— Вряд ли, — с сомнением покачала я головой. — А почему вы считаете, что кошка пропала? Она не могла уйти, к примеру, на охоту, либо уснуть где-то в укромном месте? Ведь прошло не так много времени.

— О нет, — покачала головой эрис Палмер. — Рэйдис очень домашняя, ласковая и никогда не выходит за пределы сада. И всегда прибегает на зов. В последний раз я видела её как раз вчера вечером. А на завтрак она уже не пришла.

— Рыженькая, с белой грудкой, — подсказала Айла.

— И с белым ушком, — добавила младшая сестра. И, слегка смущаясь, предложила, старательно выговаривая звук «р»: — Мы можем нарисовать её.

— Полагаю, нам хватит её любимой игрушки, — вежливо отказался Гарет от «портрета» пушистой пропажи. — Попробуем отыскать. Если ваша любимица придёт сама, свяжитесь с центральным управлением магполиции.

Получив слегка погрызенную плюшевую мышку и заверения, что в случае возвращения кошки хозяйка немедля об этом сообщит, мы вышли из дома. Я не слишком верила в то, что животное похитили ради подвески. Скорее всего, кошка действительно просто загуляла, но теперь мы обязаны были отыскать и её. Вместе с украшением. Остановившись у крыльца, я прикрыла глаза и стряхнула с пальцев тонкие нити магии, мысленно «спрашивая» у деревьев и кустарников, нет ли рядом с ними небольших предметов-артефактов. В конце концов, кошка могла стащить украшение с шеи, едва выбравшись из дома. Но нет, ничего похожего в саду не ощущалось. Зато пышный куст рододендронов у задней калитки «пожаловался» на сломанную ветку. Я сказала об этом Гарету и получила в ответ короткое:

— Пойдём.

Одна из веток действительно оказалась надломлена, и ароматные бутоны уже начали увядать. Кто-то неаккуратно задел её, проходя мимо. Пока я осматривала калитку, запирающуюся лишь на щеколду, ведьмак достал из кармана брюк флакон с серо-зеленоватым порошком и развеял несколько щепоток в направлении сада. Он не пытался оспорить моё главенство, не задавал ненужных вопросов, да и вообще работали мы на удивление слаженно, не мешая друг другу, и пока меня всё устраивало. Жаль, невысокая мягкая трава не сохранила следов, и понять, заходил в сад кто-то посторонний, либо рододендрон повредили резвящиеся дети, было сложно.

— Эйрис, — окликнул меня Гарет, успевший зайти за куст.

Я подошла и увидела, как у ног напарника на траве мерцают розоватые искорки.

— Похоже, хозяйскую кошку всё-таки действительно украли, — произнёс ведьмак. — Меньше суток назад здесь пролилось несколько капель человеческой крови. Животное явно сопротивлялось и оцарапало похитителя. Я попробую собрать материал для исследования.

Я кивнула и полезла за записывающим кристаллом. Но едва успела активировать его, как за оградой раздались чьи-то торопливые шаги, затихшие у калитки. Гарет насторожился и, сцапав меня за локоть, отодвинулся подальше за куст, чтобы не спугнуть гостя раньше времени. Калитка со скрипом приоткрылась, затем раздался шорох, словно кто-то открывал корзину для пикника.

— Ну давай, беги домой, — напутствовал кого-то мужской голос, а через мгновение мимо нас промчалась взъерошенная и перепуганная рыжая кошка с белым ухом. С тонкого ошейника свисала бирюзовая звёздочка.

— А вы, эр, постойте, — произнёс Гарет, делая шаг к калитке. — Магполиция Фесса…

В следующую секунду ведьмак пригнулся, уворачиваясь от корзины. Тот, кто принёс кошку, не хотел ни стоять, ни дослушивать. Он хотел удрать подальше — и воплощал свои планы в реальность. Но Гарет оказался шустрее. Перемахнул через ограду и, когда я с кристаллом наготове выбежала следом, уже защёлкивал наручники на запястьях молодого мужчины. На левой руке задержанного были глубокие царапины от кошачьих когтей.

— Вы задержаны за нападение на магполицейского при исполнении, — сухо сообщил ведьмак. — А как у вас оказалась чужая кошка, скоро выясним.

— Эры следователи! — раздался из сада голос эрис Палмер. — Рэйдис вернулась вместе с подвеской. Простите за беспокойство, я могу забрать заявле… Ой, а что тут происходит?

— Вам знаком этот мужчина? — спросила я.

— Немного, — чуть растерянно ответила женщина. — Этот эр с женой с месяц как переехали в дом в начале нашей улицы и ещё не успели познакомиться с соседями.

— Зато успели познакомиться с некоторыми животными, — хмыкнул Гарет. — Ваша кошка каким-то образом очутилась у него в корзине.

— Я всё объясню! — подал голос незадачливый беглец.

