Мы смотрим друг на друга, и я не понимаю, почему она молчит и не убегает. Почему в её глазах столько грусти. Она выглядит по-настоящему несчастной. А у меня, несмотря ни на что, не получается относиться к ней как-то по-новому. Я вижу в ней всю ту же девчонку, которая была одной из немногих в этом чужом, непонятном мире, кто относился ко мне с душой и был рядом. Даже если это было притворством. Перечеркнуть всё вот так разом не выходит.

Тяжело дышу, и только теперь замечаю, что с каждым выдохом появляется облачко пара.

В Храме стало очень холодно.

Иней серебрится по стенам. Протягиваю руку, касаюсь ледяного кружева, и на моих пальцах остаются капельки тающей воды.

— Это… ты сделала? — спрашиваю её.

Она качает головой.

— Ваша Богиня теряет силы. Вместе с ней уходит тепло из этого места.

Осторожно приближаюсь к ней.

— Как же так… Алисия? Я думала, мы подруги.

Девушка отступила на шаг. Почти касаясь каменных постаментов спиной.

— С самого начала вы были моим заданием. А я… я не справилась с ним.

— Кто ты? — твёрдо спрашиваю её.

Она распрямляет плечи, и в тишине отчётливо звучат отражённые каменным эхом слова:

— Я — единственная дочь Нексуса! Короля Тамберлона.

Вздрагиваю от этого названия. Страна Серых драконов, с которой воюет Дракилон! Не зря Даниель ожидал от них провокации. Но Алисия слабо улыбается и продолжает:

— Но не только это. В нашем королевстве власть мирская и духовная слиты воедино. Правитель одновременно исполняет обязанности верховного жреца. А вы должны знать, кому поклоняются в Тамберлоне.

Даже я уже в курсе.

Нергалу! Тому самому, что держит в плену нашу богиню.

Как-то мне всё больше перестаёт нравиться эта ситуация.

Алисия отворачивается и задумчиво проводит кончиками пальцев по каменному постаменту. Он пока что пуст. Мы не успели вернуть энергию ещё одного брачного союза.

— Вы можете мне не верить. Но я не хотела браться за это задание. Вот только кто бы мне позволил ослушаться? У меня способности. Я с детства умею втираться в доверие, вызывать симпатию. А мой драконий огонь… совершенно особого свойства. Я умею делать из него магические шары, которые выплёскивают пламя не сразу. А спустя время.

Я вспомнила взрыв во дворце и поёжилась.

Да уж.

С такими данными вообще удивляюсь, как мы все здесь до сих пор живы.

— Отец долго меня готовил. Сказал, что я прославлю наш род. Поставлю точку в многолетней войне. Мы заставим Дракилон пасть на колени, уничтожим нашего заклятого врага, который только и ждёт, чтобы вцепиться нам в горло. Так он говорил. Но когда я попала сюда…

Она сжала пальцы в кулак.

— Я увидела совсем не ту картину, что мне рисовали. Вы были так добры ко мне! Я получила за несколько дней больше тепла, чем от отца за всю свою жизнь. Я встретила здесь совершенно таких же драконов, как у нас. Со своими слабостями и страстями. Не злодеев, которых мне рисовали, не врагов, которые спят и видят, как нас всех убить. Когда отец прислал приказ взорвать дворец, я нарочно постаралась выбрать самое захудалое крыло, где никого не было.

Так вот почему заговорщик выбрал такое странное место для удара! А мы ещё не могли понять. Там ведь не было ничего ценного, и ни единого человека в заброшенных комнатах.

Её плечи поникли.

— Но это не имеет значения. Теперь вы всё равно меня возненавидите.

Я замолчала, не зная, что сказать. Она тихо плакала, и плечи её вздрагивали.

Моего плеча вдруг коснулась чья-то рука. Я вздрогнула. Даниель проговорил тихо мне на ухо:

— Посторонись-ка! Я тут кое-кого притащил. Надеюсь, мне сегодня не придётся больше летать с такой скоростью. Спину ломит! Должна будешь массаж.

Он осторожно отодвинул меня с пути. Мимо нас пронёсся лохматый, весь багровый и взмокший Раст. Дракон был в расстёгнутой чёрной рубашке и выглядел так, будто со вчерашнего дня ещё не ложился.

