— Две! Две белых, а крику было. Пффф… — Лиана пнула неподвижную оскаленную морду оранжевой Королевы. После того как с ней поработал Тимоха на бетонном плацу Гранитного осталась лежать только пятиметровая голова с открытой пастью и вылезшей из неё внутренней челюстью. Всё остальное тело разлетелось по округе как новогодняя шутиха. Лиана прикрыла глаза ладонью заслоняясь от солнца и правой рукой помахала висевшему метрах в ста над крепостью скребберу. Тимоха в ответ плавно покачал плавниками и издав протяжный победный клич направился в сторону будущего Вавилона.

— Купаться полетел, — с завистью проскрипел папаша Кац у неё за спиной. — А где Соня? Чего-то её не видно.

— Ты… — Лиана резко развернулась к знахарю, просидевшему весь бой в палатке. Перед ней стоял грязный растрёпанный человечек неопределённого возраста и, казалось, ничего не понимал. Или не хотел принимать гибель своей Сони? Такое бывает, когда уже всё ясно, но человек отказывается верить. — Не знаешь?

— Что не знаю, — папаша Кац обернулся и поискал взглядом девушку с золотыми волосами. — Где она?

— Она погибла, Изя. Крепись, — я обнял его за плечи. Папаша Кац застыл сражённый этой новостью. Его нижняя губа дрожала, на глазах выступили слёзы, и он весь затрясся. Я не нашёл ничего лучшего и вложил в его руку фляжку с его «табуретовкой». Пусть напьётся до беспамятства, лучшего средства я не знал.

— Но как… как она могла без меня! Мы же договаривались! — воскликнул папаша Кац задрав голов в небо.

— Поехала крыша? — прошептала мне на ухо Лиана.

— Скорее у нас она отъедет, чем у Изи. Он придёт в себя, ему нужно побыть одному, — неуверенно сказал я.

— Мне кажется в такой момент оставлять его одного преступно, — внёс своё предложение Кислый.

— Это не тот случай. Изя не любит обсуждать своё горе на людях, — покачал я головой.

— Я могу помочь! — вызвалась Таня. — У меня есть опыт в подобных вещах. К тому же я видела, как умерли все мои друзья.

— Попробуй, — наверное это лучший вариант сейчас.

Таня подошла к Изе неотрывно смотрящего на облака и выискивающего там свою Соню и что-то прошептала знахарю на ухо. Тот кивнул и еле переставляя ноги пошёл следом за Таней в палатку. Урфин проводил их плотоядным взглядом.

— У меня тоже полно опыта в таких делах. Может я к ним присоединюсь? — облизнулся наглый килдинг.

— Ты, рожа носатая, жив пока не показал нам колодец Силы, — Наташа крутанула ему воротник сзади, как я показывал. Ткань, навернувшись на кулак Лианы начала душить килдинга. — Отстань от них или я тебя сама уложу на алтарь. Жень, ты погляди на эту сволочь! Сам сожрал весь её рейд, а теперь у него видите ли опыт появился!

— Всё, всё, — прохрипел красный килдинг и вяло замахал руками. — Шутка же.

— Кислый, запри его пока, чтобы не сбежал. Реально хочется прибить этого шутника. Через два часа собираемся в шатре, надо думать, что делать дальше.

— Он нам будет нужен? — Кислый перехватил килдинга из руки Лианы и встряхнул как мешок.

— Да, приводи.

— Ну пойдём, мерзавец. Таню захотел, а что скажешь про Фельдшера? Он вот, с тобой очень хочется остаться тет-а-тет, — угрожающе произнёс Кислый килдингу на ухо. Маша следовала неотступно с ними и параллельно шептала всякие гадости Урфину в другое ухо, от чего тот совсем потемнел.

— Жень, мне даже не верится, что мы отбились от такого полчища заражённых, — Лиана села на перевёрнутый ящик. — Пауки, ксеноморфы, затем это говно летающее. Я думала против лома нет приёма, но дезинтеграторы оказались слишком медленные для Королевы. Как ты думаешь?

