Летать на вертолете мне ранее как-то не доводилось. Впечатления оказались бы восторженными, и я, наверное, смог бы даже прильнуть к иллюминатору и с удовольствием полюбоваться видом, если бы кто-нибудь компетентный сказал мне, что за бортом раскинулось необычное северное сияние. В обычной ситуации это стоило бы того, чтобы насладиться полетом. Но лесные эльфы расставили все точки над «i» с самого начала и никакого наслаждения я, естественно, не испытывал.

Мы с ветерком долетели до Минска. На взлетно-посадочной полосе аэропорта нас уже ждал частный реактивный джет. Оказывается, когда наступает тотальный глобальный коллапс, у государства моментально находятся средства и возможности даже на то, чтобы доставить провинциального коронера частным бортом.

— А это не опасно? — спросил я, глядя на зализанный корпус самолета, готового к взлету. Вертолет — еще куда ни шло, он не так высоко поднимался над землей, а вот лезть в стратосферу, когда небо выглядит, прямо говоря, не самым приветливым, казалось откровенным самоубийством.

— Ну он же как-то сюда добрался, — ответила Шая безмятежно, направляясь к трапу. — Пойдем, через час будем уже в Москве.

— Час? — я поднял брови, следуя за ней. — Он что, со скоростью звука летает?

— Почти, — она ухмыльнулась уголком губ.

Мы поднялись на борт и заняли места в комфортабельных кожаных креслах. Двери задраили, и самолет, заревев турбинами, начал разбег. Ускорение вдавило меня в спинку, и спустя пару минут мы уже набирали высоту.

Оставшись в салоне вдвоем, мы предсказуемо вернулись к обсуждению произошедшего. Больше говорить было не о чем.

Шая рассказала, что во время нашего возвращения на базу она успела выйти на связь со столицей по защищенному каналу. Естественно, эльфийка не стала скрывать от начальства факт того, что радикалы приплели к происходящему какую-то свою древнюю байку. Утаивать такие детали от первых лиц Империи было бы глупостью, граничащей с должностным преступлением.

— Я только не стала вдаваться в детали насчет… ну, ты понял, — сказала она, посмотрев мне в глаза, чтобы убедиться, что я уловил мысль.

Конечно же я понял. Речь шла о словах плененного Сундраила про «чужую суть», которая придет за братом. Озвучить это Белозерову или Игнатиусу означало бы выдать им прямую наводку на мое переселение души. Я кивнул, показывая, что ценю ее молчание.

По словам Шаи, нас уже ждали. Как только шасси коснутся бетона в аэропорту, нас сразу же пересадят в подготовленные машины и повезут прямиком к Императору и его ближайшим сановникам.

Дальше мы принялись препарировать сам текст древнего предания. Я откинул спинку кресла, уставившись в потолок салона, и начал раскладывать услышанное на составляющие.

— Смотри, — начал рассуждать я вслух. — Если проанализировать суть их текста, то получается весьма специфичная картина. «Воздух сделается густ, словно дым, и трава перестанет питать волов и овец». Это похоже на описание климатических изменений или изменения состава атмосферы. Но дальше идет самое важное: «вековая тоска», одичалые существа, которые будут бродить под небом в поисках утраченного.

Я посмотрел на эльфийку.

— Кажется, это не конец света в привычном нам понимании. Не будет никаких взрывов, метеоритных дождей или глобальных пожаров, которые сотрут все живое в пепел. Скорее всего… будет что-то связанное с…

Я не договорил.

Самолет резко трухнуло. Тряска оказалась настолько сильной, что я инстинктивно вцепился пальцами в подлокотники кресла, фиксируя тело. За окном мелькнули огни посадочной полосы, и шасси с глухим ударом коснулись покрытия. Не самая мягкая посадочка, но уж лучше такая, нежели размазаться по взлетно-посадочной полосе тонким слоем.

Стоило нам спуститься по ступеням трапа на асфальт, как нас моментально встретили люди в черных строгих костюмах. Никаких лишних слов, никаких проверок документов. Они плотным кольцом сопроводили нас до ожидавшего неподалеку бронированного кортежа. Я сел на заднее сиденье черного внедорожника, Шая устроилась рядом, и машины тут же сорвались с места.

Мы выехали черт знает куда. Времени ориентироваться по улицам не оставалось, да и окна машины были наглухо затонированы. Я не мог толком понять местность, но абсолютно точно заметил момент, когда кортеж свернул с асфальтированной дороги и заехал в какой-то колоссальных размеров промышленный ангар. Машины остановились, ворота за нами сомкнулись.

А затем пол ангара дрогнул и начал опускаться. Мы находились на гигантской платформе, которая, как на лифте, увозила автомобили глубоко вниз, от чего уши заложило из-за перепада давления.

