Тони какое-то время пристально смотрел на меня, а потом покачал головой.

— Нет. Нет, я этого не понимаю. С чего бы мне волноваться из-за того, что у нее было до нашей встречи? Она же не утверждала, будто была монахиней. Я знал, что у нее есть прошлое, как и у меня.

— Она рассказывала тебе об этом?

Он снова покачал головой:

— Нет. Я вообще никогда не понимал этого — рассказывать партнеру обо всех бывших и о том, сколько у тебя было связей. Зачем мне это знать? Она как-то начала говорить, еще до того, как мы съехались, но я сказал, что мне совершенно все равно, был ли у нее один парень до меня или сотня. Не смотри так, я серьезно.

— Нет, я тебе верю, это очень… на тебя похоже. Просто вспомнила про Ричарда…

— Дика[4], — перебил он. Он никогда не любил моего бывшего мужа.

— Он терпеть не мог, когда его имя сокращали… — Я заметила, как Тони приподнял бровь. — Ах да, ты не об имени. В общем, Дик допытывался у меня, сколько у меня было мужчин, уверял, что ему все равно, а когда я сдалась и сказала, надулся. — Я рассмеялась. — Даже страшно представить, что было бы, назови я настоящую цифру.

Дебби засмеялась:

— О да, я тебя понимаю… — Увидев тревожный взгляд Каллума, она широко и неестественно улыбнулась: — Конечно, мне не пришлось врать Каллуму, ведь я правда была девственницей, когда мы познакомились…

Я хмыкнула.

Засмеялась и Бренда:

— О да, мужчины редко признают, что то, что позволено одному, должно быть позволено и другому.

Малкольм взглянул на нее с легким ужасом, но промолчал. Думаю, он просто не рискнул задавать вопросы.

Тони улыбнулся и стал помешивать чай пальцем: сверху уже начала собираться тонкая пенка (и именно поэтому я терпеть не могу жирное молоко).

— Так как же этот тип мог ее шантажировать, если она знала, что мне все равно? Ей тридцать один, понятно, что у нее было прошлое.

Я вспомнила машину, спрятанную в гараже Роджера Лейти, и подозрительное пятно — антифриза или чего там — на обочине в день, когда нашли Мел. Такое же пятно было у дома Лейти.

— Думаю, дело не в том, что она сделала, а с кем, — осторожно сказала я.

Он посмотрел на меня в недоумении.

— Что, типа она была с кем-то несвободным? — спросил Каллум.

— Но мне бы это было безразлично, — возразил Тони.

Я ждала, что он скажет что-нибудь вроде: «Я бы не отказался взглянуть на ещё пару фоток, хи-хи», — и тихо порадовалась, что он этого не сделал. Хотя, учитывая, что Мел бросила его ради своего инструктора по вождению, это неудивительно. А вот Дик никогда бы не упустил случая продемонстрировать одновременно и хамство, и сексизм — ну или просто собственный идиотизм. Боже, ну и вкус на мужчин у меня тогда был.

— Нет, но, может, с кем-то еще… например, с братом?

— У нее не было брата, — сказал Малкольм.

Но Тони и Каллум переглянулись — и я поняла, что задела за живое.

— Крэйг, — горько усмехнулся Тони. — Проклятый Крэйг.

— Думаешь, это возможно? Я понимаю, формально он ей не брат, но дядя с тетей точно бы не обрадовались. Они ведь воспитывали их как брата с сестрой, так что это выглядит немного… — Единственное слово, что пришло в голову, было то самое, которое вчера использовал инспектор Уитерс: — Фу-у.

— О да, звучит правдоподобно, — сказал Тони. — Он вечно около нее крутился. Они были очень близки, пока она сюда не переехала, а потом он разобиделся, и мы его почти не видели. Что меня, честно говоря, вполне устраивало. Когда мы только начали встречаться, она знакомила меня с дядей и тетей, и он там был. И они с Роджером весь вечер надо мной издевались — и насчет того, что Мел меня бросила ради инструктора, и насчет магазина, и вообще. Полин, ее тетя, была ничего, но как мышка — слова не сказала. Зато было видно, что Крэйг ею вертит как хочет. Да, пожалуй, Крэйг — единственный человек на свете, из-за которого я бы действительно расстроился, узнав, что она с ним. Но даже тогда… расстроился бы, но пережил! Неужели Шерил этого не понимала?

Я коснулась его руки. Тони — хороший человек и заслуживал лучшей участи, а не всего этого.

