Дзаппу вызвали в администрацию порта радиограммой и послали за ним пограничный катер. Шторм на море был не менее 5 баллов, поэтому расстояние в три кабельтовых утлое суденышко преодолевало около часа. Столько же времени потребовалось и на обратный путь, хотя в штиль на это тратилось не более 15 минут.

После взаимных приветствий Казаченко, выступавший в роли переводчика, представил Кудрявцева как заместителя начальника Новороссийского порта.

Генерал был настроен бескомпромиссно и без предисловий начал мозговую атаку: предъявил Дзаппе видеофильм о зигзагообразных метаниях его судна в траверзе порта и попытках стать там на якорь. Комментируя передвижения «Genova», он упирал на то, что именно его якорь повредил стратегический кабель.

Дзаппа повел себя неожиданно агрессивно, аргументы генерала встретил в штыки, фильм обозвал дешевым монтажом, а повреждение кабеля якорем «Genova» отверг категорически. Грозил обратиться в Ллойдовскую страховую компанию, чтобы из ее экспертов и военных специалистов НАТО учредили независимую комиссию, которая проведет эксперимент и выяснит, действительно ли «Genova» повредил стратегический кабель…

«Мне нравится, дружок, твоя угроза созвать комиссию, — мысленно усмехнулся генерал. — Это означает, что блеф с повреждением кабеля удался, и ты его заглотил! А теперь — второй акт спектакля, и посмотрим, как ты запоешь, когда я выложу перед тобой “туза из рукава”!»

Генерал Кудрявцев попросил кофе для всех, поудобнее устроился в кресле и в доверительном тоне озвучил Дзаппе то, чем его снабдили коллеги из Первого главка.