Когда мы наконец вышли из автомобилей, обстановка вокруг поразила. Под землей все выглядело почти как в обычном административном здании: ровные коридоры, яркое светодиодное освещение, окрашенные светлой краской стены, двери кабинетов. Если не брать в расчет тот факт, что мы точно находились на глубине нескольких десятков метров под толщей земли и бетона, можно было подумать, что мы приехали в обычное министерство.

Люди в черном проводили нас по коридорам и открыли двери в просторную переговорную. Внутри нас уже ждали. За длинным столом сидели Император Федор II, глава СБРИ Белозеров, министр внутренних дел Шувалов и архиепископ Игнатиус.

Прямо напротив стола висел огромный плазменный экран, который в реальном времени вел трансляцию с наружных камер, показывая то, во что превратилось небо над Москвой.

Мы с Шаей прошли к столу и заняли свободные места.

— Итак, — начал Император, сцепив руки в замок и глядя на меня. — Что за ересь там случилась?

Я не стал тратить время на лирику и пересказал события сухо и по фактам. Я доложил, что мы сработали отлично, провели группу к точке обмена, но оказались в полной ловушке. Эльфы действительно хотели нас обмануть и планировали расстрелять отряд из засады на деревьях. Я пояснил, что взял командира радикалов в заложники, потребовал снять с брата мешок. Дмитрий, увидев меня, вместо нормального приветствия внезапно начал плакать и умолять о прощении. А затем случилось то, что случилось. Грянул гром, небо стало меняться, радикалы в панике побросали позиции и скрылись. Один захваченный нами эльф начал бормотать про их древнее писание-пророчество, в котором упоминались похожие события, после чего зачитал нам какую-то околесицу, из которой ни черта неясно.

— Можно ее услышать? — поинтересовался архиепископ Игнатиус, подавшись вперед.

Я кивнул Шае. Эльфийка воспроизвела текст предания по памяти, разумеется, благоразумно опустив часть с упоминанием «чужой сути».

Архиепископ Игнатиус задумчиво погладил подбородок с седой эспаньолкой, анализируя услышанные строки.

— Шарады это точно то, что нам сейчас нужно, — буркнул Белозеров, скрестив руки на груди и я, честно говоря, был с ним жуть как согласен.

Шувалов, который все это время усердно протирал линзы своих очков, водрузил их обратно на нос и нахмурился. Он посмотрел мимо нас, переведя взгляд на плазменную панель.

— Смотрите, — сказал глава МВД, указав рукой на монитор.

Все присутствующие синхронно повернулись в сторону экрана.

— О, Мировая Энергия… — выдохнул архиепископ.

Я смотрел на экран и чувствовал, как кровь отливала от моего лица.

Пожалуйста, прошу. Нет, умоляю, девчонки, находитесь в доме. Прошу вас всеми возможными высшими силами, которые существуют и не существуют, будьте в доме…

* * *

— С ним до сих пор нет связи, — раздраженно выдохнула Алиса, в очередной раз выбирая номер Громова для набора из списка контактов.

Лидия сидела в соседнем плетеном кресле, держа бокал с белым вином за тонкую ножку. Она наблюдала за тщетными попытками подруги установить контакт с человек, находящимся за тысячи километров от крымского побережья где-то в глухом лесу.

— Положи телефон, Алиса, — произнесла Лидия. — Он скорее всего в дороге где-то посреди поля, где сотовых вышек в помине не было. Ты получишь уведомление как только он прорвется. Тем более, что мы не знаем как эти атмосферные явления влияют на сигнал и маршрутизацию пакетов данных.

Алиса неохотно опустила аппарат на колени и скривилась, глянув на небо.

Небосвод над Феодосией действительно выглядел пугающе и совершенно аномально для текущего времени суток. Вместо привычных сумерек над морем и городом раскинулась иссиня-черная ночь.

В социальных сетях и на информационных порталах, пока глобальная сеть еще функционировала, творился черт знает что. Пользователи публиковали миллионы сообщений, состоящих из домыслов, панических настроений и попыток представителей научного сообщества дать происходящему хоть какое-то рациональное объяснение. Астрономы отрицали метеоритную угрозу, а метеорологи не могли связать визуальные эффекты с известными атмосферными процессами.

— Да про это вообще мало кто что внятного пишет, — отозвалась Алиса, переведя взгляд на застывший экран. — Некоторые на форумах говорят, что нас вообще ждет конец света и пора спускаться в подвалы. Но как по мне, выглядит красиво. Нагнетают правда эти красные всполохи, но в целом картина завораживает.

Высоко в стратосфере действительно периодически вспыхивали беззвучные багровые зарницы, озаряя двор особняка и кромку спокойного моря тревожным свечением. Впрочем, никакого физического урона они не наносили.

