А я бешусь. Ну же, Вика, пойди со мной на контакт, я в этом так нуждаюсь.

«Можно, я позвоню?» — с надеждой на то, что скажет «да» спрашиваю.

«Нет, не надо».

«А что так? Занята? Так поздно?».

«Да, занята!».

И почему-то в этот момент мне становится страшно от мысли: а вдруг она с мужчиной?

«Ты не одна?» — даже не стесняюсь спросить.

«Да».

И тут я уже соскакиваю с постели, ошарашенный тем, что Вика мне написала.

Она не одна… Скорее всего, именно поэтому она так жалела о той ночи, которая произошла в Минске.

Как сумасшедший натягиваю джинсы, футболку, куртку, прыгаю машину и мчусь к ней.

Пусть я увижу это глазами, пусть наконец-то пойму, что она в прошлом, что Вика чужая, и больше никогда не будет моей.

Отчётливо понимаю — мы поменялись местами!

Звоню в дверь, уже хочу долбить ногами, когда она открывает и набрасывается на меня как ураган.

— Какого лешего ты так звонишь!

— Впусти! — как разгневанный муж с подозрениями в измене жены требую от неё.

— Зачем? — запахивает распахнувшийся халатик.

Зрением хватаю грудь в комбинации, и мне кажется, что я готов сейчас прямо здесь разложить её в подъезде.

— Ты не одна?

— Я же сказала, не одна.

— Ты что, не могла сказать раньше?

— О чём?

— О том, что у тебя кто-то есть. За прошлое мне мстишь? Играешь? — бешусь.

— Ты дурак? — и совершенно искренне удивляется.

— Да, стал дураком! Идиотом! Ревнивцем! Как угодно!

— Хватит орать!

Неожиданно слышу детский плач в квартире. Теряюсь.

— Кто там? — перехожу на шёпот. — Вика, у тебя разве есть ребёнок?

— Блин, зараза, всё-таки разбудил! — топает ножкой Вика и скрывается в квартире.

Я влетаю за ней, повезло, дверь не захлопнулась.

Она бежит в комнату, замечаю, как на её кровати сидит какая-то маленькая девочка и очень громко плачет.

Сколько ей лет? Года два?

— Кто это?

— Это моя крестница. Ну тише, тише, милая. Это хороший дядя, — смотрит на меня зло, делая акцент на слове «хороший», — он не испугает тебя. — Пытается успокоить девочку.

— Ну ты же сказала, что ты не одна.

— Так я и есть не одна, придурок!

— А как она здесь оказалась?

— Моя подруга ушла со своим мужем на свидание. Я отпустила их на три часа. Тётя Зина, её мама заболела и не смогла взять девочку. Вот меня и попросили. Она всё время с ребёнком, он всё время на работе. Это был единственный вечер, когда они могли погулять вместе. Ты всё испортил. Я только-только уложила Полинку спать и написала своим друзьям, чтобы они сильно не торопились возвращаться и всё нормально. Они так радовались, а ты опять всё испортил! Девочка впервые оторвана от матери, сейчас опять будет рыдать. И как мне её теперь успокаивать?

Вижу, у самой Вики глаза на мокром месте.

Начинаю осматриваться по сторонам, пытаюсь придумать, на что можно отвлечь ребёнка.

— Ничего себе, — искусственно ахаю, — Полина, посмотри какая штучка! — показываю пальцем, обращая внимание ребёнка на гирлянду, которая, скорее всего, осталась после Нового года. — Мигом включай фонарики, — тихо говорю Вике.

Она быстро соображает и несётся включать.

Полинка смотрит как заворожённая, не отрывая взгляд от мигающих огоньков.

— Ах, ничего себе, как здорово, правда, Полина?

Девочка кивает, успокаивается.

Я вспоминаю все свои способности, которые были у меня, и как в данный момент могут мне пригодиться.

— А хочешь, я нарисую тебе зайчика с бо-о-льши-и-ими ушками?

Кивает.

— Пойдёшь ко мне на ручки? — улыбаясь во все тридцать три зуба протягивая руки.

Сомневается, но идёт.

Я с огромным удовольствием беру этого ребёнка на руки и вдруг ловлю себя на мысли, что мне очень приятно видеть и Вику с малышкой на руках.

Весь вечер мы развлекаем её, и кажется, что меня даже не тяготит эта девочка. Я даже не пытаюсь побыстрее убежать.

Полина оказалась совершенно спокойной, её нужно было просто отвлечь от того испуга, который она получила в результате моего неожиданного визита.

Чуть позже за девочкой приехали родители, и тогда я почувствовал себя некомфортно.

Этой подругой, о которой говорила Вика, оказалась Ксения. Я видел её пару раз, когда приезжал за Викой пять лет назад.

По её лицу понял: её очень удивило моё присутствие здесь. Она ведь всё знала: и о том, как я расстался с Викой, и о том, как она меня проклинала все эти годы.

— Спасибо тебе. Я не имею опыта с детьми. Боюсь их, — признаётся.

— Я уже догадался.

— Я просто не смогла отказать подруге, — словно оправдывается.

— Ты не любишь детей, Вика? — спрашиваю в лоб.

— Глеб, поезжай домой, — не отвечает на вопрос.

— Прости меня, я ворвался так внезапно. Но, когда ты мне сказала, что ты не одна…

— А чтобы изменило для тебя, если бы я была с мужчиной?

— Многое.

— Глеб, хватит играть со мной. Перестань. Я не смогу второй раз пережить то, что ты сделал со мной тогда.

— Вика, ну почему ты так болезненно относилась к нашему расставанию? Со всякими бывает. И меня бросали.

— Да неужели? — улыбается, а потом снова становится грустной. — Пожалуйста, не надо начинать эту тему. Особенно в ночь. Я сейчас буду волноваться, не смогу спать. А мне завтра на работу на двенадцать часов. Пожалуйста, уходи.

Не хочу спорить, она сейчас не расположена к диалогу.

Я мы продолжим разговор на эту тему. Пусть не сейчас, позднее. Я подожду, потому что я терпеливый.