— Может, она скрывала это не только от тебя. Я ведь не единственная, кому это кажется мерзким… — начала я, но осеклась, осознав, что несу. Вряд ли ему хотелось бы, чтобы роман или что там у них было обсуждал весь город. Я быстро сменила направление: — То есть вы все ведь тоже считаете, что это неприемлемо, правда?

Остальные закивали, но Тони прекрасно понял, что я имела в виду совсем другое.

— Черт побери, Джоди, кто еще об этом знает? С кем ты это обсуждала?

— Только с инспектором Уитерсом, — сказала, стараясь не обращать внимания на то, как у Дебби взлетели брови при упоминании его имени. «Господи, да она хуже моей мамочки!»

— Прости, я встретила его вчера вечером и поделилась с ним своими подозрениями. Но о шантаже я тогда не знала, я подумала: может, они сбежали вместе или что-то в этом роде… — Мне не нужно было уточнять, что конкретно подразумевалось под «что-то в этом роде»: что Шерил мертва.

Тони глубоко вздохнул, стараясь успокоиться:

— Так почему ты думаешь, что Крэйг к этому причастен? Я его ненавижу, но, кажется, он даже не был знаком с Мел.

— Я знаю, что он был на вечеринке в пятницу вечером, — сказала я. — Не припомню его в баре, когда уходила, но, если честно, я и не смотрела. А в субботу он был? Я не уверена, что видела кого-то из Лейти.

— Роджер был, — сказал Каллум. — Я тогда выполнял обязанности шафера, пытался направлять первых гостей в бар на приветственный бокал. Роджер сообщил, что Крэйг задерживается, но будет к церемонии.

— Только Роджер-то знал, что он не придет, потому что…

— «Потому что» что? Что ты знаешь? — Тони подался вперед. — Джоди, говори. Я с ума схожу.

— Ладно. Во-первых, я ничего не знаю наверняка. Это всего лишь то, как, по-моему, все могло быть. — Я сделала вдох, чтобы дать себе секунду разложить все по полочкам. — Так. Вы же знаете, что полиция нашла серьгу Шерил? — Все кивнули. — На самом деле ее нашла я. В траве была тропинка, ведущая с территории к обочине трассы А-39. Серьга лежала недалеко от забора. Вы помните, в чем был Крэйг в пятницу?

Тони выглядел озадаченным:

— Понятия не имею.

Но тут Малкольм сунул руку в карман и достал телефон.

— Я сделал несколько фото, — сказал он. — Думаю, Крэйг и Роджер стояли тогда рядом с нами. Вот, я не вижу — очки дома оставил…

Малкольм протянул мне телефон, и я стала листать снимки. Там было несколько кадров чьих-то ног (предположительно самого Малкольма) и почему-то случайное фото спины Бренды, но, наконец, я нашла снимок с вечеринки. Группа мужчин у бара: Тони в центре, смеется над чем-то, что только что сказал Каллум (он тоже там был, а я его и не узнала). А за ними — хмурый Крэйг Лейти в белой рубашке в тонкую синюю или серую полоску. Точно такая же ткань, как тот клочок, что застрял на заборе.

— О, Тони, — сказала я, и голос у меня дрогнул. — Я начинаю думать, что права. Полагаю, он мог убить Шерил.

***

Я рассказала «военному совету» о тропинке в траве, которую мог проделать и чемодан, но, гораздо вероятнее, тело, которое волокли по земле. Я рассказала им о непонятном пятне — может, и простое совпадение, а может, это «Рендж Ровер» Роджера Лейти с его подтекающим антифризом стоял там недавно. Я рассказала о машине Крэйга, спрятанной в гараже в Боскасле, хотя говорили, что он уехал в Оксфордшир (и все согласились: никто, имея собственный автомобиль, в здравом уме не поедет отсюда поездом), о его матери, отбывшей в Хелстон. Я рассказала о Роджере Лейти и его спортивной сумке, в которой, возможно, лежали лишь пикантные трусики и какая-нибудь игрушка для взрослых на батарейках (мысль об этом, кстати, вызвала у всех еще большее «фу-у», чем идея о связи Крэйга и Шерил), но в ней с тем же успехом могли быть вещи и деньги для Крэйга, чтобы помочь ему скрыться.

— Ты думаешь, Крэйг… — Тони с трудом сглотнул, не в силах произнести вслух, — думаешь, он совершил какую-нибудь глупость, а потом рассказал Роджеру и попросил помощи?

