* * *

Глава 19.

Опять важные встречи!

— Да, Даниил Милославович, с юным князем не соскучишься. Но, с другой стороны, и хорошо, что он у нас появился! И новую одежду у нас начали шить, скоро получим и эти странные сумки и тележки на колёсиках, не говоря уже о футболе и других играх. Значит, его легиону нужны винтовки и мастера по разным ухваткам?

— Так точно, Ваше Превосходительство.! Князь хочет устроить небольшой парад. Одежду ему уже шьют, и каски будут, и жилеты, ещё и разгрузки, но винтовок у него лишь десяток.

— Да, интересную он амуницию придумал, но нужную! И его, надо же, будут делать у нас! Всё для пользы нашего города! Ладно, Даниил Милославович, получи винтовки и отвези мальчику. Главное, оформи всё как положено. А хорошие у тебя, майор, «Воспоминания ветерана» получились! Умеет мальчик сочинять! Знаешь, Даниил Милославович, Мы рапорт напишем. Хоть и позже, надо наградить тебя! Ты и сам, и его отец достойно воевали!

— Э, премного благодарен, Ваше Превосходительство, что столь высоко оценили! Рад стараться! Что делать, молоды были. Хоть и страшно было, держались. Сколько смогли.

— Достойно воевали, Даниил Милославович! Да, и мальчик весь в отца! Надо же, он ещё и странные «Наставления по самбо» написал. Жаль, но придётся открывать дело. Ну, пусть в столице разбираются. И, да, придётся отправить унтера Сорокина и ефрейтора Дьяченко вместе с легионом. Пусть посмотрят, что и как. А потом и наверх можно будет доложить, что и мы помогли легиону, чем смогли.

— Да, Ваше Превосходительство, это разумно. И ещё и нам бы эти защитные жилеты и каски? Личный состав хорошо оберегать будут. Они и не такие дорогие.

— Хорошо, Даниил Милославович. Да, попроси у князя. Мы ему винтовок и патронов побольше, а он нам эти жилеты и каски. А то бумаг много оформить надо, а так, просто взаимная помощь. Ладно, иди. Тебе он не откажет. Теперь ты для него свой. Хороший мальчик! Хорошо, что он к нам в Одессу прибыл!

* * *

После полудня я, на удивление, остался почти один. Со мной остались лишь Шура с Дашей. Правда, ко мне время от времени заглядывали Борис Николов, хотя, вместе с Росицей, как оказалось, двоюродной сестрой, и Мефодий Климов, и все трое вооружённые, ещё и винтовками. Ну, да, караул. Они уже более-менее поправились и могли ходить. А остальные бойцы, что являлись дееспособными, отправились на стрельбы. Заодно и в море искупаются. Тётя Юлия и та захотела пострелять. Ну, мы тут подобрали для неё «охотничью», а так, защитную пятнистую форму, и она стала выглядеть как один из бойцов легиона. Ещё и винтовку дали. Чтобы привыкла.

А пока мне никто не мешал, поэтому я опять занялся писаниной. Надо было срочно продолжить «Наставления по самбо». Чем больше напишу и нарисую, то больше материала для учёбы будет.

Но ближе к вечеру пришлось надолго прерваться. Оказалось, что нежданно приехал Даниил Милославович, и вместе с Василием Семёновичем. И они, под охраной десятка полицейских, привезли на десятке подвод винтовки разных типов, и даже под сотню штук! И полсотни револьверов. И там два десятка оказались «Смит энд Вессон», что и у нас. Оказалось, что разный конфискат, и вполне в рабочем состоянии. И важный гость ещё привёз много патронов и на винтовки, и револьверы — штук по двести на ствол!

Правда, тут майор попросил у меня, ну, как бы в обмен, те же защитные жилеты и каски. Раз они пока не были приняты на вооружение, так и у департамента полиции не имелось на них денег, то в ближайшее время их поступление туда не ожидалось. А Даниил Милославович и другие чины полиции их уже оценили. Да, они, само собой, больше жилеты, могут сохранить жизни полицейских. Как ни крути, служба у них являлась опасной. А пример легиона оказался заразительным. Раз он решил воевать в них, значит, дело стоящее. Ну, да, мы уже заслужили должную репутацию.

— Князь Борис, Ваша жалоба принята. Будет открыто дело. Да, пока трудно сказать, как повернётся дело, но у кого-то в столице хлопот прибавится! — злорадно сказал майор. Ну, да, столичных и здесь не любили, тем более, жандармов. — И ещё легиону придаются унтер Сорокин и ефрейторы Дьяченко. Если честно, князь, лучше мастеров и не найти. Вы не против? Всё-таки они от нас!

