Глава 14.
Каждому своё…
Вечером мои помощницы вывели меня погулять. Конечно, гулял я сам, а они за мной присматривали. И казаки, ещё пара ходячих легионеров, сторожили улицу. Ну, у нас тут теперь госпиталь, чужим нечего делать. Мы сейчас и принимали у себя лишь тех, кто нам нужен. А то шума много будет и мешать станут. В общем, как всегда.
Перед сном я немного порисовал. Всё-таки мне хотелось, чтобы от наших легионеров остались хотя бы рисунки с их ликами. Вот и успел нарисовать шесть штук. И ещё занялся, конечно, тоже по памяти, черно-белыми портретами Божены и Деницы. Это уже меня помощницы попросили. Чтобы постоянно иметь при себе. Мало ли что? Мы немного засиделись, но работал я быстро, и портрет Божены успел закончить. Да, она получилась сказочной. Ну, не зря же в песне в последних строчках поётся о звезде. Вот она и вышла сказочной звёздочкой, с ликом девушки, уплывающей вдаль.
— Князь Борис, Божене бы понравилось. А можно и Деницу, а потом и нас такими нарисовать? (болг. — Князь Борис, Божене бы понравилось. А можно и Деницу, а потом и нас такими нарисовать?)
— Э, Амина, Радка, вы же живые? Потом, мы уже не поедем воевать. Чуть позже я приказ напишу, что вы будете прикреплены ко мне постоянными помощницами и выпишу из легиона. И мы поедем в столицу. Вы и сами знаете, что Великий князь Николай Николаевич приказал мне отправиться домой. У меня там много дел, и не менее важных. И вы там мне нужны. Потому что я вам доверяю.
— Знаем, князь Борис (болг. — Знаем, князь Борис), — сказала Амина. — Мы рады, что Вы решили нас взять с собой. И мы Вас не подведём! (болг. — Мы рады, что Вы решили нас взять с собой. И мы Вас не подведём!)
— Хорошо, девушки! — пообещал я. — Я нарисую вас и так, и в новом, кубическом, стиле. Дома у нас увидите. Хоть и странно будет выглядеть, вам понравится.
А потом я лёг спать. Хоть и хотелось, но компании тёти Юлии не дождался. Сон свалил. Но позже ненадолго проснулся и увидел тётю, поправляющую на мне одеяло.
— Спи, Борис, — сказала она. — Всё хорошо.
И я тут же спокойно заснул.
Утро примерно повторилось — так же, как в другие дни, меня сытно накормили, полечили и вывели ненадолго гулять. Заодно вся компания тёти Юли стала наперебой рассказывать нам всем, как они отдохнули на футболе. И было весьма интересно слушать.
Оказалось, что Абрам Самуилович устроил им всем небольшую торжественную встречу. Сначала он толкнул речь:
— Друзья, позвольте представить вам одних из первых игроков команды «Привоз» Демьяна Дубова и Николая Колычёва! Сейчас они являются личными помощниками князя Бориса Куракина и воинами Седьмого легиона, сопровождают князя и воинов легиона, раненных под Плевной и прибывших к нам в Одессу на лечение. Вместе с ними на игру прибыли другие воины легиона Асия Левскина и Радка Ботева. Они все четверо достойно защищали Плевну!
И тут случилось неожиданное — все собравшиеся на пляже, хотя, временной футбольной площадке, уже довольно неплохо оборудованной, дружно закричали «Ура! Слава воинам легиона!».
Далее Абрам Самуилович представил уже тётю Юлию:
— Друзья, и баронесса Юлия Петровна Вревская прибыла к нам из Систово! Это она вместе со своими помощницами привезла к нам раненных бойцов Седьмого легиона. А сейчас мне хочется попросить баронессу спеть одну красивую песню, «Романс о гусарах», недавно написанную князем Борисом.
Мы с Абрамом Самуиловичем ещё в июне обсуждали и насчёт таких выступлений. Я сам говорил ему, что можно перед началом матча и во время перерыва показать публике какие-нибудь танцы или исполнить песни. Так ведь и интерес к игре будет подогрет, так и выступающим будем неплохая реклама. И, оказалось, что и на других играх всегда выступали члены Одесского музыкального Общества, куда входило и «Общество любителей музыки князя Куракина». М-да, не ожидал⁈ Хотя, было приятно. И как раз под игру на гитаре Самуила и ещё троих гитаристов оттуда тётя Юлия и спела «Романс гусара». И спела очень трогательно! Когда она исполняла последний куплет, публика на стадионе как бы замерла:
— В одной невероятной скачке
Вы прожили свой краткий век…
И ваши кудри, ваши бачки,
И ваши кудри, ваши бачки,
Засыпал снег…
А потом все собравшиеся дружно закричали «Браво!», «Браво!», «Браво!». И это было настоящим успехом.