История оказалась простой и забавной. Супруга пойманного нами мужчины ожидала ребёнка, и не далее как накануне вечером срочно возжелала понюхать кота. Уткнуться в пушистый бок и дышать, дышать. Завести своего усатого и пушистого зверя пара пока не успела, соседские животные, периодически шныряющие по саду, разбрелись по домам, но ждать до утра у беременной женщины не было никаких сил. Кот требовался здесь и сейчас! И муж, прихватив корзину с крышкой, пошёл на охоту. А рыжая кошка Палмеров как раз устроила себе вечерний променад по саду — и попалась эру на глаза. Обрадованный мужчина попытался приманить животное, но Рэйдис не хотела выходить за ограду. Тогда он открыл калитку, погладил кошку, а когда попытался запихнуть её в корзину, Рэйдис начала вырываться и оцарапала его. Но человек оказался сильнее и торжественно унёс добычу супруге. Обласканная и накормленная всяческими вкусностями кошка через несколько часов успокоилась и милостиво разрешила погладить и понюхать себя, немного подремала на кровати, а потом куда-то забилась, и найти её удалось буквально полчаса назад.

— Я бы вернул её раньше, — сконфуженно закончил похититель котов, потирая освобождённые от наручников запястья. — Но так получилось.

— А убегать зачем бросились? — спросил ведьмак.

— Испугался, — честно признался тот. — Не ожидал, что из-за обыкновенной рыжей кошки меня будет караулить магполиция.

— Дети ей на шею моё украшение повесили, — пояснила эрис Палмер. — Кто ж знал, что так совпадёт… Эры магполицейские, у меня претензий к соседу нет! Он ведь не со зла, о жене заботился. — Мягко улыбнулась и добавила: — Мне ли не знать, как чудят женщины в положении. Вот моя сестра, к примеру, поначалу каждый день просила морские гребешки под соусом из морской вишни, хотя ни то ни другое терпеть не может, и нюхала бокал белого вина. А потом возжелала узнать, какова на вкус радуга. Всю семью извела! Хорошо, у мужа её друг маг воздуха: пришёл, поднял над стаканом воды радугу и велел, пей! А мать туда сиропа заранее добавила. Так что Олли до сих пор уверена, что у радуги привкус карамели. А я…

— Мы поняли, эрис Палмер, — перебила я её, внутренне вздрогнув. Истории о чужих беременностях для меня всегда относились к категории «ужасы». Чем больше слушаешь, тем меньше хочется, чтобы конкретно тебя это всё коснулось. Детей в целом я любила и твёрдо знала, что у меня они тоже будут, а вот к испытаниям, которые предшествуют появлению прелестных чад, готова не была. И я имела в виду вовсе не процесс зачатия, а такие вот внезапные странные желания. Ладно, кота понюхать, а если вдруг захочется коралл погрызть или морского ската лизнуть? — Значит, заявление вы забираете, претензий к соседу не имеете?

— Не имею, — подтвердила та.

Гарет кивнул, подтверждая мою догадку, что он тоже не хочет почём зря тащить будущего папашу в управление и разводить бумагомарание. Подвеска найдена, все счастливы.

— В таком случае, можете быть свободны, — заявила я. — Всего доброго.

Мы вернули эрис Палмер так и не пригодившуюся кошачью игрушку, а напоследок я коснулась пострадавшей ветки рододендрона ладонью, направив лёгкий импульс магии, и место слома затянулось тонкой чистой корой. Внутри разливалось удовлетворение от того, что нам удалось быстро закрыть дело о пропаже подвески. Разумеется, доложить придётся урезанную версию: дети играли и надели украшение на кошку, а кошка ушла гулять. Впрочем, вряд ли высокое начальство заинтересуется подробностями.

Задумавшись, я не заметила, как с дорожки для пешеходов едва не шагнула на мостовую, прямиком под колёса паромобиля. Откуда он только взялся на тихой улочке! Опомнилась лишь когда Гарет обвил меня рукой за талию и резко рванул к себе, вышибая воздух из лёгких.

— Эйрис, нельзя же не смотреть, куда идёшь, и считать ворон! — мягко упрекнул ведьмак. — Или в Фессе принято считать чаек?

Я вскинула на него взгляд… и пропала. Слишком близко ко мне стоял Гарет, и его ладонь на моей талии обжигала сильнее, чем солнечные лучи. И зрачки его были — два узких лезвия лунных серпов. Как тогда…

Все воспоминания, которые я так старательно прятала в самый дальний уголок памяти в шкатулку с надписью «Не трогать!», вырвались наружу и накрыли меня с головой.

* * *

Шесть лет назад

— Эйрис, ну чего ты боишься?! — уговаривала меня подружка. — Это же весело!

— Угу, до тех пор, пока не схлопочешь выговор за такие шуточки, — пробурчала я, и не думая подниматься с кровати. — Сразу всё веселье закончится.

— Да ладно тебе, спиритические сеансы не запрещены, — фыркнула собеседница. — Давай, Эйра, не будь скучной, как ком сухой земли. Вызовем дух магистра Кроустона, поспорим с ним о теории магических полей, спросим, какой билет попадётся на зачёте.

— Во-первых, он ещё никому правды не сказал, во-вторых, Джинни проговорилась, что вы на самом деле задумали, — строго отозвалась я. — Никаких приворотов, Флосс! Я не хочу завтра стоять в деканате и оправдываться, что мы только пошутили.

