Джентльмен в чёрном, изящно поднявшийся мне навстречу, опершись на трость, из кресла для посетителей в моей личной дворцовой приемной не выглядел тем, с кем можно было бы просто разделаться.

Он даже выглядел как чел с которым хрен разделаешься. Выглядел он… Ну как господарь Владислав Цепеш, перебравшийся через океан, где подмял под себя этническую организованную преступность, набравшись от них любви к однотонным костюмам-тройкам. А на закате карьеры ещё и перебрался к Людям в Чёрном.

Трудная мишень.

И глядя на эту его трость с огромным алым рубином вместо набалдашника трудно было отделаться от понимания, подсказываемого знакомством с одним любимым аксессуаром Иоланты, что у него там обоюдоострое лезвие наверняка спрятано.

— Чем обязан? — холодно поинтересовался я.

Глаза у него совершенно чёрные на белом лице. Друзья с такими лицами у меня не ходят.

— Мне довелось узнать о вашем появлении здесь, — произнес джентльмен в черном. — Не мог упустить случая приветствовать вас первым, принц-кавалергард.

Правда, что ли? А откуда ты обо мне узнал так оперативненько? Это вроде недоступная массово информация?

— Кажется, нас не представили? — произнес я.

— Друзья зовут меня просто Ян, — с любезным поклоном сообщил джентльмен в чёрном.

Ян? Где-то я это имя уже слышал. Причем совсем недавно.

— А по отчине? — прищурился я.

— Граф Хольмдом, — ответил он с усмешкой. — Господин Асториазиса.

Твою мать. Вот это встреча, подумалось мне. И это наверняка отразилось у меня на лице.

— Похоже, вы слышали обо мне, — усмехнулся Хольмдом.

— Только хорошее, — усмехнулся я, мгновенно взяв себя в руки.

Незачем ему знать, что я на самом деле о нем знаю.

— Да что вы говорите? — откровенно не поверил гость. — Не то, чтобы я вам не верю. Но при Дворе так много злопыхателей, готовых ославить тебя по малейшему поводу. Не стоит верить всему, что обо мне говорят.

Понятно теперь, почему его зовут «чёрным» — за любовь к монохромным костюмам. Да-да, и только поэтому.

— Все врут? — приподнял я недоверчивую бровь.

— Практически все, — подтвердил граф Хольмдом. — Никому нельзя верить. Мне — можно.

Да не уж-то? Ну просто офигеть теперь.

— Поскольку мы с вами некоторым образом коллеги, я посчитал полезным приветствовать вас первым, — душераздирающе улыбнулся мне граф Хольмдом. — На моей, так сказать, территории. Вы же давно не бывали при Дворе?

У него и зубы оказывается чернёные. На фоне выкрашенного свинцовыми белилами лица, выглядело так словно все зубы у него выбиты к черту.

Вот же козел накрашенный, на что он намекает, хотел бы я знать?

— Каждый раз, как впервые, так вроде бы говорят, — оскалился я своим образцовым сияющим белой эмалью оскалом.

Улыбайся шире, советовала как-то мне моя бабуля. У тебя отличные зубы. Это всех бесит.

— Может, присядем? — улыбнулся мне Черный Граф.

— Будьте моим гостем, — бросил я, усаживаясь и показывая на кресло напротив себя. — Значит, кроме вас о моем появлении во Внутренних Покоях ещё никто не знает?

Ну, кроме императора. Наверное.

— Новости быстро разносятся, — улыбнулся своим типа выбитым ртом Чёрный Граф. — Ждите скорого парада посетителей. Все просто бросятся на новое лицо.

— Ну, это я переживу, — усмехнулся я.

Давай, не томи, переходи к сути своего поспешного визита.

— Я был крайне воодушевлен вашим весьма впечатляющим проявлением в сотне кавалергардов, — заметил Черный Граф. — Такого я ещё не видел. Вы — великолепное приобретение для любой партии.

— То ли еще будет, — усмехнулся я. — Но приобретать тут я намереваюсь сам.

— Амбициозно, — одобрительно отозвался Черный Граф. — Я слышал, вы намерены утвердить свой новый великокняжеский титул?

Ух ты, надо же. Хотя, это вроде секрет.

— Кроме всего прочего, — пожал я плечами. — И за неимением лучшего — такова воля Вседворянского собора.

— А что же ещё? — удивился граф.