Далее Абрам Самуилович предоставил Демьяну с Николаем и право сделать первый символический удар по мячу. Так-то, и сама игра между «Балкой» и «Дюком», пусть и новыми командами, прошла на высоком уровне. Самой тёте Юлии и её компании она понравилась. А что они вернулись домой поздновато, так у них состоялась встреча с футболистами и разными поклонниками, конечно, футболистов. Там, правда, больше собрались их родные и знакомые, но и других любителей футбола хватало. Конечно, Демьяну с Николаем, так и тёте Юлии и девушкам пришлось рассказать, как там было в Болгарии и Плевне. Да, люди сильно интересовались положением дел на фронте и в Действующей армии, и поголовно сочувствовали болгарам. И новости об удержании Плевны их порадовали. Хотя, всё и так знали, что положение наших войск под городом было прочно. Правда, там шли ожесточённые бои под Ловчей и к западу от Плевны, под Дальним Дубняком. Явно наше командование стремились окружить осман на холмах южнее Плевны. Хоть там и можно было создать укрепления, но всё же не на долгое время. И у осман там и запасов не имелось.
Судя по оживлённым разговорам меж казаков, которые часто обсуждали дела на фронте, сейчас ожесточённые бои, к сожалению, развернулись и на перевалах через Балканские горы. Да, под той самой же Шипкой и соседней, Хаинкиойским. Сулейман-паша смог выдвинуть против русских войск достаточные силы, но таким уж перевесом он не обладал. Хоть как, бои под Плевной забирали русские резервы. Но особо больших потерь уже не было.
Вот под Рущуком и Шумлой было по-прежнему глухо. Ну, там наши войска как бы и не имели превосходства над османами. Дай бог, чтобы они сумели удержать занятые позиции.
Так что, вместе с рассказом о вчерашней футбольной игре, тётя Юлия и казаки, сопровождавшие её, подробно просветили меня и насчёт положения дел на фронте, хотя, лишь Балканском. Вроде, на Ксвказском больших изменений пока и не имелось. Жаль, чтобы не утомлять и расстраивать меня, тётя вообще не давала мне почитать газет, даже местные «Одесскiй въстникъ» или «Journal D'Odessa». Но у меня и так свободного времени не имелось, и разных сведений, подчёрпнутых из рассказов своего окружения, хватало.
— Да, Борис, весьма интересная и достойная игра! — сказала довольная тётя Юлия. — Хорошо бы образовать эти команды и у нас в Санкт-Петербурге? Абрам Самуилович сказал, что ещё три недели назад отправил своего приказчика Якова Шмулинского в столицу, чтобы он встретился с Ариной Васильевной и обсудил и совместные дела, само собой, и создание футбольных клубов. И он уже дней пятнадцать находится там.
— И как успехи, тётя Юлия? — спросил я. — Абрам Самуилович про это мне не рассказывал. Думаю, что тётя Арина не против будет.
— Абрам Самуилович лишь вчера получил от него письмо! — тут же ответила тётя. — Как бы идёт к концу создание двух клубов — первый в мастерской «Арина», а второй — в Киреше. Правда, тяжело с подбором подходящего футбольного поля. В Санкт-Петербурге свободных земель как бы нет, если что и подходит, то стоит дорого. А в пригороде публика не будет приходить на игру. И, да, с Костей и Соней там всё хорошо! Борис, ты молодец, спас их любовь!
Ну, я всегда за любовь, и счастливую! А так, лишь сказал:
— Придёт публика, тётя Юлия! Это и не важно, так как сначала надо подготовить команды. А землю мы найдём!
Ну, да, насчёт публики не стоило беспокоиться. Футбол не для знати, а простых людей. А в пригороде лучше. Ведь простые люди больше там и будут жить. А потом и Петербург сильно вырастет…
— Да, Людвиг, получается, что мальчик нас всё-таки сильно обманул? Он вообще оказался не тем, кем нам казался! И как там у Вас результаты переговоров с полковницей Тутолминой?