— Богиня, зачем ты отсыпала молодой девушке запас ворчания и брюзжания, которого хватило бы на десять старушек? — возвела очи к потолку приятельница. — Мы не собираемся никого привораживать! Так, вызвать интерес, лёгкую симпатию и мысли. Абсолютно безобидный и не подпадающий под запреты ритуал. Между прочим, универсальный, справятся и стихийники вроде нас. Что плохого в том, что Тоби Реднис наконец разглядит меня среди толпы почитательниц, а Гарет Лоренц пригласит тебя на свидание? Второй год по нему сохнешь, как рыба без воды. Пора действовать! Да и время сегодня подходящее: луна растёт — и чувства расти будут.

— Это моё личное дело! — осадила я говорливую подругу. — И вообще, Тоби и Гарет ведьмаки, да ещё и тёмные, наверняка у них к пятому курсу уже такое количество личных защит накручено, что тараном не пробить.

Последнее я сказала зря, потому что в глазах Флосс зажёгся огонь азарта.

— Вот именно, — сладким голосом пропела она. — Так что мы просто немного развлечёмся, повеселимся, выпьем чая с пирожными и в отличном настроении разойдёмся по комнатам. Давай, соглашайся.

Я сама не понимала, как так получилось, что подруга меня убедила, и из комнаты мы вышли вдвоём. Флосс едва не приплясывала от неожиданности, а я, прикинув, что для большинства ритуалов требуется личная вещь объекта воздействия, окончательно расслабилась. У меня таковых не было. Как-то не приходило в голову собирать алтарь имени Гарета Лоренца и бережно хранить там платок, которым он утирал пот со лба, забытый им конспект или ещё какую-нибудь бесполезную штуковину. Но я недооценила коварство девчонок! Две заразы прекрасно меня знали — и позаботились, чтобы я тоже смогла поучаствовать в ритуале. Для этих целей кто-то из них притащил оброненный Гаретом на тренировке кожаный браслет с вплетёнными в него каменными бусинами.

— Ну знаете! — возмутилась я, когда две заговорщицы, сияя от радости, преподнесли мне вещь парня, в которого я и впрямь была безнадёжно влюблена с прошлой зимы. — С этим браслетом никаких ритуалов не нужно, достаточно дать Гарету знать, что я нашла потерю, и он явится за ней в ближайшее время.

— Пф-ф-ф, — насмешливо фыркнула Джинни. — Зная тебя, ты бы ни за что не решилась вернуть Гарету браслет сама! В лучшем случае, передала бы через коменданта общаги.

— Придумаешь тоже, — хмыкнула я. — Я не настолько стеснительная.

— Ну да, ну да, а два года дальше пылких взглядов на объект обожания ты из гордости не заходишь, — с нескрываемым сарказмом произнесла Флосс. — Но ловлю на слове: ты отдашь браслет Гарету лично и потребуешь что-нибудь в награду.

— Например, свидание, — подхватила Джинни.

— Буду смотреть по обстоятельствам. — Я не торопилась давать опрометчивые обещания.

— Ладно-ладно, — не стала настаивать Флосс. — Но от ритуала ты теперь не отвертишься! Вот, держи шпаргалку.

Браслет был изъят из моих рук и торжественно уложен на чистый платок в круг из белых свечей и щедро утыканных гвоздикой апельсинов. Рядом на столе уже стоял полотняный мешочек с солью и нагревалась на горелке небольшая сковорода.

— Гарет Лоренц, — торжественно возвестила я, подглядывая в текст на листке, и щедро сыпанула на сковороду пригоршню соли, — силой стихий я, Эйрис Эйф, повелеваю, кхе-кхе, — тут я закашлялась от рвущегося смеха. — Повелеваю: приди ко мне, не противься мне, и пусть как эта соль трещит, так и сердце твоё обо мне говорит.

От жарящейся на сковороде соли пахло розами и чем-то приторно-сладким. А ещё мне показалось, что я вижу в ней листочки фиолетового базилика.

— Ещё одиннадцать раз, — подсказала Джинни, протягивая мне деревянную лопатку для помешивания.

— Для тех, кто с первого раза не понял? — фыркнула я.

Но послушно повторила. Затем ссыпала хорошо прожаренную соль в стеклянный стакан, накрыла платком и положила сверху браслет Гарета, чтоб вещь пропиталась флюидами романтики и любви и поскорее притянула своего хозяина ко мне.

Девчонки зажарили свои порции соли, подсказывая друг другу слова заговора, а потом мы наконец-то сели пить чай с пирожными. Свечи среди апельсинов горели, тихо колыхалось пламя. За окном сгущались сумерки. Мы не стали зажигать свет, да и атмосфера в комнате как раз располагала к уютной болтовне.

— Вы видели объявление? — спросила Джинни. — Деканат ищет пятерых добровольцев, которые готовы отправиться учиться по обмену в Фесскую академию.

— Да что там делать? — наморщила носик Флосс. — В Кинтане больше возможностей!