— Так вот она где! Я, значит, по всему городу ищу… я правильно понял, у нас тут сеанс саморазоблачения тамберлонских шпионок? — резко спросил он.

Луковка порывисто обернулась. У неё были красные глаза и зарёванное лицо.

— Да! — она с вызовом вздёрнула подбородок.

Чёрный дракон замедлил шаг. В его мрачное лицо было страшно смотреть. Она ждала его приближения, трепеща. Наверное, думала, что он ей голову оторвёт первый. Королевского суда над преступницей можно будет даже не дожидаться.

— Ясно.

— Что тебе ясно, идиот?! — возмутилась она. — Ты сам виноват! Я всеми силами тебе намекала, что тебе нельзя со мной связываться!

Раст постоял молча, осмысливая. А потом вдруг очень серьёзно спросил:

— Любишь меня?

— Что? — пошептала потерянная Алисия. — Хватит глупости…

— Любишь? Иначе зачем бы под угрозу поставила всё дело. Ты не должна была подпускать врага так близко, как подпустила меня. От этого тебе не было никаких выгод. Одни проблемы. Ну так что?

Она обняла себя руками и отвела взгляд.

— Наследная принцесса Тамберлона не имеет права любить врага. И я бы на твоём месте забыла об этой ночи. Если мой отец узнает, он тебя убьёт.

Раст снова помолчал.

— Та-а-ак… понятно всё.

Он повернулся и пошёл от неё обратно. Луковка провожала его совершенно убитым и несчастным взглядом.

А чёрный дракон остановился возле меня и протянул руку:

— Дай-ка мне вот эту штуку, Хельга!

— Я так и знал, что этим закончится, — вздохнул за моей спиной Даниель. Но почему-то он улыбался, когда я послушно сняла медальон и вложила его в протянутую мне ладонь.

Раст зажал его в пальцах. И вернулся к растерянной Алисии.

— А вот теперь ты слушай, «наследная принцесса»! Я, между прочим, тоже не пальцем деланный, а королевский родственник. Так что имей в виду, папане твоему я тебя не отдам, и ни в какой Тамберлон ты не вернёшься! Плевать мне, кто ты, и что сделала. Я тебя смогу защитить от всего мира, если понадобится. И пусть кто-нибудь попробует забрать у чёрного дракона его жену! Согласна со мной?

Она ревёт и ничего не говорит.

Раст хватает её руку и припечатывает ладонь медальоном, накрывая её пальцы своими.

Вспышка.

Вокруг руки Алисии спиралями обвиваются чёрные линии. Складываются в обручальное кольцо. Рисунок остаётся вплавленным в её кожу, мерцая чёрными искрами.

— Вот глупый, я же ещё не сказала «да», — улыбается она сквозь слёзы.

— Ты чем слушала всё это время? — расцветает в ответной улыбке Раст. — Метка появляется, только если женщина согласна. Вслух могла бы и не говорить.

Раст подбросил медальон, Даниель поймал на лету.

Алисия ойкнула, когда чёрный дракон подхватил её на руки.

— Идём домой! — очень серьёзно сказал Раст, глядя ей в глаза. — Без тебя там стало очень пусто.

Она обвила его шею руками, и первая прижалась губами.

Я смотрела на них, и в сердце расцветала тихая радость.

Не важно, что будет дальше.

Не важно, получится у нас или нет.

Прямо сейчас я счастлива до глубины души, что двое нашли друг друга. Даже если у меня никогда не будет такого же, я не утратила способности радоваться за других.

— Ну вот! — задумчиво проговорил Даниель, разглядывая медальон, свисающий на цепочке с его кулака. — Ещё один готов.

Пока влюблённая парочка была занята друг другом, он подошёл к постаментам и открыл крышку. Яркие лучи вырвались из амулета. Ещё на двух постаментах вспыхнули реликвии Богини, наполненные силой.

Это было похоже на слепящие золотом одеяния, которые медленно вращались в воздухе и парили, источая согревающее сияние.

На одном постаменте появилось нечто, похожее на сеть из тонких золотистых колечек, формой напоминающее лиф платья. Ну, или кольчужный нагрудник.

На другом — набедренная повязка из парчи, сверху собранная тонким золотым поясом.

А богиня у них модницей была!