Да мне без разницы, что они от них! Да хоть откуда! Главное, что дело знают! На самом деле хорошие мастера.

— Нет, что Вы, Даниил Милославович! Мы же одно дело делаем, защищаем наше Отечество! Правда, легион потом будет служить своей Болгарии, но сейчас нам всё-таки надо подготовить его бойцов получше. Чтобы сильнее били османов. А что касается жилетов и касок, то я не против. — Да, служивые тоже должны быть достойно защищены! Хоть как, и они на службе государству. — Скажу Абраму Самуиловичу, чтобы выделили Вам сотню штук, и всё за мой счёт. Но сверх, извините уж, за деньги.

Тут майор лишь довольно крякнул.

— Пока достаточно, князь Борис. Если начальство решит, то прикупят. Тем более, их же будут выпускать и у нас, в Одессе.

— Да, Даниил Милославович. И я сразу же рекомендую Вам велосипеды. Не сразу, но позже и в Одессе будет открыта фабрика по их производству. Я не против, и тётя Арина, думаю, не откажется. И разрешение на их производство дадим, и насчёт станков поможем, и что и как, подскажем. Мы с тётей Ариной и тётей Юлией настроены на долгое сотрудничество с Одессой.

С помощью казаков и ездовых, и части ходячих раненых, что покрепче, мы перетащили оружие к себе. Хотя, и сами полицейские помогли. Ну, всем, кто помогал, я тут же выдал по рублю. Что делать, приходится тратиться. Вообще-то, всё с кассы легиона. Но сейчас у меня и личных денег не имелось. Всё работал, как там, да, по бартеру! И с Абрамом Самуиловичем, и Иосифом Яковлевичем, а теперь и с полицией. Нет, с Даниилом Милославовичем акт мы подписали. Хоть и несовершеннолетний, в данном случае я являлся тут старшим начальником. А Драго, оставшийся на дежурстве, всё принял. Так что, один важный вопрос был решён.

А так, отпустив полицейских, мы с майором, унтером и Драго сели пить чай и трапезничать, заодно я стал кратко записывать воспоминания Даниила Милославовича. Вторая часть получается. Но надо! Это память, и она бесценна. Тем более, мои дети должны знать, что у них и дед был героем! И прабабушка являлась достойной женщиной. Вообще, они оставили достойное наследство!

— Хорошие воспоминания, князь Борис, получились. Красиво написали. Умеете Вы сочинять.

— Один список, Даниил Милославович, я отошлю тёте Арине. И она отдаст их на печать. Напечатаем для всей нашей родни. Чтобы знали. И Вам вышлем. Тоже на память будет. И в газеты отдадим. Думаю, что теперь уж точно примут.

Моё заявление майора явно обрадовало. Ну, да, если выпустят книгу, то она навечно останется в архивах. Само собой, имена Даниила Милославовича и моего отца сохранятся и в истории.

Чуть позже и бойцы легиона вернулись со стрельбища. Тут нам уже пришлось прерваться. И, главное, тётя Юлия была страшно довольна. Оказалось, и она являлась неплохим стрелком!

— Вот, Даниил Милославович, Вы не поверите, но я смогла попасть с триста шагов в центр круга тремя пулями из пяти!

— Ну, Юлия Петровна, Вы сейчас тоже боец Седьмого легиона и должны соответствовать! — пошутил майор. — И остальные бойцы пусть знают, что и такие прелестные женщины, как Вы, показываете хорошую выучку. Пусть берут пример с Вас!

Тепло попрощавшись с майором, мы с тётей Юлией ненадолго уединились. Так-то, нам было что обсудить.

— Я, Борис, ещё постреляла с револьвера, и тоже неплохо. А уж твои помощники и помощницы только так попадали в цель. Ну, про Демьяна с Николаем я молчу. Но и Амина, и Асия, хотя, и Радка с Элицей оказались хорошими стрелками. Да, и Бьянка. Она стреляла, если честно, и получше Демьяна! А так, среди тех, что отправится в Систово, два десятка стрелков будет. И ведь все такие молодые!

Да, тётя жалела бойцов, но что делать?