Вот ты любопытный, недаром у тебя зубы крашеные. Наверное, потому что все в щербинах от ударов кулаками…

— Двор посмотрим, себя покажем, — пожал я плечами. — Заведем полезные знакомства. Развлечемся немного.

— Встретитесь с императором, — добавил в тон граф.

— Это если его Величеству будет так благоугодно, — холодно отозвался я.

Вот это точно не твоё собачье дело, носферату ряженый. И обсуждать мои дела с Императором с тобой я не стану.

— О, это только между вами и сюзереном, — взмахнул рукой догадливый граф Хольмдом. — И совершенно меня не касается.

Вот и молодец, вот и не забывай об этом.

— Я надеялся помочь вам войти в общество, сделать первые шаги по этому скользкому паркету, — улыбнулся граф. — Поскольку в некотором роде ощущаю ответственность за судьбу членов моих сотен. Присматриваю за перспективными молодыми людьми, знаете ли.

Вы только посмотрите, какой меценат, Иоланты на тебя нет.

— Не стоит беспокойства, — отмахнулся я, закинув ногу на ногу. — Я среди них долго не задержусь.

— Амбициозно… — повторил граф, задумчиво складывая бледные руки на алом гранате своей трости. — Рассчитываете на поддержку нашего старшего коллеги? Получили протекцию от Лорда-Протектора?

Тебе-то какое дело, что и от кого я получил?

А ему ответил:

— Чувствую в себе знаете ли, серьезный карьерный потенциал.

— Не только Лорд-Протектор обладает значительными ресурсами, — заметил Черный Граф. — Вы вполне можете рассчитывать на поддержку и от других групп влияния при Дворе.

Ага. Вот мы наконец и перешли к сути этой встречи.

— Я бы хотел рассчитывать, — бросил я. — Но пока не имею представления, что это за группы такие, и стоят ли оно вообще моего внимания. У них много дивизий?

— Беспокоитесь о своем военном потенциале? — улыбнулся граф. — Если так пойдет дальше, вскоре о нем начнет беспокоиться уже сам Император.

А ты ему, конечно, первый и подскажешь. И, конечно, не забудешь окрасить картину в правильные параноидальные оттенки.

— Я верный солдат Империи, — ответил я, пожимая плечами.

Чёрный Граф усмехнулся мне в ответ, в том смысле, что «конечно-конечно, а кто из нас здесь не такой?» Здесь все верные, а как же иначе? Других у нас не держат.

— Что ж, — я решил подвести итог нашей познавательной приватной беседы, а то я уже задолбался покер-фейс держать, да и жрать уже захотелось. — Я благодарен вам граф, за теплое приветствие и своевременное введение в курс здешних дел. Я готов встретится с теми, с кем вы хотите меня познакомить. Но сначала, пожалуй, я предстану перед императором.

Граф Хольмдом, понимающе покивал, поднялся и откланялся. Чувствует собака, что перешел границы моего терпения.

Но на прощание сказал, бросил так сказать камень:

— При Дворе император и только император решает, кто предстанет перед ним и в какой срок. Он очень занятой человек, даже для вашего нынешнего статуса. Но есть способы повлиять на эти его решения, если, конечно, у вас есть надежные друзья во Внутренних Покоях. Я мог бы быть вам таким другом. Не забывайте об этом.

И удалился во тьму коридора, чёрное на чёрном. Труффальдино закрыл за ним створки дверей.

Вот и поговорили.

Вот же фрукт. Не откажу ему в наглости. И дерзости. Он силен, конечно, но и я не мало стою.

За всю беседу этот персонаж не сказал мне и пары правдивых слов.

И всю эту беседу он явно пытался прощупать мой энергетический потенциал. Скорее всего именно для этого он лично и явился. Понять мой вес, что за мной стоит, определить масштабы проблемы.

Полагаю, он немного понял. Закрываться от Голоса Вселенной я умею, не студент уже как бы давно. Но первая встреча с противником состоялась.

Я вернулся к моей команде на низком старте ожидавшей исхода нашей беседы.

— Кто это был? — спросила Даша.

— Граф Хольмдом, — ответил я. — Да, тот самый, да, лично. Нанес визит вежливости.

— Ну, и как он? — поинтересовался Вова.

— Очень опасен, — задумчиво отозвался я. — Вова, не вздумай с ним сцепиться. Он тебя сжует и кости выплюнет.

— Ой, да ладно! — каким-то подозрительно знакомым тоном отозвался Вова.

Меня копирует, что ли, стервец?

— И что теперь? — спросила Даша.

