Клуб «Аннекс», местоположение неизвестно.

Айрис

— Я... Снова здравствуйте, полагаю. — Я туже затягиваю узел на повязке на глазах, чтобы она не развязалась. — Простите. Эм... Мне даже кошмары снились, что она случайно сползет. Мэгги предельно ясно дала понять, что этого нельзя допускать ни при каких условиях. Так что теперь меня, конечно, преследует паранойя. Кажется, будто узел живет своей жизнью и то и дело норовит развязаться. — Я глубоко вдыхаю и заставляю себя положить руки на колени.

Боже, до чего же это неловко. Так странно говорить, не наладив никакого контакта. Ни зрительного. Ни звукового. Вокруг одна пустота.

— Э-э... Вы забрали пальто у Мэгги?

Я жду ответа, надеясь, что мой молчаливый гость все-таки отзовется.

Тишина.

Точно так же, как и в прошлый раз, комната встречает меня лишь молчанием.

— Пожалуйста, не поймите неправильно. Это был замечательный жест. И пальто просто восхитительное. Но я не могу его принять. — Я вздыхаю. — Мне его некуда было бы носить. Оно, наверное, безумно дорогое, и я бы только и тряслась, что испачкаю его в автобусе. Или что кто-нибудь отберет. К тому же это просто... неправильно. Оставить его себе, я имею в виду. Я не чувствую, что заслужила. Я ведь просто говорила. Даже не о чем-то важном. Просто болтала о всякой ерунде. — Мои руки скользят к краю дивана, пальцы нервно цепляются за шов подушки. Я закусываю нижнюю губу, боясь показаться ненормальной. — Пожалуйста, не обижайтесь, — шепчу я.

В ответ ни малейшего звука. Он злится? Или ему просто плевать? Черт, хоть бы он подал какой-нибудь знак! Это напряжение меня убивает.

Я делаю глубокий вдох, чтобы успокоиться, и возвращаю руки на колени. Пора найти тему для разговора. Нарушить эту вязкую тишину.

— Так вот... Эвелин — моя соседка и лучшая подруга — завтра отмечает день рождения. Она тащит нас, девчонок, тусоваться в ночной клуб. Ее парень работает там барменом по выходным. Он проведет нас без платы за вход. А вам нравятся ночные клубы?

Снова тишина.

Эта комната сейчас больше похожа на открытый космос. Почти идеальный вакуум. И все же, как и в прошлый раз, я чувствую его присутствие. Это так странно. Почти так же странно, как то, что кто-то готов платить бешеные деньги просто за то, чтобы слушать мою болтовню. Чтобы я трещала без умолку весь вечер. Неужели у этого мужчины нет занятий поинтереснее?

— Вам не нравятся, да? Не фанат ночных клубов, да? Я тоже. Весь этот шум, толкотня. Я бы лучше провела тихий вечер дома. Просто повалялась на диване, посмотрела фильм или почитала. Когда не работаю, разумеется. — Я откидываюсь на спинку, наконец расслабляясь и настраиваясь на вечер монолога. — На одном бесплатном стриминге, которым я пользуюсь, есть отличный тру-крайм сериал. Я добавила его в «Мой список» и смотрю, как только выдается свободная минутка. Обожаю следить за сюжетом и пытаться угадать, кто убийца. Это меня расслабляет. Странно, знаю. Но всякое такое — насилие и кровь на экране — меня особо не волнует. Гораздо проще испугаться собственного воображения. Время от времени мне кажется, что за мной кто-то следит. Никого нет, но мозг не слушает. И я начинаю представлять, как за мной гонятся, а потом душат. И... да, расслабляющим это не назовешь. — Я снова ерзаю, вновь чувствуя легкую тревогу от того, что так глупо посвятила этого мужчину в свои безумные заморочки.

— А как насчет вас? Есть какие-нибудь тайные слабости? Хобби? Вы играете в... не знаю... гольф? — Я пытаюсь вспомнить, чем еще любят заниматься богачи. — Или... эм... в поло? Катаетесь на лошадях? — Я делаю паузу, чтобы перевести дух и дождаться ответа, которого, как знаю, не последует. — Я бы никогда не смогла. Я до ужаса боюсь лошадей. Видела фильм, где парня привязали к лошади, и она таскала его по земле. Так что да, верховая езда — это не про меня.