— Я? — смотрел вслед улетающему Тимохе и гадал успеет ли он, появится вовремя в следующий раз, когда нас будут убивать.

— Ну ты Женя с утра был или что? — недовольно буркнула рыжая, крутя в руках пистолет.

— Или кто. Думаю, что это не конец. Наш бешеная сучка Афродита преподнесёт нам ещё много сюрпризов, — вздохнул я и вытер липкий пот со лба.

— Тогда логично будет её добить сейчас! Скинем на неё пару ранцев с плазмой и дело с концом.

— Там ещё где-то яутжа остались, не жалко? — я посмотрел на неё и понял, что не жалко. Было бы у неё три ранца, один персонально получили лохматые.

— Этих тоже в расход! Не нужны они нам. Не забыл зачем они сюда прилетели и кто вообще привёз эту очаровательную оранжевую зверушку? Между прочим, охотится на нас!

— Да, ну полетели тогда. Правильно, закончим с ними всеми одним махом. Только лес отравляют.

— Одни?

— А кто нам нужен? — удивился я. — В случае чего я смогу довести челнок назад.

— Ты? Женя, у тебя же руки из жопы растут! Ты один раз нас уже привёз в Ядро. Хватит на сегодня, поведу я, — решительно встала Лиана и добавила. — Ну не совсем из жопы, иногда ты всё-таки делаешь ими нужные движения, но частенько промахиваешься.

— Не устала? Стресс там и всё такое? — я заботливо взглянул на Лиану.

— Идём! Мы быстро, никто и не заметит, как вернёмся, — рыжая развернулась и по обыкновению крутя задницей направилась к челнокам, стоявшим в ряд в дальнем углу крепости. Красивые, белые, блестевшие хромом, они словно говорили, полетай на мне. По пути Лиана подошла к лежавшему на боку экзоскелету с половиной оператора в кабине и отстегнула ранец даже не поморщившись. Нижняя половина механизма вместе с ногами отсутствовала. Ни ожога, ни крови, казалось просто она пошла погулять по крепости. Это однозначное действие зелёного яда скреббера. Только он мог, так чисто сработать, оператору достаточно было наступить на кляксу, и яд тут же пожирал всё пока не выдыхался. Ещё один лежал чуть дальше, с ним уже поработал Смотритель. В районе сердца виднелась дыра величиной с голову младенца. Самого органа не наблюдалось. Ксеноморф его просто вырвал из тела и побежал дальше. Я отстегнул его ранец и закинул себе на спину. Какое прекрасное утро! Я начал насвистывать весёленький мотивчик.

Вскоре мы подошли к челнокам и остановились, разинув рты. За блестевшими носами летальных аппаратов от нас скрывались нововведения, которые привнёс скреббер прикидывающийся Оранжевой Королевой. У всех челноков исчезла корма вместе с двигателями. Чистая работа и я даже знаю кто это учудил. Видимо в пылу атаки, когда он растворял шагающие танки, его зелёная сопля задела и челноки оставив нас без авиации. Чинить было нечего, тем более двигателей у нас всё равно не было. Я явно увидел, как сейчас, над нами ржёт Алистер Дарк. Наверняка же следит, сукин сын.

— Вот же сволочь, — сплюнула на бетон Лиана. — Не на броневике же им везти подарки?

— Нет, на нём уж точно не надо. Неизвестно, кто ещё остался в лесу, и кто нас встретит у пирамиды. Охрана Афродиты точно при ней, я с ней бодаться не могу. И дар на откате к тому же.

— Броневики теперь беречь придётся. Нам на них в Старый город ещё ехать за продуктами, — напомнила Лиана.

— Чёрт, я и забыл, что Магазин утопили нолды. Сто двадцать километров туда и обратно ещё столько же? Грузовикам топлива не хватит. Не вариант.

