— Думайте, — сказал я и отозвал Столба в сторонку.

Сунул ему заранее заготовленные карточки на три тысячи эргов. Он выпучил глаза.

— Ты что охренел, пацан? Я просто сидел тут.

— Ты мне жизнь спас. Я бы больше дал, но у меня семья, сам понимать должен.

— Да иди ты, — он взял одну тысячу и вернул мне две. — Куда мне их тратить? Хочешь, чтобы меня за них прирезали?

— Тебя попробуй прирежь.

Я вернулся к бандитам.

— Ну так что? У меня пистолет с вашими пальчиками. Всех троих, кстати. Что за ствол, думаю, все вы понимаете, и сколько дерьма на нём висит тоже. Если решите соскочить, я просто отнесу его в полицию, скажу, что нашёл. Вы три дебила стопроцентно есть в базе, и вас быстро ухватят за яйца.

Давинчи обречённо вздохнул.

— Нам бы его как-то по-тихому поймать, чтобы можно было свалить всё на пауков.

— Ну есть один вариант. Сегодня игра. С толпой болельщиков сможете войти в школу и, если подвернётся удача, получится подловить его в подтрибунке.

Теперь уже бандит оживился. Появились шансы хоть на какое-то будущее. Я подозвал его и тихо проговорил.

— Если стукнешь кому, что у меня появились бабки, я тебя и в другом полисе достану. У меня, знаешь ли, будут выездные матчи, — оскалился я.

* * *

Я, откровенно говоря, не знал, что делать с такой суммой, родителям её никак не объяснишь. Можно, конечно, по чуть-чуть списывать на заработки в Дигме. Так что единственное, что пришло в голову, это закинуть её на счёт в игре, потом можно вывести без проблем. А если будут карточками, то не факт, что их у меня не подрежут. И пусть у нашего дома теперь дурная слава после той ночки, это не отменяет того факта, что какой-то придурок решит всё же забраться и всё обыскать.

Тысячу я сунул в тайник в своей комнате. Тысячу закинул в семейную копилку. Пересказал брату историю появления денег. Оставшуюся сумму раздели на две части. Половину закинул себе на счёт. Остальное зачислит себе Пашка.

Перекусив дома, направился в школу. Сразу прошёл в раздевалку.

Ликтор уже был там и когда увидел меня, кровь разом схлынула с его лица, отчего оно стало совсем каким-то фарфоровым, что в сочетании с его зеленой копной делало из него какую-то гравюру на чашке вместо человека.

— Чё вылупился? — бросил я ему, ликуя внутри, и толкнул плечом, проходя мимо. Он даже никак не отреагировал.

Я переоделся, мы вышли на поле.

— Да-а-а, ребят, неудобно получилось, — сказал Дэвид Бул, бодро ковыляя к нам. — После выходных. Без подводки. Но зато на своём поле и можно немного разыграться перед матчем. Если бы перенесли игру, пришлось бы ехать в гости. Так что тренерский штаб принял решение играть сегодня. На самом деле после выходных иногда очень хорошие матчи получаются. Давайте кружок по полю и немного поиграем, посмотрю на вас, кто в каком состоянии, — он остановился возле Тадеуша, некогда десятого, а ныне двадцать седьмого номера, и придирчиво разглядывал его помятое лицо. — Надеюсь, ты все выходные хотя бы в Дигме провёл, а не в каком-то ночном клубе, — недовольно протянул он, повернувшись ко всем, очертил круг указательным пальцем.

Мы побежали. Я бросал взгляды на Ликтора, и едва удавалось сдерживать оскал.

Затем нас погоняли по распасовке, а после мы сыграли полноценную игру. Потом тренеры посовещались с капитаном.

— Так, — подошёл к нам Рик Тумороу. — Старички что-то подводят нас. Тадеуш, это никуда не годится, на скамейке сегодня. Неужели на тебя так повлияла утрата номера?

Он ничего не ответил.

— Десятка, — продолжил тренер.

— Я, — откликнулась Аманда.

— Готовься на второй тайм, если всё хорошо пройдёт. Дальше едем. Анд и Ликтор, выйдете в первый раунд. Всё. Остальное вам Томас расскажет.

Капитан созвал всю команду.

— Для новеньких рассказываю, играем против кадийской школы номер четыре, в народе просто пляжная.

— Она что, на пляже? — спросил Кайрат.