— Должен сказать, тётя Юлия, что усилия нашей Российской империи в Болгарии могут оказаться напрасными. Мы, само собой, победим османов, но дело в том, что позже западные державы легко перекупят верхушку болгар, и Болгария может превратиться даже в нашего противника. Через некоторое время, скорее всего, явно так и окажется. Пока, да, неизвестно, кого прочат в правители Болгарии, но он, скорее всего, будет выбран из родственников императорской семьи, но принцев Германской империи, и наверняка будет назначен по согласованию с другими державами. Значит, будет не совсем пророссийским, скорее, германским.

Ну, тут память Бурлака не даст соврать. От всяких немцев, пусть даже родни императорской семьи, а потом уже чисто германцев и австрийцев, ничего хорошего ждать не приходится!

Тут тётя Юлия просто тяжко вздохнула:

— Мы, Борис, тут не в состоянии ни на что повлиять.

Конечно, не в состоянии. Я и не собирался.

— Само собой, тётя Юлия. Мне дела Болгарии и сейчас не так интересны, и не собираюсь помогать ей и позже. Вы же знаете, что я и так прослыл противником помощи разным мелким лимитрофам. Разве что немного поддержу тех людей, с кем имел дело. Наверное, бойцов легиона, и то лишь в личных делах? Я стремился в Плевну потому, что имел некоторые сведения, но больше понял, что события там могут оказать большое влияние на ход войны. Мне хотелось помочь Ивану Фёдоровичу и сохранить ему жизнь. И я сделал всё, что было в моих силах. А то, если бы османы смогли занять Плевну, он там мог и погибнуть. А так, уже они умылись кровью!

Ну, Бурлак имел сведения, что полковник Тутолминов всё же не погибнет в этой войне. Но под Плевной могло лечь множество русских солдат. Да, и сейчас погибнут, но явно чуть меньше. И ещё больше могли погибнуть от болезней, в том числе и сама тётя Юлия.

Тут тётя Юлия просто прижала меня к себе. Как мать.

— Ты, Борис, сделал всё, что смог. И сейчас мы, как сможем, поможем легиону. Нам с тобой не под силу повлиять на то, что далее будет, но в Болгарии могут и должны остаться люди, которые потом будут вспоминать нас с добром. И мы постараемся!

А далее тётя Юлия стала собираться на музыкальный вечер к Маршакам. После стрельбища ей захотелось развеяться. Хотя, на этот раз она решила взять с собой Амину и Элицу, ещё Шуру и Дашу, так и четвёрку легионеров во главе с Асеном. Парни и десятник уже почти поправились. Они там вряд ли будут музицировать, но им тоже можно и надо развеяться. Пусть посмотрят на русских людей, ну, частично и не совсем, так и себя покажут.

Чуть позже компания тёти Юлии ушла. А я остался и вместе со своими помощниками и помощницами стал писать продолжение к «Наставлениям по самбо». И не просто так. Они ещё стали учить и разные ухватки. Мы провозились почти до отхода ко сну. Само собой, остальные легионеры постарались нам не мешать.

* * *

Очередное утро оказалось плотно занято делами. На этот раз к нам, и прямо с утра, явились важные люди. Да, Абрам Самуилович с парой приказчиков, и сам Григорий Фёдорович Рафалович, даже с четверкой помощников. И один из них, молодой мужчина лет тридцати, оказался, надо же, самим Сергеем Юльевичем Витте! А так, да, и дочка торговца Лариса, ровесница Сары, и вместе с ней, на пляже «Ланжерон» угощала нас с Демьяном и Николаем пирожками. Само собой, прибыли Аркадий и Антоний, последний тоже привёл с собой пару помощников. А с нашей стороны гостей встретили, помимо меня и тёти Юлии, Коста и Василий Семёнович. И я ещё позвал Драго и Асена. Они, раз всё это затрагивает и легион, тоже должны быть в курсе дел. Ну, ещё для развития, можно сказать, своего кругозора. Вдруг новые игры понравятся и болгарам?

После торжественной встречи мы, по русскому обычаю, сели чаёвничать. Хотя, почти сразу же начали и разговор.

— Князь Борис, мы с Абрамом Самуиловичем даже и думать не могли, что один странный мальчик, появившийся в Одессе и его доме полтора месяца назад, может сильно повлиять на нашу жизнь. — Первым начал обсуждение Григорий Фёдорович. Но я и так знал, что Абрам Самуилович занимает у него подчинённое положение. — Но, тем не менее, это так. Нам думалось, что Вы просто музыкально одарённый молодой человек, но, оказалось, что Ваши интересы шире. И теперь Ваша деятельность затронула и меня. И я рад, что нам выпала честь воплощать в жизнь Ваши изобретения и задумки. Насчёт тенниса сразу же могу сказать, что технические вопросы решены, необходимый инвентарь создан, конечно, и для настольного тенниса. Так что, Юлия Петровна, чуть позже и сюда привезут пару столов и нужный инвентарь, и можно провести пробные игры. Создание Общества в Одессе я возьму на себя, а Вам придётся заняться этим в Санкт-Петербурге.