— А теперь мы будем отдыхать с дороги, — ответил я. — Труффальдино организуй нам чего пожрать в номер.

— Пять минут, Ваше Высочество, — поклонился Труффальдино.

— А потом нам нужно встретится с церемониймейстером Двора, — проговорил я. — И как можно быстрее. Это сейчас важнее всего остального. Я знаю, где он обитал раньше. Найдем, даже если он переехал. И возьмите с собой гравитележку подарков, что побольше. Она нам вся пригодится.

И вот после плотного перекуса, мы шагали по стрельчатым коридорам Дворца, толкая перед собой заветную тележку с подношениями. Ну, то есть мы шли, а Труффальдино толкал.

Я твердо намерен завершить первый день во Дворце серьезным прорывом.

Церемониймейстер Двора, самая важная фигура в нашем пути к аудиенции с Императором. Именно он решает, когда мы предстанем перед сюзереном, где и в каком виде. И важно задобрить его первыми. Засыпать подарками по уши, если понадобиться. Без санкции церемониймейстера мы далеко не продвинемся.

И, главное, набраться железобетонного непоколебимого пофигизма. С церемониймейстером никогда просто не было.

Но вестимо я не нашел церемониймейстера на старом месте. В этих покоях уже явно давно никто не жил.

— Так, — произнес я задумчиво. — Хреново. И где же он?

— Обитавший в этих покоях придворный удалился от дел уже около сорока лет назад, — любезно сообщил мне Труффальдино.

Ого. Долго протянул, если подумать-то. Он уже в мои времена был весьма немолод, полторы сотни лет.

— И кто теперь за него? — прищурившись спросил я.

— Ее Высочество принцесс-квестор Анастасия Кудь-Сверчкова, виконтесса, занимает эту должность последние двадцать лет. Её приемная недалеко отсюда.

— Так чего ж ты молчал? — возмутился я. — Веди!

Ну, он и повел. И очень скоро мы были на месте. Типовая дворцовая анфилада на двадцать комнат. Чувствуйте себя как дома, гости дорогие. Двери в приемную кстати ровно такие же, как в мою, со скромным платиновым имперским трехглавым драконом в затейливой резьбе, чтобы никто из придворных не забывал, что он, все-таки, у Императора в гостях.

Значит, цельная принцесс-квестор тут обитает. Третья сотня в Системе Наследования. Ну, крепись Саша, сейчас начнется.

Труффальдино ненавязчиво, но замысловато выстучал манипулятором по дверям затейливую дробь.

— Кого там принесло? — грубо рявкнула в ответ эта самая дверь. Я аж вздрогнул от неожиданности.

— Его Высочество кавалергард Леонов-Иванов, желает нанести везит Её Высочеству принцесс-квестору Анастасии Кудь-Сверчковой, церемониймейстеру Двора! — вышколенно отбарабанил Труффальдино.

— Тут мы все высочества! — выплюнула дверь. — Завтра! Все завтра! Достали!

Я уже упоминал что с церемониймейстерами никогда легко не было? Ну вот, повторяю. И, конечно, я был готов что легко не будет. Только поэтому не выбил дверь смирив волну накатившего гнева. От мертвого церемониймейстера нам толку никакого, и никак труп церемониймейстера сам процесс принятия императорского решения нам не ускорит. Сначала расследование, потому назначение нового церемониймейстера, одно за другое, мы так год тут бесполезно просидим. А новому церемониймейстеру от вседозволенности в его узкой сфере, точно также в течении часа крышу сорвет, и что тогда делать? Тоже убивать? Убивали тут уже одни такие.

Насилие нам тут никак не поможет. Тут убеждать надо. Убеждать! Лесть и подкуп! Наглый подкуп и грубая лесть.

— Ну раз так, давай Труффальдино, впрягайся в тележку, повезем подарки обратно, — махнул я рукой. — Только зря столько тащили.

— Чего-чего вы там притащили? — ошарашено отозвалась дверь. — Подарки? Ага, я сейчас!

— Вот так бы сразу, — тихо усмехнулся я.

Дверь была отперта в кратчайшие сроки. Женщина выдающихся размеров, туго обтянутая придворным платьем, едва не обрушилась на нас из распахнувшихся створок.

— А вот и я, — довольно сообщила она нам. — Звиняйте, что сразу не открываю. Тут псих один у меня под дверью постоянно ошивается, задрал уже.

Какой слог, а? Какой слог!

— Нет, тут таких нет, — ответил я. — Мы бы заметили.