— Нет конечно. Но в районе набережной, соответственно, и пляжа. Они часто гоняют в пляжный КП. И даже забирают городское первенство по нему. Отсюда ряд особенностей их стиля. В контакт играть ребята не очень любят, но всё же умеют. Мы всегда их пытались давить. Игру в мясорубку превращали. Сейчас решено удивить. Сменить стратегию. Играем в пас. Минимум контакта. В идеале ни одного. Липы и мяч — девиз на игру.

Потом он отдельно отозвал в сторону меня и Ликтора.

— Эй, я знаю, вы друг друга недолюбливаете. И говорил тренеру не ставить вас вместе на один раунд. Но он считает, что это, наоборот, смотивирует вас не маяться дурью, а сыграть нормально. Так что не подведите. Игра прежде всего, парни.

Я пожал плечами.

— На тренировках я буду его сбивать изо всех сил. Но на игре я буду играть изо всех сил.

— Ликтор? — перевёл на него взгляд капитан.

И Зеленоволосый немного растерянно кивнул.

— Соберись, — хлопнул Томас его по плечу.

На поле прибыли соперники, и мы ушли, чтобы они могли размяться. Я всё время ловил на себе взгляд Ликтора, и вопросительно вздёргивал подбородок, мол, в чём дело. Интересно, о чём он думает. Может, считает, что киллеры убили кого-то похожего. Есть ли у него совесть? Мучила ли она его хоть секунду? Судя по потерянному виду, что-то в его душе явно происходило.

Мы выбежали на приветствие команд. Противники были в бело-голубой форме, под цвет речной воды. Их талисманом выступал речной дельфин. А форма чирлидерш оказалась более откровенной. Всё же пляжная эстетика несколько иная, и они прям по грани рамок приличий оделись.

— Раунд портал! — объявили нам.

— Так, все сюда, — скомандовал Томас. — Анд, я, Ликтор и Камышин в нападении с мячом. Пас-пас-пас. Мяч у себя не держим. Остальные, вы свои позиции знаете.

Раздался свисток. Вперёд рванули два разведчика с липами. Они должны были немного расчистить нам путь. Затем побежал Камышин. За ним пристроился Ликтор. Потом я, и в хвосте капитан.

От укрытия к укрытию ноги скрадывали расстояние до середины поля. В центре традиционно был свободное пространство. Я услышал звуки ожесточенной перестрелки на липучках, и ругательство выбывших игроков. И тут неожиданно с фланга к нам заскочила целая группа пляжников.

Томас оказался отрезан. Бросил мяч мне. И рванул со всех ног. Путь мне преградили двое с липучками. С мячом не увернусь. Камышин стал смещаться влево, открываясь для паса. Но я всё же решил сыграть до верного. Ликтор был ближе.

Я бросил мяч ему. Он поймал на бегу, сделал шаг, и тут аннигилятор выскочил у него из рук, и словно этого мало, парень ещё и запутался в своих ногах, запнулся и упал. Противники тут же подобрали мяч. Ещё и унизительно хлопком в упор прилепили ему липучку.

Вот дерьмо!

Я поднял руку. Призывая Камышина дать пас липой. Он метнул её как бейсболист с архивных записей. Я словил опасную подачу. И решил сыграть бильярдный бросок. Иного варианта не было.

Давай, Меткость!

Я швырнул закрученный в нападающего с мячом. Он по классике закрылся аннигилятором. Липа ударила в мяч, прошлась по руке игрока и отскочила в его напарника, что уже швырял липучку в меня.

Трибуны взорвались.

Я подбежал, забрал мяч и пасанул Камышину.

Всё. Моя игра в тайме окончена. И опять же, сколько это всё длилось? Секунд тридцать? Меньше?

Раздался свисток. Двенадцать десять в нашу пользу.

— Что это было, Ликтор⁈ — налетел на зеленоволосого Томас.

— Скользкий мяч после потных ладошек Анда, — огрызнулся тот.

— Вот не надо на других сваливать, — начал давить капитан. — Пас был нормальный. Не идеальный, но обычный рабочий пас.

Подошёл Рик Тумороу.

— Хватит вам, — дежурно оборвал он перепалку. — Ликтор, на скамейку. Ты своё сегодня отыграл. Аманда, сюда. Так, Камышин, ты почему хромаешь? Иди тоже посиди, — он задумался, оглядывая всех новеньких. — Заур, на поле. Томас, дальше рули.

Капитан объяснял тактику. А Ликтор не стал сидеть на скамейке, а психанул и пошёл в раздевалку. Свистнули, и я уже не увидел, дошёл ли он до неё или где-то в подтрибунном остался валяться.

