Книг, написанных о цивилизациях, довольно много. Они делятся примерно на две категории — в некоторых из них говорится про то, как в тех или иных странах или регионах утвердила себя или, напротив, потерпела крах высокоорганизованная система социального воспроизводства, задающая нормы общежития. Так примерно написаны «История цивилизации в Европе» Франсуа Гизо и «История цивилизации в Англии» Бокля. Другие книги о цивилизациях говорят нам о неких особых культурных мирах, развивающихся по своей особенной логике и никогда не совпадающих по траектории. Таковы знаменитые сочинения Данилевского и Шпенглера.

Книга, которую вы держите в своих руках, интересна именно тем, что представляет собой читательскую рефлексию на оба направления цивилизационного анализа — как того, что идет от Гизо и Бокля, так и того, что имеет своим истоком «Россию и Европу» Данилевского. О цивилизациях сегодня рассуждают не только поклонники Хантингтона, но также те вполне материалистически мыслящие социологи и историки, кто ставит на первый план своего анализа экологические и экономические вызовы, предположительно единые для всех стран и народов.

Мне представляется, что главной причиной сегодняшнего интереса к проблеме цивилизаций является новое позиционирование Запада, для описания и анализа которого у нас сегодня, пожалуй, еще нет внятного терминологического инструментария. Что есть такое сегодняшний Запад? Цивилизация, на пути секуляризма разрушающая последние религиозные табу, но при этом избегающая откровенно говорить о биологических предпосылках человеческого поведения. Легко принимающая империализм в какой-то новой, гуманистической, формулировке, но запрещающая себе мыслить в категориях традиции, национального сплочения, культурного кода. В какой мере жизнеспособна эта принципиально нецивилизационно мыслящая цивилизация и насколько она универсальна? Не придется ли ей обратиться к своим корням, истокам, пересмотреть какие-то из принципов для того, чтобы выстоять в новой конкуренции с Китаем и мусульманским миром? Или же постмодерн фактически окажется тем самым «концом истории», к которому придут своим путем и нынешние соперники Запада?

Тестирование принципов современного Запада на универсальность и есть мышление в категориях цивилизации. И, конечно, весьма любопытно и то, как сам Запад отвечает на этот вопрос, в том числе и размышляя над причиной упадка, или же коллапса, обществ прошлого. Мы, разумеется, будем всегда прилагать эти выводы к существованию нашей собственной цивилизации, которая пережила за одно столетие два коллапса, поставивших ее на грань исчезновения. И теперь страх перед повторением катастрофы во многом не позволяет нам совершить рывок вперед. Поскольку обе прежних катастрофы состоялись после того, как наша страна попыталась встать на путь прогресса, сегодня, пожалуй, это слово, как никакое другое, вызывает сомнение. Однако соотношение прогресса и цивилизационной устойчивости — это тоже одна из тех проблем, которая ставится Егором Холмогоровым в его новом исследовании и которая получает на страницах его книги всегда самостоятельное и оригинальное разрешение. Будем вместе с автором перечитывать книги о прошлых и возможных будущих социальных мирах, чтобы научиться играть в цивилизацию не только в виртуальном мире.