— К сожалению, herr посол, она нам, хоть и вежливо, отказала. Если честно, сейчас от неё мало что зависит. Надо выйти на Великого князя Николая Николаевича. Теперь, после их успешного испытания в Плевне, производство новых взрывчатки, мин и гранат находится строго в его введении. Мы и сами можем начать производство нового оружия, ничего сложного в них нет, но нам пока неизвестна технология производства взрывчатки. Нам никак не удалось выйти на прямой контакт с русскими учёными, как установлено, Зининым и Бородиным. Они просто отказались со мной встречаться. Только вот, herr посол, по всем косвенным данным, именно юный князь стоял за разработкой и взрывчатки, и оружия. Он явно направился на Балканскую войну для их испытания и там всё успешно испытал.
— Да, Людвиг, мне тут прислали из Берлина отчёт Генриха. Он уже в Систово, прикинулся там корреспондентом «Berliner Tageblatt» и «Berliner Volks zeitung», и взял несколько интервью и у бойцов этого странного Седьмого легиона, а больше у других русских военных. Ну, Вы же и сами просматривали румынские «Timpul» и «Gura satului», хоть и не свежие! Так и русский сегодняшний «Правительственный Въстникъ» мы обсудили только что. И там корреспондент газеты Всеволод Крестовский был и в самой Плевне. Так что, в его статье отражена самая свежая и достоверная информация.
— Да, весьма интересные и познавательные статьи, herr посол. Получается, что этот Седьмой легион провоевал в Плевне достойно и показал там многие новые тактические приёмы? А его создал и напрямую командовал юный князь? В статье написано, что мальчик лично участвовал в боях и успешно командовал гарнизоном своего опорного пункта. И он же успешно применил мины и гранаты?
— Так и есть, Людвиг. Мальчик там, само собой, поставил во главе своих помощников, но полноценную боевую подготовку, и в короткие сроки, организовал явно сам и, на удивление, добился неплохих результатов. И мы сейчас имеем в его лице, хоть в это и поверить трудно, подготовленного военного и жестокого убийцу. Судя по статье, и на его личном счету не менее десятка убитых турок! И помощники, и даже помощницы у него получили соответствующую подготовку. И весь легион!
— Да, herr посол, получается, что именно болгарские ополченцы расстреляли турецкие эскадроны и защитили русский санитарный обоз? Там надо иметь хорошую подготовку и железные нервы!
— Конечно, Людвиг! И это сделали юный князь и его болгары, лишь ненамного его старше! Да, там погибли и девицы мальчика, и многие легионеры, и другие русские солдаты, и сам едва не погиб, но он всё-таки выжил! Согласно срочным донесениям наших агентов, юный князь сейчас находится в Одессе на лечении. Он ранен, но его раны как бы не такие опасные. И Генриха, скорее всего, срочно отправят в Одессу, на встречу с мальчиком.
— Понятно, herr посол. Нам, наверное, пока не стоит встречаться с полковницей Тутолминой? Она сейчас прочитает газеты и всё узнает, и, конечно, будет переживать.
— Да, пока, Людвиг, не стоит. Просто направьте к ней курьера с сообщением, что её племянник жив, ранен, но всё-таки не так тяжело, и сейчас находится, кстати, вместе с бойцами своего легиона, на лечении в Одессе. Да, не забудьте выразить восхищение таким геройским мальчиком и добавьте, что мы рады, что он остался жив. И сообщите, что наше взаимовыгодное сотрудничество продолжится на прежних условиях, и мы выполним все свои обязательства.
— Хорошо, herr посол, будет сделано!
— А что касается, Людвиг, новых взрывчатки и оружия, то и в Берлине есть кому съездить на встречу с Великим князем Николаем Николаевичем. Хотя, Мы ещё напишем письмо и Великому герцогу Карлу Александру. Он постоянно интересуется делами юного князя. Если бы тот согласился, давно бы признал его своим племянником.
— Это нам, herr посол, было бы выгодно. Мальчик наверняка придумает ещё много чего интересного.