Второй тайм мы сыграли вничью, меня эти «не любящие играть в контакт» с двух сторон влетели и спрессовали так, что, если б не Сопротивление Физическому Урону, до сих пор бы валялся на поле.

Довольные победой, несмотря на короткое уведомление, мы вернулись в раздевалку. Ликтора не было, но судя по обуви, так и стоящей под лавочкой напротив его шкафчика, досюда он так и не дошёл. Надеюсь, эти кретины его не убили.

И тут я даже кроссовок выронил. Я же их не предупредил, что он одарённый. Как-то совсем из головы вылетело. Для меня же это было само собой разумеющееся. А с другой стороны, если бы предупредил, не факт, что они согласились бы.

И тут негромко заиграла сирена. Из динамиков послышался сдержанный размеренный голос:

— Внимание! Серый уровень опасности. Близится Фаза.

Серый уровень, значит, неизвестно, когда откроются порталы, но, скорее всего, сегодня. Оранжевый уровень опасности, значит, откроются вот-вот, и возможна опасная активность сателлитов визитёров. Красный — порталы открыты. Желтый — порталы уже закрылись, но ещё не всех тварей отловили. А когда всех отловят, снова врубят серый. Означающий, что редкие одиночные противники ещё могут скрываться в городе.

Все быстро покинули раздевалку. Охрана на воротах уже была в полном боевом. Один из бойцов стоял у школьного автобуса команды соперников. Это правила хорошего тона. Во время серой опасности соперников довозят до дома под охранной. Они ведь сюда ехали без защиты. Не знали, что тревогу дадут.

Я уже был за территорией, когда у входа, оставляя чёрный след от шин, затормозила скорая. Двое охранников несли на носилках Ликтора. Было отчётливо видно обломанное жвало, торчащее у него из ноги. Бандиты хитро придумали, решили наверняка сработать, чтобы сомнений не было, просто сняли насадку и вонзили в тело.

Вот так. Уже второй раз Зеленоволосый отъезжает на скорой, пытаясь меня задеть. Уж после этого в его голове должна начаться какая-то нейронная активность.

Я побежал домой. Если сейчас откроются порталы, будет очень плохо.

Люди успевали ещё забежать в магазин, выбегали оттуда с баллоном отравы от насекомых или специальным баллончиком, похожим на перцовый, значит, уже передали, что будут арахниды. Как всегда, выдавали не больше одного спрея на человека, чтобы хватило всем.

У нас дома, кажется, было всё необходимое, так что не стал тратить время. Да и Пашке я сообщил, что явятся пауки, а он уже должен был довести информацию до родителей. Лишь бы ещё они уже с работы прибыли. Помню, пару раз было, что маму оставляли в убежище на работе. А батю вот ни разу не смогли. Хотя пытались. Один раз он через вентиляцию сбежал от охраны, другой через черный ход.

В гетто, как обычно, большая часть уже заперлась по домам. Но самые авантюрные пытались что-то состряпать перед открытием порталов. Какой-то пацан катил из центра колесо, успел снять с дорогой тачки. Ещё один пронёсся мимо с женской сумочкой. В глубине района рыскали группы и одиночки.

Я надел перчатки. Намотал на голову футболку. Достал из инвентаря пистолет и скрутил глушитель, что не опознали ствол. Мало ли.

И не зря. Из-за угла вылетела парочка — пацан и девчонка моего возраста. У одной полные карманы карточек персонажей. У другого системный блок от капсулы, её «мозги». Девчонка выхватила нож бабочку и рыкнула:

— Рюкзак сюда!

Я наставил пистолет.

— Спрячь! — приказал ей.

Она испуганно попятилась и упёрлась спиной в стену. Её парень молча стоял, раскрыв рот от удивления и с каждой секундой теряя авторитет в глазах возлюбленной. — Карточку давай. Комиссия за попытку ограбления.

Она без разговоров сунула мне одну. А потом ещё и вторую.

— Валите, — мотнул я стволом, и парочка сорвалась с места.

Я убрал в карман добычу и побежал дальше.

Два бугая, один черный, другой белый, ломали дверь в чью-то квартиру. Они испуганно дёрнулись, когда пробегал мимо, но свой грязный промысел не бросили.

Уже свернул на свою улицу и увидел, как какой-то пацан, младше меня даже, копается в замке дома у Сумасшедшего Эрла.

— Эй, ты с какого квартала? — заорал я. — Свали нахрен! Ещё раз тут увижу — уши откручу.

Он ломанулся прочь.

