В Прюде это случилось, давно очень, у бабы одной младенца подменили. И растила она дитя семь лет. В то же самое время случилось… Ну да, немой рос ребеночек все время. А когда давали ему есть, он столько ел, что еле могли его накормить. И целых семь лет ни разу ни слова никому не сказал. Ни словечка, никому. Раз матушка его, ну, мы так говорили, матушка, взяла его на закорки и пошла в поле, копать. Ференцев ручей она переходила, и тут кто-то спрашивает ее, какой-то голос: «Хинкудьли?» А этот, который у матери на спине, расхохотался и говорит: «В Марияпоч!» Тот, стало быть, спросил: «Куда идешь?» А этот ответил: «В Марияпоч, там крестный ход сегодня». Баба сняла ребенка со спины, говорит: «Ай-ай-ай, что на тебя нашло? За семь лет словечка не сказал, а тут вдруг заговорил! Вот ты у меня сейчас получишь!» Смотрит, а перед ней мальчонка стоит, говорит ей: «Матушка, не бейте меня! Это же я!» То-то радость была: такой ладный мальчик перед ней стоял. И все еще живет этот парень в Прюде. Обратно его, стало быть, поменяли [104].

[104] Pócs Éva (szerk.): Hiedelemszövegek. Budapest, 2012, Balassi Kiadó, 279.