— Да, Людвиг, следует ожидать. Но это признание сильно не понравилось бы императору Александру Второму. Только и своих подданных надо ценить и постоянно поддерживать. Это же мальчик фактически спас Плевну и даже достойно воевал там, но пока тихо. Похоже, что русское командование слегка растерялось и не знает, что делать с ним? Ну, пусть думает. Надеюсь, что мальчик тепло встретит Генриха? Понятно, что он не дурак и ведёт какую-то свою игру, нам пока непонятную. Тем не менее, отношения с ним и его родными нам выгодны. И от князя явно можно ожидать и других изобретений. И мы не можем нарушить предписание рейхканцлера и должны приглядывать за мальчиком и по-возможности помогать ему. Непонятно, но юный князь ему чем-то понравился.
— Ну, раз так, herr посол, то надо послать в Одессу как можно больше наших людей. Юный князь хороший выдумщик, и он может и в Одессе что-то придумать. Там нам и удобней с ним договориться. И ещё надо внедрить наших агентов и в этот Седьмой легион. Им будет полезно узнать о выдумках мальчика.
— Хорошо, Людвиг, Мы отпишем насчёт этого в Берлин. Пусть посылают, и даже в эту Одессу. Мальчик наверняка и там придумает что-нибудь интересное. Судя по всему, он ещё не привык бросать и сдавать своих людей и постарается всё сделать для его поддержки. И правильно делает — верных людей не так-то просто найти. А они ему позже наверняка понадобятся.
— Возможно, herr посол, он ещё и потерял свою первую любовь? Князь же взрослеет, и как раз в этом возрасте подростки обращают внимание на девушек, и больше даже старше себя возрастом. А тут ещё война! И чувства там всегда обостряются.
— Похоже, что так, Людвиг? Мне самому в этом возрасте сильно нравились дальние родственницы, лет на пять старше меня. Мне они казались даже небесными созданиями. Повзрослев, я обнаружил, что имелись женщины и красивее, и милее, но вот привычка сравнивать их с родственницами осталась. А тут мальчик свою первую любовь ещё и потерял. Хотя, и девица достойная была — и красивая, и вместе сражались… Судя по статье, на её счету было почти до двух десятков турок! Настоящая валькирия! Да, и нам надо обратить внимание на женщин. И из них явно хорошие стрелки получатся. То, что нам надо! Вот мальчик обратил и получил воинов. Не зря же его легион смог расстрелять турецкие эскадроны! Хотя у этого санитарного обоза как бы и не имелось шансов. Но получилось наоборот!
— Хорошую песню, хоть немного и странную, мальчик посвятил этой девушке. В статье, herr посол, написано, что у неё глаза на самом деле были зелёными. И гимн легиона получился интересным. Но мы, herr посол, проверили и выяснили, что легион с таким номером больше стоял и в основном воевал на территории Испании и Португалии. А в Сирии воевал шестой. Ещё он воевал и в Германии.
— Какая разница, Людвиг? Главное, судя по тексту, что легион воевал в Сирии. И номер имеет сакральный смысл. Ясно, что гимн явно направлен против турок. Хоть и нежелательно, но всё-таки стоит подумать даже о направлении наших воинов в этот легион. Там же, получается, прямое напоминание о древних временах.
— Ещё, herr посол, по данным сочувствующих нам из редакции этой газеты, корреспондент Крестовский прислал в редакцию копии рукописей мальчика с названиями «Алые паруса» и «Орёл седьмого легиона». Нам удалось купить их копии. Знаете, herr посол, тоже весьма интересные сочинения. Как бы и любовные истории, но сразу же видны и политические ссылки. В первом сочинении события происходят на территории Калифорнии и Аляски, и оно откровенно прорусское. Вот во втором главным героем выведен германец, но преданный Римской империи, и он спасает знак легиона своего отца, тоже служившего Риму, в виде посоха с орлом, и возвращает его римскому Сенату. Ещё привёз с собой и сирийскую принцессу. Очень трогательные истории, уже сейчас. Тоже можно напечатать.
— Хорошо, Людвиг, сделайте копии для меня. А те, что купили, срочно отправьте в Берлин. Если там понравится, то можно выйти на полковницу Тутолмину и договориться об их издании.
— Хорошо, herr посол, сделаем!
— Да, Людвиг, всё-таки странная у нас работа! Нам приходится следить за каким-то юнцом и стараться исполнять его замыслы. Как бы и наш немец, но насквозь пропитанный русским духом. И почему он не хочет вернуться в Faterland? У нас ему лучше же будет!