— Надо Кислого спросить, он где-то ближе точку знает, — согласилась Лиана. — Сейчас ещё наверняка нолды вылезут. Они же за нами постоянно следят.

— Да есть один супермаркет в двадцати километрах. Стрёмный, правда, со слов Кислого.

— Чем?

— Люди там пропадают по неизвестным причинам. Мне Кислый рассказывал и потом двое из его стаба. Приезжают, расставляют охрану. Начинают грузить продукты, вещи. Всё спокойно, старше бегунов никого не видно. Тишь и благодать. В итоге снимаются и двоих, а то и троих не досчитываются. Пропадают как будто их и не было. И никто не знает куда, — я развёл руками.

— Не очень комфортно, — согласилась со мной Лиана, — но у нас вариантов нет, придётся туда ехать. Постараемся держаться на виду. Невидимых же заражённых не бывает?

— Нет конечно. Их никто не видит просто, — засмеялся я.

— Ну ты и кретин, Женя. Я тебя серьёзно спрашиваю, — закусила нижнюю губу рыжая.

— А я серьёзно отвечаю. Как ты его увидишь или узнаешь о нём, если он невидимый? Хотя он может быть таким, но его жертва вполне себе обычная, — я задумался о нестыковке.

— Может он их целиком глотает, поэтому никто и пикнуть не успевает? — подсказала Лиана.

— Хватит мне мозг морозить, рыжая. Пошли лучше в шатёр, там уже все собрались.

Я оказался прав, в штабном шатре всё уже собрались. Перед папашей Кацем стояла фляжка, но, к нашему удивлению, он был трезв. Рядом с ним сидела Таня с постной физиономией. Кислый с Машей также имели прискорбный вид. Один Урфин вычищал хлебом миску от тушёнки с макаронами. Готовить было некому и не на чем. Ворвавшиеся на территорию Смотрители в числе первых убили всех поваров. Я не думаю, что Афродита их специально надрессировала на белые халаты, возможно она хотела натаскать их на Фельдшера, сидевшего рядом со всеми. Но эти идиоты сожрали поваров, а мы теперь вынуждены питаться сухим пайком. Один только Фельдшер не скучал и занимался тем, что резал банку тушёнки вдоль своим когтём, раскрывал и слизывал содержимое за один присест. Сопровождал насыщение нецензурным выражением и брался за следующую, выкидывая предыдущую пустую в ведро. В конце каждой банки Фельдшер кидал взгляд на Урфина, проверяя не свалил ли тот из шатра. Впрочем, он найдёт его по запаху за секунду. Бежать было бесполезно!

— Ну что клювы повесили? — Лиана разбудила засыпающее общество.

— Поминаем Соню, — отозвался папаша Кац. — Хорошая девушка была…

— Она мне как-то сказала, что устала здесь. Смертельно устала, — начала Лиана и уселась за стол. — Так что, Изя, отпусти её. Она умерла в бою, как и мечтала. Не у нолдов в капсуле, не в желудке элиты и даже не в кроватке с похотливым знахарем, а именно в бою. Ты же знаешь её характер? Она таких дубов ломала. На моей памяти она долгожитель. И потом, радоваться надо, человек отмучился. Точнее её копия. Ты знаешь откуда она?

— Да. Из Питера. Мы почти одного года с ней, так что если вдруг…

— Давай хлебнём за неё и начнём думать, как нам быть. Или, может совершим массовое харакири? — спросила его Лиана. — Вот бы она поржала с тебя выпускающего кишки.

— Умеешь ты рыжая всё обосрать! Ну, давай за помин души Соньки, — папаша Кац открутил колпачок фляжки и сделал глоток. — Забористая дрянь, на! — Он передал фляжку Лиане.

В итоге накапали даже Фельдшеру прямо в его зубастую пасть, но алкоголь произвёл на него весьма интересный эффект. Он взлетел из-за стола с выпученными глазами и стартовал прямо в стену шатра из толстого брезента порвав её как папиросную бумагу. Дальше послышался чей-то вопль, и Фельдшер умчал дальше. В прореху шатра просунулась недовольная морда человека в не до конца переваренной говяжьей тушёнке.