— А разве он не матери позвонил бы первым делом? — спросила Бренда. По правде говоря, окажись Тони в такой ситуации, он бы точно позвонил ей, а не отцу — добрейшему человеку, но настолько классическому корнуолльцу — спокойному, ленивому и непрактичному, что толку в таких обстоятельствах от него было бы мало.

— Я думала об этом, — сказала я. — Из них двоих кто скорее смог бы что-то провернуть? У кого есть связи, кто знает, как быстро достать деньги, не привлекая внимания, и кто может раздобыть поддельный паспорт или удостоверение?

— Роджер, — кивнул Тони. — Да, ты права. Полин сделала бы для него все, но на деле она ничем бы не помогла.

— Так что, — сказала Дебби, — думаешь, он смылся?

Я покачала головой:

— Не так быстро. На то, чтобы сделать фальшивые документы, нужно несколько дней. Разве что он все заранее спланировал, но я не думаю, что он планировал убить Мел. Зачем? Он даже ее не знал. Могу лишь предположить: она застала его с Шерил и попыталась вмешаться. Нет, скорее он где-то затаился.

— Роджер его прячет, — решительно сказала Дебби.

— Ага.

— Он держит его в каком-нибудь трейлере на одном из своих кемпингов, — сказал Каллум.

— Возможно, — сказала я. — Но в каком? У него ведь целая сеть.

Тони вдруг опустил глаза, потом оглядел комнату:

— А где собака?

— Жермен? Дома. А что?

Он осклабился, и в глазах блеснул безумный огонек:

— Не хочешь с ней прогуляться?

***

Я не была до конца уверена, что таскаться с Тони по кемпингам, принадлежащим Лейти, — блестящая идея. Кто знает, что он сделает, если мы и правда наткнемся на Крэйга? Но после двух суток в камере, зная, что настоящий убийца где-то рядом, он был в беспокойном, слегка маниакальном настроении. И я чувствовала, что если не пойти с ним сейчас, он сорвется и натворит дел еще похлеще, чем я.

Мы загуглили «кемпинговую империю» Лейти и составили список тех, что находились в радиусе пятнадцати миль от Боскасла — просто потому, что все за один день не обойти. Мы исключили палаточные городки — спеша спрятаться от полиции, кто станет ставить палатку? — и сосредоточились на тех, где уже установлены трейлеры.

Осталось четыре кемпинга, и через каждый проходили или рядом тянулись общедоступные тропы.

— Мы проверим тот, что в Требарвите, — сказала Дебби. — Все равно хотели свозить детей в Тинтагель.

— А мы посмотрим в Сент-Джулиот, — предложила Бренда. — По дороге обратно заедем, выпьем чаю со сливками и джемом в этот симпатичный паб.

— А мы с тобой займемся двумя последними, — сказал Тони.

У меня все еще были сомнения, но теперь, когда я выпустила джинна из бутылки, рассказав всем о своих подозрениях, остановить их было невозможно. Они хотели найти Крэйга, и побыстрее.

— Ладно, — сказала я. — Но помните: никаких гражданских арестов, никаких задержаний. Мы едем туда, только чтобы посмотреть-послушать. Держитесь незаметно и не лезьте на рожон. — Я окинула взглядом свой «отряд»: двое пенсионеров, лысый толстяк и шумная северянка — и все воспринимают это как развлечение. Мне вдруг ужасно захотелось обратно к бывшим сослуживцам в Лондон. Я вздохнула: — Просто будьте осторожны.

Тони отвез нас за собакой. Мама и Дейзи тоже захотели с нами, и поначалу я сомневалась. Но вид их двоих и собаки явно немного успокоил Тони, и я подумала, что их присутствие поможет ему держать себя в руках. Честно говоря, я не надеялась, что мы действительно найдем Крэйга. Уж больно много мест, где он мог прятаться. И хотя нутром я чуяла, что он затаился, оставалась вероятность, что после моего вчерашнего визита Роджер переправил его подальше. Я начала понимать, что врываться куда попало без раздумий — не всегда лучший план. Но признаваться в этом старшему инспектору Уитерсу я бы не стала, даже под пытками.

— А давайте съездим в Миллук-Хейвен, — сказал Тони, будто это пришло ему в голову только что.

Мама с любопытством переводила взгляд с него на меня: может, она и простовата, но вовсе не дура и отлично поняла, что мы что-то замышляем. Однако мама промолчала.