— Ага, убийственная красота, — скептически согласилась Лидия, делая небольшой глоток вина и опуская бокал на столешницу. — Тебе еще принести? Бутылка на кухне осталась.

— Не откажусь, — ответила рыжая, поплотнее запахивая вязаный кардиган. — Но, наверное, давай все же будем в дом собираться. Сегодня хоть и тепло было весь день на удивление, но что-то холодает к вечеру. Вон как с моря потянуло сквозняком.

Температура окружающего воздуха действительно начала ощутимо падать. Ветерок, который днем приносил тепло, теперь заставлял плотнее запахивать одежду.

Лидия поднялась с кресла, забрала свой недопитый бокал, направляясь внутрь особняка через открытую дверь.

Оставшись одна, Алиса снова подняла телефон, на котором панель уведомлений оставалась неизменной.

Динамик выдал три коротких сигнала. Пип. Пип. Пип. Абонент временно недоступен.

Она опустила аппарат на стекло столика и снова запрокинула голову, недовольно ворча и прикрыв глаза.

Бам.

Алиса нахмурилась, распахнув веки.

Странный хлопок, напоминавший лопнувшую покрышку, раздался где-то вверху.

Девушка подняла голову и увидела, как один из увеличивающихся объектов в вышине просто рассыпался на крошку.

Объект не выдал огненного шара и не породил разрушительной ударной волны, способной выбить стекла в домах. Сфера попросту лопнула, моментально распавшись на мириады мельчайших светящихся частиц. Вслед за первым взрывом раздался второй, затем третий. Цепная реакция прокатилась по небу над побережьем, превращая пугающие небесные тела в россыпи падающего пепла.

— Ну вот, а вы боялись, — произнесла Алиса, глядя на то, как аномалии взрываются в верхних слоях атмосферы и превращаются в мерцающую пыль.

Никакой катастрофы. Конец света откладывался, ведь никаких падений раскаленных метеоритов на города или огненного дождя, уничтожающего целые континенты, как предрекали диванные аналитики в комментариях под новостными сводками, явно не случилось.

Мелкая звездная пыль начала медленно оседать на землю; песчинки сверкали, отражая свет периодических красных вспышек в небе и, плавно кружась в воздухе, опускались на черепичную крышу особняка, на листья деревьев в саду и на плетеную мебель террасы. Зрелище завораживало своей неестественностью, напоминая первый снегопад в начале декабря.

И Алисе внезапно захотелось спать. Так сильно, что она до неприличия громко зевнула. Мышцы рук обмякли, голова показалась неподъемной, словно она несколько дней не спала и вот наконец-то нашла место, где можно передохнуть.

Наверное, во всем виновато вино, пронеслась в сознании вялая мысль. Алкоголь на свежем воздухе после переизбытка эмоций, длительной поездки из столицы и нервного истощения часто дает подобный эффект. Ничего же не случится, если она сейчас прикроет один глаз, правда? Всего на минуту, пока Лидия пошла за бутылкой на кухню. Не будет же ничего страшн…

Мысль так и осталась незаконченной. Мышцы шеи окончательно расслабились, перестав удерживать череп. Подбородок опустился на грудь, а веки сомкнулись. Бокал с остатками вина, который она все еще удерживала в пальцах, выскользнул из рук и упал на пожухлую траву у основания кресла, глухо звякнув.

— Алиса! — воскликнула Лидия, увидев обмякшую в кресле подругу, выходя из дома.

Она резко подалась вперед, бутылка выскользнула из руки, рухнув прямо на серые ступени, разлетевшись на сотни зеленых осколков, но Морозова даже не посмотрела под ноги. Она в несколько быстрых шагов преодолела расстояние до кресла.

— Алиса, что с тобой⁈ — Лидия упала рядом с подругой на колени, не обращая внимания на испорченную ткань брюк. — Алиса! Алиса, очнись! — Лидия повысила голос, встряхнув ее еще раз за отвороты кардигана, но результат оставался нулевым.

Лидия потянулась к лежащему на коленях у Алисы телефону, схватила аппарат и нажала кнопку разблокировки, чтобы вызвать скорую…

…но картинка перед глазами поплыла.

Дисплей телефона стал напоминать светящееся пятно без контуров, будто Лидия выпила не пару бокалов, а целую бутылку.

— Что… происходит? — произнесла девушка, с трудом ворочая пересохшим языком.

Она ощутила, как пальцы самовольно разжимаются, смартфон выскользнул из руки и упал на бетонную плиту рядом с бокалом Алисы.

Но Лидия этого уже не видела, растянувшись на коленях у подруги в сладком сне.

Над двором особняка, искрясь в багровых зарницах небесной аномалии, продолжала бесшумно кружиться и опускаться светящаяся звездная пыль, укрывая фигуры спящих девушек едва заметным покрывалом, будто заботясь, чтобы они не простыли.