— А, понятно… — осуждающе произнес гражданин, увидев нас. — Вы чем его накормили, блядь?

— Проходите, гражданин, не задерживайтесь, — посоветовал Урфин и недовольное лицо исчезло, кляня на чём свет элитных заражённых.

— Отлично, теперь можно приступать к коллоквиуму, детишки, — папаша Кац похоже пришёл в себя. Особенно ему понравилась реакция Урия на его «табуретовку».

— Я так понимаю на вашем толковище являюсь центральной фигурой? — Урфин оставил миску в покое трижды облизав её. — И на хрена мы этих дистрофиков жрали, есть же тушёнка!

— Скотина ты, Урфин, — напомнила ему Таня. — Ты же почти всех и сожрал.

— Я был под гипнозом. Вон, уважаемый Изя Кац не даст сорвать. Я не отвечал за свои поступки!

— Удобно, носатый. Так что ты скажешь за колодец? — проскрипел папаша Кац. — Есть там ещё водичка?

— Есть, пока есть. Но чем дольше вы здесь сидите, тем её меньше. Почти все колодцы пересохли и этот не исключение, — многозначительно поиграв бровями изрёк килдинг.

— Кто же против, поедем. Да хоть завтра, да, Жень? — спросила Лиана.

— Рассказывай, — махнул я рукой. — Далеко?

— Отсюда по прямой километров шестьдесят. С поворотами шестьдесят пять с хвостиком. Но у меня вопросик, Женя, — Урфин шмыгнул своим безобразным отростком между глаз.

— Какой я тебе Женя? Для тебя я — Лесник. Мне плевать, что ты там под гипнозом был. С вашими уже встречались, вы вообще не люди. Килдинги столько нервов мне вымотали! А тебя я обязательно поставлю к стенке и расстреляю! — пригрозил я ему.

— Ой, ой, сейчас страшно было! — замахал руками Урфин и выпалил. — Вообще тогда ничего не покажу. Сидите здесь со своими трёхлинейками. Афродита уже растит себе ещё одну Королеву.

— Не гони, — недоверчиво уставился на него Изя Кац. — Думаешь нам можно лапшу на уши развешивать? Откуда у неё ещё одна Королева?

— Оттуда. Оранжевая Королева в отличие от других не может покинуть свой насест, если не оставит после себя потомство. Такая вот директива у неё сидит в голове. Ещё в древности Инженерами заложена. Ради сохранения рода всё сделано, — важно откинулся на спинку стула килдинг.

— Ты хочешь сказать, что у неё в пирамиде осталась её копия? — медленно проговорил Кислый.

— Да, мистер очевидность! И боюсь, что не одна. Уж очень крупный экземпляр к нам прилетал намедни. Инженеры всё предусмотрели.

— Кроме того, что сами от них сдохнут, — хихикнула Маша.

— И сколько ей времени надо, чтобы вылупиться? — с резко упавшим настроением спросила Таня. — Только не ври, носатый. Иначе я тебя тут же парализую, и Лесник не поможет.

— Откуда я знаю? Я что ли их высиживал? Пробегала информация, что примерно недели две. Всё же не простое яйцо, а там кто его знает. Но вы меня к тому времени уже расстреляете, так что это ваши проблемы, — окинул сидевших за столом килдинг и гомерически захохотал.

— То есть уже минус сутки? — быстро подсчитал я.

— Типа. Так что вы меня охранять обязаны и пылинки сдувать! И три банки тушёнки в день!

— Вот же скотина безрогая! — взорвалась Лиана. — Папаша Кац тебе сейчас башку отпилит вот этой банкой! — Она показала банку, оставшуюся после Фельдшера. — А потом мы её в раствор белой жемчужины посадим, и будешь ты квакать оттуда по щелчку пальцев. Читал Беляева? Чудесную книжку он тиснул про говорящую голову.