Я снова поправляю повязку. Тишина в комнате стоит оглушительная. Это сюрреалистично. Я не улавливаю от гостя даже дыхания. Но почему-то сейчас это не так неловко, как раньше.

О чем бы еще рассказать?

— Простите, я... эм... я не такая уж интересная. В основном я работаю и больше толком ничего не делаю. По крайней мере, ничего захватывающего. Так что... э-э... трудно придумать тему для разговора, не зная, что вам было бы интересно послушать.

Никаких предложений? Вздох. Я ломаю голову в поисках вдохновения.

— Ладно. Эм... О! Тут в хозяйственный магазин, где я работаю по вторникам вечером, зашла одна пожилая леди. Она просит меня дать ей — цитирую — «штуку, которая останавливает воду». А потом начинает показывать какие-то странные жесты руками, чтобы объяснить, что имеет в виду. Честно говоря, это выглядело немного пошло. — Я смеюсь. — Мне было жутко неловко за нее, а я все равно понятия не имела, что ей нужно. Так что сначала я веду ее в ряд, где лежат пробки для ванн. Но нет. Она искала не это. Потом она показывает, как будто поливает цветы, и еще начинает издавать эти странные свистящие звуки. О боже. Я так старалась не рассмеяться. В общем... Нам понадобилось двадцать минут, чтобы понять друг друга. В итоге ей понадобилась сменная ручка для смесителя. Представляете?

Я замолкаю, ожидая реакции.

В ответ ни смешка.

Я снова вздыхаю.

И как только я собираюсь перейти к следующей не самой захватывающей истории, раздается шорох одежды. За ним следует отчетливый звук наливаемой в бокал жидкости. А потом шаги.

Один. Два. Три... Пять.

Тишина.

Он стоит прямо рядом со мной. Меня окутывает тот самый тонкий аромат морского бриза.

Его близость кружит голову.

Как и в прошлый раз, я чувствую легкое прикосновение холодного стекла к тыльной стороне ладони. Я закусываю губу и поворачиваю руку ладонью вверх. Принимаю напиток.

Шаги удаляются.

Я слышу, как мой молчаливый гость снова садится на свое место.

Стоит мне сделать крошечный глоток, как на языке раскрывается сладкий, сливочный вкус. Рот наполняется насыщенным шоколадным ликером. Я делаю еще глоток и тут же кашляю.

— Простите. Алкоголь — это не совсем мое.

Осторожно вытянув руку, я нащупываю журнальный столик и ставлю бокал. — Кстати, это напомнило мне одну забавную историю. Правда, не со мной, но, думаю, вам понравится. Дуг, мой коллега из цветочного магазина, столкнулся с покупателем, который, как он сначала подумал, был просто в стельку пьян. Это было на его прошлой работе, пару лет назад. Короче, заходит этот огромный, жуткий мужик... посреди ночи. И ищет петрушку. Петрушку! Бедному Дугу удалось его спровадить. Но этот тип возвращается спустя месяцы и приставляет к Дугу пистолет! — Я подаюсь вперед. — Думаете, ему нужны были деньги, да? А вот и нет. Он требует, чтобы Дуг срезал тычинки с десятков тюльпанов. Потом платит за цветы и сваливает. Можете поверить?

Ответа, разумеется, нет.

— Я не уверена, правда это или Дуг все выдумал. Но мне так хочется, чтобы это было правдой. Говорят, мужику нужны были цветы для девушки, но у нее была аллергия на пыльцу. Так что, чтобы не рисковать, он заставил Дуга устранить угрозу.

Я меняю позу, устраиваясь на диване поудобнее. С губ невольно срывается еще один вздох.

— Знаете, если задуматься, это даже романтично. Этот парень не пошел по легкому пути. Он сделал все возможное, чтобы порадовать ее, женщину, которую любил. Я встречалась со своим бывшим, Кайлом, больше трех лет, и он ни разу не дарил мне цветов. Ни разу. Да, он дарил подарочные сертификаты на день рождения и шоколадки на годовщину, что приятно, но никаких цветов. Может, это и банально, но каждая девушка мечтает получить цветы. Хотя бы раз в жизни.