— Совсем уже охренели, — тихо пробубнил я.

Дошёл до дома и постучал.

— Кто? — раздался голос отца.

— Арахнид в пальто, — весело отозвался я.

Открылась дверь, отец с арбалетом выглянул на улицу и отошёл в сторону сказав:

— Заходи.

Я прошёл.

— Тихо всё? — уточнил батя.

— Да.

Отец закрылся и поставил мощный засов. Рядом у стены стоял щит из досок, размером с дверь.

— Ты когда успел? — спросил я.

— Так на выходных. Пока некоторые гуляли, мы с Пашкой мастерили.

Я прошёлся по дому. Под каждым окном был такой же щит в размер окна и доски с гвоздями. В случае реальной опасности можно будет всё это посадить на шурупы за считаные минуты.

— Красавцы, — сказал я. — Я щас вернусь. Кое-что проверю.

Я зашёл к себе и вылез через окно. Тихо прошёл за домами до участка Сумасшедшего Эрла. Мелкий пацан не внял предупреждению и уже снова был на крыльце.

Я подкрался. Блин. Ступени в любом случае скрипнут. Резко взлетел по ним. Парень испуганно обернулся, и я влепил ему смачный поджопник, такой, что его в дверь бросило. Схватил воришку за ухо. Катая на пинковозе, довёз до соседней улицы.

— Ещё раз здесь тебя увижу, так легко не отделаешься, — предупредил я.

Он, чуть ли не плача, припустил, прихрамывая.

— Беги и прячься, дебилоид! — крикнул я вслед, но он лишь показал средний палец одной рукой не оборачиваясь.

Я покачал головой и вернулся домой так же через окно. Мой арбалет лежал на койке вместе с набором болтов и копьём.

— Где был? — спросил Пашка.

Мы проследовали на кухню, и я рассказал историю про незадачливого воришку.

— Смотрите, — сказал отец, показывая на стол. — Обычная отрава — баллон. Длина струи до метра. Можно поджечь, как это делал Андрей в вентиляции. Далее — баллончик струйный. Направленное действие. Дистанция атаки три-шесть метров. Горелка газовая. Длина пламени до метра. Но это, разумеется, не в доме. Иначе жить будет негде, — улыбнулся отец.

— Не думаю, что на нас сегодня нападут, — сказал я. — Молния два раза в одно место не бьёт.

— И два внеочередных когда-то не бывало, — заметила мама.

По телику прогоняли стандартную памятку. Оставайтесь в своих домах, и вот это вот всё. Рассказывали то, что можно было прочитать на стандартных средствах защиты от арахнидов. Показывали кадры с камер видеонаблюдения, подборка удачных моментов, когда застигнутым врасплох людям удавалось отбиться от пауков.

А потом уже пошла обратная информация, напоминающая о том, насколько на самом деле опасны эти твари. Плюются паутиной, а то и ядом. Заматывают в коконы и утаскивают в порталы.

— Помните, арахниды почти всегда инвазивный вид, — вещал диктор. — Маленькие особи могут поселиться в подвалах, заброшенных зданиях и на чердаках. Остерегайтесь этих мест, так как некоторые особи сразу начнут искать себе укрытия. Если вас укусили и отпустили, обязательно позвоните в скорую, в вас могли отложить яйца. А если обнаружили где-то кладку, покиньте место, ведь там может быть матка, и сообщите в службу точное расположение.

Изображение мигнуло. Оранжевый уровень опасности. Порталы вот-вот откроются.

— Я, пожалуй, приму успокоительное, — сказала мама.

Отец кивнул.

Я вспомнил про карточки и сунул брату.

— Что это? Где взял? — спросил Пашка.

— Отжал у парочки, что меня грабануть пыталась.

— Комиссия на вежливость, — понимающе покивал брат. — Надо будет глянуть, что перепало.

Вернулась мама, и я начал пересказывать, как прошла игра. Закончив, прислушался к тому, что говорят по телеку. Арахниды всё же придут с вассалами двух видов. Это плохо.

— Лишь бы большие были, — задумчиво проговорил отец.

Большие страшнее, но с ним быстрее справляются. Так как их проще выловить, а если ещё и маленькие придут, они гражданских больше убьют, ещё и попрячутся по всему городу. Очень эта фракция неприятная.

Телик опять мигнул. В эфире сменился цвет. Красный уровень опасности. Порталы открылись. Осталось придумать, как свалить из дома и выйти на патруль улицы. Буян, наверняка, уже ждёт где-то рядом.