— Вы не сможете! Вы же образованные люди! Да вы чё, бля! Держите эту сумасшедшую! — Лиана схватила из ведра в руки развёрнутую банку с острыми краями и полезла через стол к Урфину.

— Чё, так можно? — папаша Кац прошептал мне на ухо. — Белую жалко.

— Конечно, ты не знал? — я посмотрел на него и подмигнул.

— Таки понял вашу мысль, молодой человек, — кивнул знахарь и заорал. — Держи носатого, сейчас мы его в ведро упакуем!

Урфин увидев растрёпанного и разъярённого физика-теоретика упал в обморок. Кислый едва успел подхватить его.

— И часто у вас так? — спросила побелевшая как простыня Маша.

— Шутим мы, шутим, — похлопала её по плечу Лиана. — А ты привыкай, нам впечатлительных не надо.

— Да уж, Маша. Я здесь такого насмотрелась, сколько за всё время путешествий по Пеклу не видала. Она, — Таня кивнула на Лиану, — скребберу мамашей приходится, между прочим.

— Саша? — Маша поглядела на Кислого.

— Так и есть. Я при этом не был, когда он родился, но Лиана принимала роды у его мамаши и он теперь думает, что она его… короче, я сам ничего не понимаю. Тимоха слушает её и это главное!

— Ага, то есть у нас есть крыша! — кивнула Маша и показала вверх.

— Ещё какая.

— Я ещё жив? — Урфин сел на полу и потрогал свою голову.

— Решили пока отложить на время твоё перевоплощение, дятел. Проведёшь к колодцу, может и простим.

— Согласен на всё, только не подпускайте её ко мне! Пожалуйста, — захныкал Урфин не спуская глаз с острых краёв банки.

— Здец! — в шатёр вернулся Фельдшер в мокром халате и умытой физиономией. Килдинг опять впал в ступор после того, как Урий встал за его спиной.

— Всё? — обвёл я всех взглядом. — Тогда до завтра. Кислый проверь один броневик. Один оставим в крепости на всякий случай. Да, ещё надо сформировать команду в супермаркет за продуктами. И пусть там держатся плотнее и не теряются.

— Ближе ничего не осталось? — спросил он.

— Похоже нет, но тебе лучше знать. Мы эта… не местные типа. Пока, лет через сто, тогда да, — добавил папаша Кац.

— А я, Саш? — дёрнула его за рукав Маша.

— Ах, да. Лесник тут такое дело. Маша вот хочет с нами, со мной, то есть ну и с вами, конечно, — замялся Кислый.

— Со всеми? — уточнил Кац похоже окончательно выздоровел и даже успешно заставил покраснеть всех девушек.

— Можно мне к вам в команду? — пискнула красная как помидор Маша.

— Если будешь краснеть в ответ на всякую фигню, то нет, — заржала Лиана.

— У неё даже дара нет! — напомнил папаша Кац. — Как же?

— Ну так открой, в первый раз что ли, — удивился я.

— Как скажешь, — папаша Кац демонстративно вытер руки спиртовой салфеткой из саквояжа и подошёл к Маше. — И так, мадам. Какой дар вам открыть? Не хотите ли стать скреббером?

— Ой, я не знаю. Саш, какой лучше? — Маша выглядела очаровательно наивной, вся перетянутая ремнями портупеи.

— Какой получится. Если, — хмыкнул Кислый. Папаша Кац торжественно воздел руки над головой красотки и погрузил её в сон. Его волосы зловеще поласкались на ветру, Изя Кац прикрыл глаза наслаждаясь властью. Фельдшер в точности повторял его действия простирая свои грабли над побледневшим килдингом. Так они балдели пару минут, и потом Изя пробудился одновременно с Машей.

— Ну, ёпто, очаровашка, — только и сказал он. — Она у нас может прыгать во времени на минуту. Вперёд или назад, забирая с собой кого захочет. Три раза подряд!