Между нами царит расслабленная атмосфера, пока я потчую своего молчаливого гостя одной забавной историей за другой. Забавные случаи с моих разных работ. Истории из жизни нашего района. Я даже рассказываю ему о своей перепалке с управляющим домом по поводу лифта, который он вечно обещает починить. По мере того как идут часы, мне становится все легче придумывать темы, которыми не жалко поделиться с этим мужчиной. Это так странно, ведь я никогда не была болтушкой. Никогда не имела ничего интересного для рассказов. Обычно это я сижу и слушаю других. Истории об их жизнях.

Почему этот мужчина решил слушать меня? Почему просит о встрече снова и снова? Моя болтовня не настолько интересна, чтобы оправдывать те деньги, что он тратит. Кто он? Тон Мэгги был полон уважения, а голос даже слегка дрожал, словно ей было страшно, когда она говорила о нем. Наверное, он кто-то очень важный. Человек с огромным влиянием.

Кто он? Как он выглядит? Молодой или старый?

Яндекс Переводчик

Мое воображение разыгралось. Мысли об этом человеке не дают мне покоя. В моей голове он все еще остается неким бесплотным образом, но что-то подсказывает, что он не такой уж старый.

Весь вечер я чувствую на себе его взгляд. Его безраздельное внимание. И хотя я полностью одета, в платье, которое едва ли можно назвать провокационным, под взглядом этого мужчины я чувствую себя голой. Это немного смущает, но в то же время щекочет нервы. Будит легкое возбуждение. Долю загадочного трепета, рожденного роем вопросов в моей голове. Мне кажется, будто я где-то в другом месте. Что я — это кто-то другой. Зависшая где-то между временем и пространством. Вне реальности. Это не похоже ни на что из того, что я знала раньше.

Кто он? Спрашиваю я себя, наверное, в миллионный раз за сегодняшний вечер, начиная рассказ о том, как пару месяцев назад занималась волонтерством для милой старушки из нашего района.

— Так вот, они согласились сделать это бесплатно, пообещали прислать мастера, чтобы починить уплотнитель на ее окнах. Окна были в ужасном состоянии. Каждую зиму миссис Диксон жутко простужалась из-за сквозняков. Собственно, это было единственное, что нам нужно было от генподрядчика, потому что остальные соседи скинулись на краску для стен и фурнитуру для ремонта шкафчиков. Но, возможно, я неправильно поняла или нечетко объяснила компании, потому что... когда мастер закончил, он сказал, что потратил два часа вместо отведенного одного. — Я качаю головой. — Мне стало неловко, и я заплатила ему за этот лишний час из своего кармана. — У меня вырывается тяжелый выдох. — Только теперь вся эта работа пошла насмарку. Миссис Диксон, как и всех остальных жителей ее дома, выселяют. Здание, где они живут, продано, и новый владелец планирует его полностью снести.

От мысли, что именно Руффо виноват в том, что наши усилия пошли прахом и все эти люди лишаются крова, у меня болит сердце. Воспоминания о нем рисуют в памяти картину того, как он стоял на заднем дворе Спада. Как смотрел на меня этим своим пугающим взглядом, пока остальная его фигура была скрыта во тьме. В ту ночь в нем было что-то очень странное. То, что он говорил, и...

Я до сих пор не могу поверить, что он одолжил мне свой пиджак.

После того как он растворился в темноте, я простояла на заднем дворе еще минут десять. Замершая. Просто торчала там как дурочка, укутанная в его огромный пиджак, который доставал мне почти до колен. Вглядывалась в тени, куда он ушел, окруженная остатками тепла его тела. Этот мужчина сбивает меня с толку. Тем, что делает. Тем, что говорит. Тем, что дает понять своим молчанием.

Когда я наконец вернулась внутрь, я отнесла пиджак Руффо лакею, решив, что могу оставить его, и вещь найдет путь к владельцу. Вот только мне сообщили, что господина Руффо на вечеринке не было. Он даже не заходил в дом.

Зачем же он тогда был там, в ту ночь?