— Как хорошо! — вздохнул Даниель. — Остался всего один. И у нас ещё целых два дня, чтобы найти…

Он не договорил.

Земля под нашими ногами содрогнулась. С потолка стали падать мелкие камушки. Раст прикрыл собой Алисию. Меня закрыла собой невесть откуда взявшаяся Нанайя. Наверное, по старой привычке подглядывала в сторонке, не желая мешать драконам, пока они прибирали к рукам очередную упрямую девицу.

— Ничего не понимаю! — прокричала в отчаянии дракошка. — Храм разрушается! Всё не должно быть так быстро!

Даниель подошёл ко мне и поднял с пола, где я инстинктивно сжалась в комок. За его спиной распахнулись синие крылья, руки были покрыты чешуей, глаза горели синим магическим огнём. Кажется, он был на полпути, чтобы обернуться в дракона.

Прижал меня к своей груди и укрыл крыльями. Я выдохнула. Так мне ничего не угрожает. Стало намного спокойнее.

Но тут Луковка выдала такое, после чего я уже не знала, на что надеяться.

— Вы не понимаете! — воскликнула она. — Нет у вас никаких двух дней!

Словно в подтверждение её слов обрушилась часть крыши. И кусок стены провалился наружу. Остались невредимы только постаменты с реликвиями, которые продолжали мирно кружиться вокруг своей оси, словно ничего и не происходило.

— Нергал действительно захватил вашу богиню! — продолжила Алисия. — Он лишил её всех амулетов, чтоб она обессилела. От этого разрушения в Храме. И холод! Теперь так будет всегда, такая же леденящая стужа, как у нас в Тамберлоне. Он хочет оставить себе вашу богиню насовсем! Мой отец готовится провести обряд, который свяжет их навеки. Тогда Инанна никогда не выйдет в верхний мир, и ваше королевство лишится ее благословения. Малыши не будут рождаться, драконы Дракилона просто вымрут. А Тамберлон дождется этого момента и захватит эти земли без боя. Я должна была внимательно наблюдать, чтобы тут все шло по плану, и никто не помешал ритуалу.

— Когда твой отец планирует провести его? — мрачно спросил Даниель.

Она прошептала:

— Этой ночью, когда на небе не будет луны. Сегодня новолуние, самая темная ночь.

Сегодня!

Я вдруг буквально физически ощутила, как песчинки времени вытекают из невидимых песочных часов.

Синие крылья сомкнулись вокруг меня туже.

Я подняла глаза и встретилась взглядом с Даниелем.

Его руки крепко обнимали меня. Мои ладони — на его груди. И столько невысказанного между нами.

— Ну же, Ваше величество! — мягко проговорила Нанайя. — На вас последняя надежда. Нам нужен ещё один брак. Скажите ей!

Он продолжал молчать.

Только смотрел мне в глаза, хмурясь. И я видела в них своё отражение.

Как всё это унизительно.

Я вырвалась из его рук.

— Нет, так нельзя! Не заставляйте его! Нанайя, ты же сама знаешь, что брак без любви не считается, он не позволит наполнить амулет богини. А этот дракон… больше не верит в любовь, — мой голос сорвался на шёпот.

А у самой сердце замирает. Вдруг всё-таки…

Синий взгляд не отрывается от моего лица.

Вижу, как дрогнули крылья его носа.

Красиво очерченные губы разомкнулись.

Он хотел что-то сказать…

Пол под нами снова дрогнул, словно стоял на спине просыпающегося зверя. Весь пошёл трещинами.

А в центре колоннады постаментов с амулетами богини вспыхнул яркий свет. Соткался в кокон размером с человеческое тело. Я отвернулась, прикрывая ладонью глаза. А когда сияние поблекло, и я снова могла смотреть…

Посередине полуразрушенного Храма стояла женщина.

И у неё было до боли знакомое лицо.

Я всё бы отдала, чтобы не видеть больше никогда.

Сильвия улыбнулась.

Поправила бретельку дорогого платья-мини оливкового цвета. Перешагнула шпильками каменный обломок. На её локте качнулась сумочка стоимостью с половину моей ипотеки. Длинными когтями девица смахнула с плеча тщательно завитый локон.

— Ну здравствуй, бывший муженёк! Скучал по мне?