Да, нам с тётей Юлией осталось лишь поблагодарить торговца. Ну, в столице тётя развернётся так, что мало не покажется!

— Что касается сумок и тележек, князь Борис, мы уже создали пробные образцы на большинство видов. Удачные получились. В эти же дни подадим прошения на привилегии. Скоро предоставим их вам на подпись. Заодно мы, вместе с Аркадием Николовичем и Антонием Христовичем, разработали необходимый инвентарь на волейбол и баскетбол. Ну, защитные жилеты, каски и разную одежду вы уже видели. Прошения на привилегии на них тоже подготовлены. Иосиф Яковлевич придёт вместе. Заодно подадим прошения на привилегии на сами игры и необходимый инвентарь. Ещё напишем и прошения на имя градоначальника и городского главы разрешить создать новые Общества. В общем, пока так.

Тут я просто сказал:

— Да, Григорий Фёдорович, Абрам Самуилович, вы все вместе проделали громадную работу! Что же, трудно сказать, что получится, но в историю вы уже вошли. Я всего лишь простой мальчик, но, пожалуйста, примите от меня благодарность. И ещё скажу, что и вся наша Российская империя всегда будет помнить вас!

Тут все гости тут же поклонились мне, ну, так, слегка.

— Князь Борис, без Вас ничего бы не было! — сказал Григорий Фёдорович. — Странно, но это так. И мы удивлены, что Вы ещё успели и повоевать, и сейчас много делаете для Вашего Седьмого легиона. Мы видим, что идёт полноценная подготовка пополнения. Не всякий офицер смог бы так поставить службу, но у Вас это получается.

Я, конечно, смутился, но всё же решил возразить:

— Э, Григорий Фёдорович, конечно, спасибо за добрые слова, но, что делать, легиону надо помочь. И, да, Абрам Самуилович, именно Ваша помощь тут неоценима. Так что, спасибо Вам, и всем тоже.

Тут и Абрам Самуилович включился в разговор:

— И ещё, князь Борис, вчера я получил второе письмо от своего приказчика Якова Моисеевича Шмулинского. Он уже всё согласовал с Вашей тётей Ариной Васильевной и подписал от моего имени все нужные бумаги. У него доверенность от меня. Ваша тётя уже создала две футбольные команды — «Зенит» и «Киреш». И они третьего числа провели и первую игру, правда, просто в поле. Со счётом 8:5 выиграл «Зенит». Так как пока не приготовлены вся амуниция и инвентарь, то вторая игра ненадолго была отложена. Может, она уже и состоялась? И Ваша тётя знает, что Вы ранены и находитесь на лечении в Одессе. Ей об этом сообщили, оказывается, из германского посольства. Она передала Якову Моисеевичу и письмо для Вас. Вот, возмите!

И торговец передал мне не очень толстый конверт. У меня сразу же сильно потеплело в душе и полегчало на сердце.

— Арина Васильевна сказала Якову Моисеевичу, что и сама напишет. Наверное, пока ещё не дошло? Мой приказчик написал, что Арина Васильевна и Ваша сестра Александра сильно беспокоятся за Вас. И он в восхищении от них. Написал, что таких замечательных и красивых женщин редко можно встретить. Ещё и умеющих вести дела. Полковник Тутолминов воюет, Вы воюете, а они содержат и дом, и ведут в полном порядке и успешно все ваши дела!

Ну, рассказ торговца в какой-то степени можно было принять и как упрёк в адрес мужчин нашей семьи, но, что делать, всегда так было. Мужчины служили и воевали, а женщины содержали дом и растили детей, и у них всё неплохо получалось.

— Спасибо, Абрам Самуилович! Что же, друзья, я вижу, что дела у нас идут, в принципе, терпимо. Извините, конечно, что пришлось, в первую очередь, заниматься делами легиона, но, сами понимаете, это тоже важно. Но вы и сами справляетесь. Если какие подсказки или помощь нужна, я сделаю. Пока время имеется.

Конечно, сделаю. Только, хоть и раненный, но дел так много, что у меня у здорового столько не было!