— Ну, ладно. Так, чего у вас тут? — поинтересовалась виконтесса.

— Труффальдино, — я широко улыбнувшись оценил её высокий штиль и подал знак выкатить тележку с дарами вперед. — Представь виконтессе наши дары.

Кажется, мы сильно превзошли сложившиеся при Дворе стандарты подкупа должностных лиц.

— Хм, это все мне? — явно ошалев от неожиданности, виконтесса озирала гору даров.

У-у-у! Да у нас тяжелый случай подарочной зависимости! Кто бы мог подумать. Ну, ладно, это ещё не самый тяжелый вариант. Если подумать, это даже удачно мы сюда зашли.

Запустив руки по локоть в кучу, виконтесса немедленно начала инвентаризацию представленного добра.

— А неплохо! — заключила она. — Весьма неплохо! А чего пришли?

— Мы-то? — уточнил я, просто, на всякий случай.

— Ну, а кто ещё? — нахмурилась виконтесса

— Ну, как чего, — героическим усилием сумел я сохранить чувство юмора. — Есть дело.

— Я не ем никаких дел! — виконтесса помотала головой. — Я тут совсем по другой части.

Каламбурим понемногу, значит. Ну, ладно.

— Мне нужно встретиться с императором, — усмехнулся я.

— А он вас звал? — ехидно заметила виконтесса.

— Ещё как, — в тон ухмыльнулся я.

— А он сам-то об этом знает?

Ого! Нам явно не верят. Это больно задевает моё железобетонное самолюбие!

— Децимус, личный серв-представитель императора с Первопрестольной передал мне послание прибыть ко Двору как можно скорее, — пожал я плечами. — Для аудиенции. Очевидно, император немного в курсе.

— Децимус, значит… — пробормотала виконтесса. — Да, это всё меняет. Тут просто от провинциальных выскочек не протолкнутся, нужно знать с кем дело имершь.

А потом до неё дошло:

— А, так вы тот самый⁈ — она ткнула в меня огромным пальцем. — Герой, повеса и наглец?

Даша за моей спиной прыснула. А я так даже немного удивился такому набору эпитетов.

— Ну, описание, пожалуй, в некоторых чертах совпадает, — осторожно произнес я. — Герой, да. Не стану отрицать очевидного!

— Ха! — воскликнула виконтесса! — Так мы вас тут давно уже ждем!

Она несмотря на свои габариты двигалась легко, как белая акула в воде. Обогнула меня по кругу, прикидывая на глаз некие параметры и габариты.

— Ну ладно, ладно, это мы, пожалуй, перенесем, — пробормотала виконтесса под нос. — Это мы сможем пережить. Кое-что поправим и сможем пережить…

Она посмотрела на моих спутников:

— А это кто? Свита?

— Ага, — осторожно отозвался я. — Она.

Вову виктонеса окатила моих спутников взглядом, полным хорошо различимой жалости:

— Ну, бывало и хуже.

Задрала голову оценив рост едва не подпирающего потолки Макса.

— А вот этого можно немного укоротить? — уточнила виконтесса. — Я не уверена в достаточной высоте некоторых дверей. Нельзя? Какая жалость. Нарушает пропорции, нарушает… Ну, ладно, переживем.

Она резко обренулась к Даше:

— А это у нас кто? Телохранительница? Наложница? Секретарша?

— Жена, — ответил я, чем заслужил благодарный взгляд Даши.

— Так, а с этим посложнее будет, — задумчиво потерла могучий подбородок виконтесса. — Но тоже что-нибудь придумаем. Ой, милочка, а что это на вас такое интересненькое надето? Гербы модного дома эрцгерцогини Иоланты? Но я в курсе всех её последних работ, и такого что-то не припомню. Неужели лимитированный эксклюзивчик?

— Так это он и есть, — улыбнулась Даша. — Последняя коллекция, еще не представленная. Прямо с примерки.

— Офигеть! — потрясенно воскликнула виконтесса. — Вот это поворот! Все же от зависти сразу подохнут! Милочка, вы появитесь в свете в этом и только в этом!

Но тут их милое воркование прервали самым грубым образом.

— А это ещё тут кто, черт подери! — услышал я за спиной бешеный рев. — Какого черта вы сюда приперлись, заразы? Я тут первый был!

Вот блин. Кажется мы все-таки нарвались на неприятности.

Здоровенный мужик в придворном камзоле мчался на нас по коридору диким несокрушимым кабаном с явным намерением мокрого места от нас не оставить.

Ну, понеслось.