— Дрянная девчонка, — шипит Дерр Мариадна. Ее бородавка шипит вместе с ней. Какие же они обе все-таки мерзкие… — Ты притащила в дом какого-то жулика и вместе вы украли у меня докрокки! Думаешь, я оставлю это просто так? И не надейся! Я уже связалась с магистратом, и совсем скоро ты понесешь свое справедливое наказание!

— А вы, моя дорогая тетушка, — я ехидно вздергиваю бровь, — что насчет вас? Вы готовы понести свое наказание за кражу докрокка? Готовы гнить в тюремной камере со мною вместе?

— Ах ты…

— Леенна, что ты делаешь? — раздается голос Варры. — Почему мы тут?

«Тут» — это в доме Дерр Мариадны. Дом забит до отказа: уж я постаралась собрать тут всех, кого только могла. Легкое пространственное вмешательство — и вот уже добрая половина Саморрии — и не только — находится здесь. Вот из-за спины Дерр Мариадны гневно фыркают мои сестрицы. Вон со второго этажа осторожно кажет свой нос Карт. Вон у дверей презрительно сверкает глазами экономка. Рядом с Дерр Мариадной, по правое ее плечо, стоит насквозь продажный староста и важно поддакивает каждому ее слову. Вон у у горшка с цветком хохотушка Зелла, которая затем разнесет новость среди тех жителей, которые тут не присутствуют. Вон облокотился к двери Пёрч и с видимым удовольствием вкушает представление. Вон ворчун Эл, к мнению которого прислушиваются все старики деревни. Вот стоит обеспокоенная Варра, которую я выдернула десять минут назад прямо с грядок. Вон за ее спиной недоумевающе переглядываются остальные наши работники. И кругом еще десятки других людей, коих я призвала в свидетели.

— Хороший вопрос, — я улыбаюсь Варре, — мы тут, чтобы восстановить справедливость.

Пёрч хмыкает. Я посылаю ему быструю улыбку и возвращаю все свое внимание шипящей Дерр Мариадне.

— Восстановить справедливость? — ее так и трясет от злости. — О чем ты, мелкая дрянь?! И вообще… какого черта ты себя так ведешь? Ты ведь не было… такой! — она машет на меня рукой, явно имея в виду, что я всегда была тихой и робкой — а тут вдруг посмела устраивать нечто из ряда вон.

— О, тетушка, — я улыбаюсь, — я говорю о краже докрокка. Я тут, чтобы наказать человека, который незаконно присвоил себе это лечебное растение.

Она на мгновение немеет. Все тоже удивленно замирают, ибо каждый тут в курсе моего набега с Арсахом, и теперь никто не понимает, отчего я сейчас сама себе рою могилу. Ничего, скоро поймут.

— Ты… — говорит Дерр Мариадна. — Ты признаешь свою вину?

— Я? Нет. Ведь я ничего не крала. Вы сами подарили нам ящик докрокка. Но я говорила не о себе. Я говорила о вас, моя дорогая тетушка. Вы признаетесь, что вы украли докрокк?

Ее глаза округляются, челюсть падает. Наконец, она восстанавливает самообладание и возмущенно восклицает:

— Что за чушь! Я никогда не воровала у самой себя!

— Правда? — «удивляюсь» я. — А вот это… завещание говорит о другом.

Я вскидываю лист бумаги, за которым мы тогда с рыжим отправлялись в соседний город.

— Что это? — спрашивает Варра.

— Это, — громко говорю я, — завещание моего дяди, Дерра Геркхарда. Настоящее завещание.

— Настоящее? — Варра хмурится. Все остальные переводят недоумевающие взгляды с документа в моих руках на вмиг побледневшую Дерр Мариадну. — Что ты имеешь в виду?

— Я имею в виду, Варра, — поясняю я, — что после смерти моего дяди Дерр Мариадна подделала документ и присвоила себе чужое. Она украла плантации. Ни один из этих огородов ей на самом деле вовсе не принадлежит.

Все ахают. Поднимается гул.

— Ты уверена? — спрашивает Варра взволнованно. — Леенна, ты понимаешь, что сейчас ты можешь впустую очернить человека?

— Я уверена, — говорю я, — здесь есть человек, который уже подтвердил подлинность документа. Шиэрр Дабор, прошу вас.

Рядом со мной практически незаметно возникает невысокий, чуть полноватый мужчина, и берет слово.

— Здравствуйте, меня зовут Эррек Дабор, я нотариус из Баскока, соседнего города. Шиэрра Дерр… Я имею в виду, юную Шиэрру Дерр… абсолютно права. Я сам участвовал в составлении этого документа и знаю содержимое завещания. Поэтому когда Шиэрра Дерр прибыла ко мне для консультации, я был сильно удивлен, когда узнал от нее, что все плантации перешли супруге Дерра Геркхарда, ведь согласно тому завещанию, что было составлено у меня, она получила только этот дом — и ежегодное довольствие для себя и всех своих детей. Такое, в принципе, возможно, если было составлено новое завещание, поэтому на всякий случай я запросил документ из Саморрии, и увидел, что последний… был подделан. И весьма топорно.

— Но если, — спрашивает Варра, когда гул всеобщего возмущения замолкает, — Мариадна не унаследовала все эти огороды, то кто же тогда их настоящий хозяин?

Воцаряется тишина. Все взгляды устремляются на меня и на Шиэрра Дабора. Я слабо улыбаюсь и громко произношу:

— Ты, Варра. Все свои плантации мой дядя завещал тебе.