— Может, бизнесмен, купивший здание, пересмотрит свои планы. Может, он все-таки позволит им остаться в своих домах. Может... может, он не такой уж бессердечный, — шепчу я. Скорее для себя, потому что я все еще надеюсь...

Я надеюсь, что он не так жесток, каким кажется.

Молчаливый гость

Мой взгляд скользит по ее фигуре: белое платье, словно вторая кожа, повторяет каждый изгиб, плотно облегая узкую талию и скромную грудь. Она совсем крошка, и длинный подол лишь подчеркивает ее хрупкость. Я уже несколько раз ловил ее на том, как она рассеянно поглаживает ткань, словно не может налюбоваться ее нежностью. Наверняка это самая роскошная вещь, которую ей доводилось носить.

«Аннекс» не скупится на роскошь, вкладывая колоссальные средства как в безупречный антураж, так и в самих хостес. Посыл предельно ясен: готов платить — получи лучшее из лучшего. И, разумеется, абсолютную конфиденциальность, чтобы сполна удовлетворить самые причудливые желания и потребности.

Публика здесь самая разношерстная: от миллиардеров-затворников до топ-менеджеров с замашками плейбоев. Мужчины, сколотившие или унаследовавшие состояния на мутных схемах, и политики, отчаянно пытающиеся казаться кристально чистыми. Источники их богатства разнятся, но всех объединяет одно — ненасытный аппетит к тому, что предлагает это заведение. «Аннекс» стал потаенным продолжением их жизни, безопасным пространством для самых сокровенных желаний. Местом, где, как им кажется, они могут получить еще больше. Оказавшись здесь, эти мужчины теряют бдительность. И начинают говорить.

За одну субботу в «Аннексе» раскрывается больше тайн, чем за целую неделю во всех бостонских исповедальнях. Опасных, бесценных тайн. Информация, которой можно торговать, словно акциями на бирже. Это тот товар, мимо которого я не мог пройти. Именно поэтому я и придумал «Аннекс», вдохнув в него жизнь. Чтобы получить власть выведывать эти секреты. А позже — использовать их как оружие.

Я раскидываю руки по спинке дивана, не сводя глаз с этой чарующей женщины, пока она изо всех сил старается развлечь меня байками из своей простой, обыденной жизни. Она идеальное приобретение для «Аннекса». Искушение, перед которым устоят немногие. Безупречная приманка, чтобы вытянуть из мужчин все их тайны. Но сегодня не мне предстоит выведывать скрытую правду и вытаскивать на свет божий чужие секреты. Сегодня раскрываться будет она.

Впрочем, в ней нет никакой интересующей меня информации. Никаких коммерческих тайн. Никаких инсайдерских сливов. У таких, как она, не бывает своих собственных мрачных секретов. От мисс Айрис Фаббри мне нужно лишь одно. Я хочу понять, что делает ее такой особенной. Что в ней есть такого, чего нет ни в одной другой женщине?

Какой козырь спрятан в ее рукаве, раз такой мужчина, как Адриано Руффо, стал настолько ею одержим?

Она красива, да, но не той броской, декоративной красотой, что приковывает к себе внимание, стоит лишь переступить порог. В ней есть обманчивая мягкость. В плавных линиях лица, в тех хрупких чертах, которые должны бы делать ее безобидной. Но вместо этого они творят нечто куда более опасное. Они обезоруживают.

Она как полевой цветок на лугу, который так легко не заметить рядом с ухоженными, редкими садовыми розами. И все же, чем дольше на нее смотришь, тем труднее отвести взгляд. Медленно, почти незримо она затмевает все вокруг. Пока любая другая красота не меркнет по сравнению с ней. Рядом с ней все остальное кажется блеклым, лишенным красок и смысла. Отвести от нее глаза — словно потерять что-то важное. Посмотреть на кого-то другого — словно совершить предательство. Она становится единственным, на что стоит смотреть.