День был чудесный. Мы шли по тропинке вдоль утесов, и впервые с того самого дня в магазине Тони, казалось, расслабился. Хотя он радовался предстоящей свадьбе, воображаю, как нервничала Шерил (теперь понятно почему — вдруг Крэйг появится и все испортит). А это, в свою очередь, накручивало и Тони. Обычно-то он был спокойный и покладистый.

Жермен бежала впереди в поисках кроликов, хотя я подозревала: попадись ей хоть один, она бы не знала, что с ним делать. Дейзи, смеясь, бежала следом, а мама дошла лишь до большого плоского валуна с видом на море, села и объявила, что подождет нас там. К сожалению, в последние дни артрит давал о себе знать и у нее побаливали колени.

Мы с Тони отправились дальше. Я наблюдала, как он жадно вдыхает морской воздух и на бледные щеки возвращается румянец. Он выглядел почти счастливым. Почти.

Он заметил, что я на него смотрю, и рассмеялся:

— Что?

— Ничего. Просто радуюсь, что ты снова похож на себя.

Он ухмыльнулся:

— Если ты ждешь, что я вытру нос рукавом…

— Ну, до такой степени походить, пожалуй, не стоит.

Мы пошли дальше. Море мерцало бирюзой на жаре, солнечные блики играли на ряби волн. Я прищурилась.

— Смотри, как солнце заставляет волны искриться, — сказала я. — Я думала об этом, когда рожала Дейзи. Пыталась обойтись без обезболивания…

— Господи боже мой, зачем? — Тони был поражен. — Я бы просил все лекарства на свете. Или лучше вообще быть без сознания.

Я рассмеялась:

— Да, в итоге я передумала, и мне дали эпидуральную анестезию. К черту естественные роды. Это продолжалось не один час, я вымоталась, а акушерка предложила представить себе «счастливое место». Вот я и представила: море у северного побережья Корнуолла. Мы с тобой и вся компания, купание на пляже Уайдмаут, когда мы видели дельфинов, помнишь? Я бывала в странах, где океан теплее, но цвет все равно не такой, как здесь в солнечный день. Это место остается с тобой, даже если уехать.

Тони улыбнулся:

— Конечно помню. Значит, ты вернулась насовсем?

— Никогда не говори «никогда», но да, такой план.

— Твоя мама, наверное, счастлива. Да и я тоже.

Мы остановились и повернулись к морю. Позади, на вершине холма, раскинулся кемпинг Лейти.

— Ты все еще хочешь это сделать? — спросила я.

— Найти Крэйга? Еще бы. Хотя, если подумать, можно было просто устроить засаду у дома Роджера и проследить за ним, когда он выйдет.

Я вспомнила ярость инспектора Уитерса, когда он явился ко мне вчера вечером после заявления Лейти.

— Нет уж, не стоит. Думаю, старина Родж и так вот-вот потребует издать запрет на приближение, а уж если он заметит, что мы его пасем… — Я криво улыбнулась. — Ладно, давай рискнем. Но не лезь напролом. Это моя работа.

***

Мы поднялись на холм и пошли по тропинке в сторону кемпинга.

Шла первая неделя летних каникул: весь Корнуолл — за исключением прекрасного, но слегка мрачного и малопригодного для семейного отдыха утеса, откуда мы только что пришли, — был забит людьми, и кемпинг не был исключением.

Мы бродили между трейлерами, направляясь к маленькому магазинчику и офису в центре кемпинга, внимательно высматривая Роджера Лейти: уж очень мне не хотелось, чтобы он нас заметил.

Но его не было видно.

Все трейлеры явно были заняты.

Дети играли, снаружи висели пляжные полотенца, на порогах стояли вьетнамки с песком — все признаки Великого Британского Отпуска На Море.

Ни один не выглядел так, будто в нем кто-то прячется от закона. Впрочем, как это вообще должно выглядеть?

Тони посмотрел на меня:

— Поехали к следующему.

Мы побрели обратно вниз по холму, собирая по пути собаку, ребенка и маму, а потом проехали несколько миль вверх по побережью, в сторону Бьюда.

По дороге мы остановились перекусить в кафе с видом на пруд и заповедник, и я почти забыла, что это не просто милая семейная экскурсия.

Но стоило взглянуть на Тони — он нервно ковырял еду на тарелке и не мог съесть больше пары кусочков, — как сразу вспоминалось: мы ищем убийцу. В самых невероятных местах.