Я остановилась у двери, которая вела в ванную, и по телу пробежала легкая дрожь.

Формально я больше не была его домашним зверьком, поэтому мне не требовалось разрешение, но все же. Иногда мне нравилось просить его об этом, бросать вызов или просто не подчиняться ему. Это всегда приводило нас в очень интересные места.

Я коснулась кончиков своих подстриженных волос. Они ниспадали чуть выше плеч густыми волнистыми прядями и хорошо смотрелись с моими недавно отросшими зубами. Я выглядела… самой собой. Или, по крайней мере, той личностью, которой я становилась, а не сестрой, которой подражала.

Несмотря на перемену в наших отношениях и на то, что я все еще испытываю трепет оттого, что не подчиняюсь ему, я хотела, чтобы Сеферу это понравилось.

Я думала, что умерла в ту ночь, когда обнаружила принца склонившимся над Циннией. Но это был не конец. Даже не начало. Это была просто еще одна дверь, через порог которой я переступила. И этот коридор тянулся все дальше и дальше, извиваясь, как лабиринт, из которого, как я думала, мне никогда не выбраться.

Но я справилась и теперь находилась здесь. У меня была своя жизнь и я, которую предстояло узнать.

Это будет непросто. Но разве что-то когда-нибудь давалось мне легко?

Мы с Сефером открыли друг в друге худшее. Пережили перешептывания и пристальные взгляды Люминиса и суровый прием его родителей несколько недель назад. Вместе мы могли бы справиться с чем угодно.

Думая об этом, не в силах сдержать улыбку, я вошла в нашу спальню.

Сефер, который сидел в кресле перед камином, сразу же перевел взгляд на меня. Его пристальное внимание все еще заставляло мое сердце учащенно биться. Его брови поползли вверх, когда он заметил изменения в моей внешности.

– Ты подстриглась.

– Десять баллов из десяти за наблюдательность. – Я ухмыльнулась. – Что думаешь? – Я встряхнула волосами, наслаждаясь тем, насколько легче они ощущались.

– Хм. – Его глаза сузились, когда Сефер поставил свой напиток на стол. – Иди сюда. Дай взглянуть поближе.

Что-то внутри меня подсказало, что это опасно, а восхитительный интерес лишь подтолкнул к нему.

– Думаю, стоит пойти на пляж завтра, – сказала я, пожав плечами, как будто не подозревала о ловушке, которую он мне готовил.

– Ты знаешь, что я собираюсь хорошенько поиметь тебя на песке.

От его грубости внизу живота разлилось тепло.

– Рассчитываю на это.

– Хорошо.

Я неторопливо приближалась, формально не нарушая его приказ, но испытывая его терпение, искушая на наказание. Остановилась у стола и провела рукой по рисунку, выполненному тушью и акварелью, над которым работала.

В процессе изучения себя я использовала художественные принадлежности, которые принц купил мне, и это был этюд Циннии. Я была довольна тем, как мне удалось передать сложный оттенок ее волос и нежный свет в глазах.

Сефер пообещал, что, когда я закончу картину и если захочу ее показать, он выделит для нее во дворце место. Где-нибудь, где мы будем видеть ее каждый день и вспоминать.

– Птичка, – зарычал он. – Ты же не ослушаешься моего приказа, не так ли?

Еще мгновение я улыбалась, глядя на лицо моей сестры, на то, как цвет придавал ей более живой вид, чем на карандашных или угольных набросках. Затем я повернулась к Сеферу с широко раскрытыми глазами и приложила руку к груди.

– Ослушаться? Я? Да никогда в жизни.

Я не смогла сдержать улыбку, сокращая дистанцию между нами.

– Провокация, – пробормотал Сефер, качая головой.

– Я прекрасно себя веду, чтобы ты знал. – Я остановилась на расстоянии вытянутой руки. – Ну что?

– Мне нужно кое-что проверить. – Прикрыв глаза, он поманил меня ближе.

Мой пульс участился, когда я скользнула к нему на колени.

– Хорошая девочка. – Его когти прошлись по тыльной стороне моей шеи, отчего по плечам побежали мурашки. Сефер сжал в кулаке мои волосы. – Ах да, я все еще могу это делать. – Его зубы сверкнули в дразнящей улыбке. – Мне бы не понравилось, если бы я не смог полностью накрутить их на кулак, но это просто идеально. – Насмешливое выражение на его лице исчезло, и он потерся своим носом о мой. – Твоя новая стрижка отражает тебя. Так что, конечно, мне это нравится.

Я выгнулась в его объятиях, наслаждаясь вниманием почти так же сильно, как и его словами.

Сефер наблюдал за мной, как охотник, но хищник в нем видел меня. Видел, когда я еще не жила. Видел то, чего я еще не понимала. И теперь, возможно, увидел немного больше той девушки, которую я открывала внутри себя.

Я поцеловала его. Глубоко, медленно и сладко. Прижалась языком к его клыкам, наслаждаясь ощущением боли и позволяя Сеферу испить каплю моей крови. Легкими движениями кончиков пальцев я дразнила его уши и наслаждалась рокочущим стоном, который вырывался из его горла.

– Но, – прошептал Сефер мне в губы, схватив за волосы, чтобы я не смогла продолжить наш поцелуй, – я не помню, чтобы давал тебе разрешение подстричь волосы.

– Упс, – выдохнула я. – Наверное, меня нужно наказать за это, да? Может, мне надеть ошейник?

От его улыбки все внутри меня сжалось.

– Только твой ошейник.

Меня охватило возбуждение, пробирающее до самых глубин. Когда-то я и правда была его питомцем, у меня не было выбора, а сейчас было забавно играть эту роль целый вечер.

Это, вероятно, что-то говорило обо мне и о том удовольствии, которое я получала от неповиновения и боли. Определенно говорило что-то и о моем принце – моем любимом монстре. Я смогла докопаться до многого, помимо того, что уже узнала о нем и о себе.

Убийство было хорошей местью, но жить счастливо оказалось еще лучше.