Легко сказать. Счастье не дается так-то просто. К примеру, в библиотеку в тот день я так и не попадаю: допоздна сижу над чертовым докрокком, который даже не думает поддаваться на мои увещевания и уговоры и упорно продолжает вянуть!

Понимая, что у меня назревают большие проблемы, я еще раз перерываю крошечную клетушку Леенны от и до в поисках хоть какого-нибудь завалящегося учебника по стихийной магии земли, но увы: все, что привезла с собой из Академии Лееена, это ее дневник, в котором она, конечно же, не расписывала, как нужно правильно разговаривать со всякими трепетными стебелечками, чтобы они стали счастливее и росли плодовитее. Кажется, все, что Дерр Мариадна получит ко дню Дарения — это хорошенькую порцию сена.

А что, тоже неплохо. Сено можно продать солдатам. У них лошади, надо же чем-то кормить животин в этой насквозь выжженной земле?

Утром я встаю задолго до рассвета. Наскоро перекусив на кухне куском поджаренного хлеба, я спозаранку устремляюсь в сельскую библиотеку.

Несмотря на ранний час, на улицах Саморрии полно людей. Жители спешат по своим делам до того, как солнце достигнет зенита и примется жарить все живое. Это потом, днем, жизнь в деревне замрет — а сейчас я лавирую между укутанных с головы до ног деревенских и редких затесавшихся среди них солдат в формах, ловко уворачиваясь от столкновений.

Вот и здание библиотеки. Толкаю дверь — и в нос бьет несравненный запах пыльного книжного хранилища.

— Леенна, — щурится на меня библиотекарь, старик Гарт, — это ты?

Спроси меня кто, кто самый старый житель этого мира — и я без сомнения назвала бы Гарта. Судя по его низенькому росту и морщинам, за которыми уже не видно черт лица, он не просто застал основание планеты, но и сам лепил континенты, не меньше.

— Доброе утро, Эрр Гарт, — приветливо улыбаюсь я, — да, это я.

Я привычно занимаю свое любимое место у окна.

— Итак, — спрашивает меня старик, — что юная Эрра будет изучать сегодня?

— Магию. Магию земли. Скажите, Эрр Гарт, может, у вас тут найдется учебник для начинающих? Хочу подтянуть основы, пока я на каникулах.

— Какая прилежная молодежь, — радуется библиотекарь, — конечно же, у меня есть такой учебник.

Он уходит в глубь библиотеки, но возвращается почти в ту же минуту, неся в руках два учебника: один старенький, выглядящий так, будто вот-вот развалится от малейшего прикосновения, другой чуть поновее и поярче.

— Вот, — он кладет их передо мной на стол, — «Основы стихийной магии. Контроль и управление» под авторством Г. Розаля, — тот самый старенький учебник, — и «Стихия как фундамент. Все о теоретической и практической магии» под авторством Н. Борра. Вот этот, — он показывает на тот учебник, что поновее, — мне на днях занесли солдаты. Дар в библиотеку.

— Очень мило с их стороны, — вежливо отзываюсь я, не сводя глаз со старого учебника, — но мне почему-то больше нравится этот.

— Ох, — Гарт раздвигает морщины в улыбке, — это старая магия. Ею уже почти не пользуются в Академии.

— Почему нет? — хмурюсь я.

— Потому что применение старой магии более… опасно, чем новой.

— Отчего?

— А это ты поймешь, изучив обе книги.

Ну спасибо. Можно подумать, у меня есть время, чтобы не просто прочитать оба талмуда, но и провести их сравнительный анализ.

— Могу я… — бросаю взгляд на старика, — а, да. Вы не даете книги на дом.

Старик со смехом удаляется за свой стол. С кислым выражением лица притягиваю к себе обе книги и погружаюсь в чтение.

Итак, что мы имеем. Чтобы сотворить какое-нибудь заклинание, маг должен откуда-то брать энергию. А вот из того, откуда он берет энергию, и складывается разница между старой и новой магией. Новое учение, ставшее таковым буквально три сотни лет назад, предполагает, что маг будет брать энергию из собственной маны, то есть, свою собственную силу, приправив ее крошечной капелькой, стянутой у стихии. А вот старые маги, напротив — высасывают силу из окружающей среды, заправляя капелькой своей. Подобные заклинания, естественно, получаются более сильными, потому что где — твоя собственная энергия, а где — энергия стихии.

Но тогда кое-что становится непонятным.

— Зачем нужно было заменять старый подход новым, — спрашиваю я недоуменно, — если новый гораздо хуже? Ведь если ты берешь энергию по большей части у себя, то тебе потом еще черт знает сколько времени нужно восстанавливаться, в то время как взял энергию у стихии — и можешь творить магию без устали?

Гарт просыпается от дремы.

— Затем, — отвечает он странно, — что когда-то Саморрия процветала.

Ожидаю продолжения, но его нет.

— И-и? — спрашивают я с намеком.

— И вам, юная Эрра, уже пора. Солнце давно взошло.

Проклятье! А я ведь даже и близко не подошла к практической части!

Спешно вскакиваю и бегу к двери. Старик Гарт смеется.

— Скажите, Эрр Гарт, — обращаюсь я к нему на бегу, — к вам кроме меня вообще кто-нибудь заходит?

— Конечно, Леенна, — кивает он, — у меня полно посетителей. К примеру, Геркхарт. Жду его сегодня на чай. Должно быть, придет с минуты на минуту.

Я прикусываю губу. Геркхарт — этой мой дядя. Тот, что умер несколько лет назад.

— Что ж, — выдавливаю из себя через силу, — мне уже пора. Передавайте… кхм… передавайте ему привет, когда он придет.

— Обязательно, — улыбается старый библиотекарь.

Почти выйдя за дверь, я, не удержавшись, бросаю на Эрра Гарта еще один взгляд и вижу, как безмятежно он улыбается в пустоту. Что ж, надеюсь в его мире он счастлив.