А может, все дело в той ауре, что ее окружает. Она наивно-романтичная натура из тех, что до сих пор верят: доброта имеет значение, и мир способен вернуть больше, чем отнимает. Невинная. Чистая душой. И это при том, что жизнь не была к ней милосердна. Она била и калечила ее достаточно часто, чтобы превратить любого другого в ожесточенного, озлобленного циника. Но только не ее. Каким-то чудом жизнь не смогла вытравить эту мягкость из Айрис Фаббри.

Поистине очень опасная женщина.

И совершенно не осознающая своей притягательности.

Хм. Пожалуй, я ошибался. У мисс Фаббри все-таки есть пара тайн, которые я был бы не прочь разгадать.

Например, мне любопытно, придется ли ей по душе мой сегодняшний подарок.

Айрис

Ливень хлещет по земле, когда я выхожу из особняка «Аннекса». Луну и звезды скрыла плотная пелена темных туч. Как и в прошлый раз, машина ждет у подножия лестницы черного хода — водитель уже распахнул заднюю дверь. Вокруг ни души. Ни других девушек, ни намека на высокопоставленных гостей. Лишь одинокий серый автомобиль на гравийной дорожке. Ждет, чтобы увезти меня домой.

В этом клубе к приватности гостей и правда относятся со всей серьезностью. Насколько я понимаю, посетителям строго запрещен доступ во внутренний двор этой огромной усадьбы. А время их прибытия к парадному входу всегда тщательно регламентируют, чтобы исключить малейшую возможность случайной встречи с персоналом. Здесь секретность — залог безопасности.

Мои матерчатые кеды мгновенно промокают, пока я сбегаю по ступенькам. В салоне темно, лишь на мгновение вспыхивает верхний свет, когда водитель устраивается за рулем. И тут я замечаю на сиденье рядом с собой белую коробку. Она похожа на ту, в которой было пальто, только гораздо меньше. Закусив губу, я заставляю себя отвести взгляд и смотрю на поднимающуюся стеклянную перегородку. Лишь бы не смотреть на эту смущающую коробку. Конверт с пятью тысячами долларов от Мэгги я уже получила. Деньги взять — дело нормальное, это честная плата за мою работу. Но подарки от мужчины, о котором я абсолютно ничего не знаю... это как-то неправильно.

Машина скользит в ночи мимо невидимых пейзажей, а мой взгляд то и дело метается к соседнему сиденью. К коробке. Что бы там ни лежало, наверняка это еще одна безумно дорогая вещь. Еще один подарок, который я не смогу принять и который придется возвращать. Может, просто оставить его в машине? Попросить водителя отвезти обратно в клуб? Написать Мэгги и объяснить свою дилемму? Меня раздирают сомнения, но любопытство берет верх.

Что же там на этот раз? Что мой молчаливый гость решил мне оставить? Украшения? Коробка для этого великовата. Что вообще такой мужчина, как он, может захотеть подарить совершенно незнакомой женщине?

Это загадка. И разгадать ее — искушение, которому почти невозможно противостоять. Пальцы зудят от желания приоткрыть тайну. Разгадать хотя бы одну грань этого загадочного мужчины.

Я кусаю губу и тянусь к коробке. Пальцы скользят по гладкому картону и нежной бордовой атласной ленте, стягивающей ее по диагонали.

Только взгляну. Одним глазком, на секундочку, уговариваю я себя.

Осторожно, чтобы ничего не повредить, приподнимаю крышку.

Книга?

Толстый том в твердом переплете покоится на подушке из воздушной белой папиросной бумаги. Поверх нее, закрывая название и имя автора, лежит записка. Лист, похоже, вырван из ежедневника: в правом верхнем углу жирным красным шрифтом напечатана сегодняшняя дата. Две строчки текста выведены наискось, через всю страницу в клетку, — неразборчивым, заваленным влево почерком:

«Никаких жуков. Я проверил.

Зато на 332-й странице есть змеи».

Я хмурюсь, отодвигаю записку, чтобы разглядеть книгу. У меня перехватывает дыхание.

Передо мной тот самый новый детектив, который я так ждала. Как? Его же должны выпустить только в следующем месяце.

И тут я вспоминаю, как в прошлую субботу рассказывала о нем своему молчаливому гостю.

Невероятно, но он как-то ухитрился его достать.

И даже прочитал, чтобы убедиться, что там нет никаких жуков.