Драконий двор был тих в серебряном сиянии луны. Длинные тени тянулись от высоких статуй четырех драконов, каменная чешуя поблескивала в слабом свете.
Я пересекла внутренний двор. В тени шевельнулась фигура.
Блейк выступил из темноты. На мгновение у меня перехватило дыхание.
Он выглядел так, словно принадлежал скорее миру теней и лунного света, чем царству плоти и крови. Белая льняная рубашка облегала его грудь и широкие плечи, напоминая мне о его силе. Подойдя ко мне, он бросил пиджак, который держал в руках, на скамейку, и мое сердце бешено заколотилось в груди.
Он был… невероятно красив. Сегодня вечером он был красивее, чем я когда-либо видела.
– Пендрагон, – произнес он. Затем более мягко: – Медра.
Легкая улыбка тронула мои губы. Я хотел этого. Я так долго притворялась, что это не так, но теперь, глубокой ночью, когда Блейк вот так смотрел на меня, отрицать все казалось совершенно бессмысленным.
Все, что я чувствовала, – это притяжение. Непреодолимое влечение, которое всегда связывало друг с другом и которое, казалось, в последнее время стало еще сильнее. Оно призывало нас стать единым целым, как бы я ни сопротивлялась ему.
Он поднял руку и с удивительной нежностью коснулся моей щеки. Прежде чем я успела передумать, я подалась навстречу его прикосновению.
Он поцеловал меня.
Поцелуй был горячим, настойчивым, воспламенившим каждый нерв в моем теле.
Я жадно ответила на поцелуй, мои руки потянулись к воротнику его рубашки, притягивая его ближе, как будто я боялась, что, если отпущу его, он может исчезнуть в тени.
Его руки, сильные и властные, легли мне на бедра.
Время остановилось. Не было ни вины, ни страха. Ни прошлого, ни будущего. Было только это. Только он.
Блейк углубил поцелуй, его язык скользнул между моими губами, и у меня закружилась голова. Сколько раз я говорила себе, что ненавижу его? Но теперь все это как будто исчезло.
Он изменился. Он ведь доказал это, не так ли? Он защищал меня. Я видела, как он вставал горой за людей, о которых заботился, как сильно ему было больно, когда он терпел неудачу. У него была более мягкая сторона, стоило просто посмотреть на него с Невиллом.
Может быть, лишь может быть, мы сможем преодолеть все сложности. Реган исчезла из поля зрения. Теперь мы были только вдвоем. Может, мы сможем найти что-то настоящее. Создать настоящее партнерство. Найти то, за что стоит бороться.
Блейк отстранился. Его руки скользнули по моему телу, и я ахнула. Затем он поднял руку и коснулся одного из моих длинных рыжих локонов.
– Ты такая красивая, маленький дракончик, – прошептал он.
Его голос звучал почти благоговейно. Я поняла, что таю под напором этих слов.
Никогда ни к кому меня не тянуло так, как к нему.
Он поцеловал меня в губы, в щеку, в изгиб подбородка. Я вцепилась пальцами в ткань его рубашки, прижимаясь к нему всем телом.
Его губы коснулись моей шеи.
– Медра, – прошептал он тихо и нежно. – Позволь мне позаботиться о тебе.
Я чувствовала в нем силу. Под маской контроля скрывалась необузданная мощь. Я была в восторге от того, что касалась его, ощущала его силу, знала, что она была для меня.
Его губы зависли над пульсирующей точкой на моей шее. Я ему доверяла.
А потом я почувствовала его клыки.
Резкое давление. Затем острый укол, когда его зубы разорвали мою кожу.
Мои глаза распахнулись, когда меня пронзила боль. На долю секунды я застыла, слишком ошеломленная, чтобы среагировать.
Затем, собрав всю силу, на которую была способна, я оттолкнула его.
Он отшатнулся. На мгновение он выглядел уязвленным, растерянным, как будто не мог понять, почему я это сделала.
Капля моей крови окрасила его губы, и я почувствовала, как меня захлестывает волна ярости.
Он поднес руку ко рту и вытер кровь.
Я прижала руку к шее, чувствуя, как из двух маленьких проколов сочится алая жидкость.
– Какого черта ты делаешь, Блейк? – Мой голос дрожал от изумления и гнева. – Ты собирался кормиться мной? Даже не спросив?
Он шагнул было ко мне, но я отпрянула. Я была готова простить его, забыть обо всем, а он попытался заявить на меня права – самым худшим из возможных способов.
Выражение лица Блейка стало суровым.
– Мне не нужно тебя спрашивать.
Я думаю, что именно в этот момент мое сердце разбилось вдребезги.
Я уставилась на него.
– Прошу прощения? Мне кажется, я ослышалась.
– Это следующий логический шаг, – настаивал он. – Это то, что мы должны сделать.
Я покачала головой.
– Следующий шаг? Следующим шагом было бы… Я не знаю. Прогулка. Ужин. Больше разговоров, меньше драк. – Я схватилась руками за голову. – Но ты пытаешься меня укусить без разрешения!
Его красивое лицо вспыхнуло.
– В любом случае, разве у вас нет для этого кровавых борделей? Трэллы? Добровольные грязнорожденные? Тебе не нужно этого делать.
– Мне не нужен кровавый бордель. Или трэлл. Больше нет. Мне нужна только ты.
– И это должно быть романтично? – Я издала резкий смешок. – Меня это не устраивает.
– Такова правда. Мы связаны узами. Мне не нужно просить, чтобы взять то, что принадлежит мне. – Его глаза полыхали безумием. Он был голоден. Как долго он обходился без крови, внезапно подумала я. Я знала, что он терпеть не мог использовать трэллов. Когда он в последний раз ел? Как долго высокородный может обходиться без еды?
– Ты сумасшедший, если думаешь, что это правда, – холодно сказала я. – Я не твоя. Я не твоя собственность.
Он шагнул ко мне, и я вскинула руки.
– Просто послушай, – взмолился он, но в его голосе не было и намека на извинение. – С того момента, как твои губы коснулись моей крови, а мои – твоей, наша связь стала полной. Я не смогу кормиться ни от кого, кроме тебя.
– Что ты только что сказал? – Я уставилась на Блейка так, словно могла его испепелить лишь одним взглядом. – С того момента, как мои губы коснулись твоей крови?
Он медленно кивнул.
– Ты солгал мне. – Меня трясло от ярости. – Ты сказал, что твоя кровь защитит меня. Ты ничего не сказал о том, что это ускорит процесс формирования нашей связи или что бы это, черт возьми, ни значило.
– Я не сказал. Я не мог. Я знал, что ты скажешь «нет».
– Ты прав, – ответила я. – Я бы так и сделала. Ты солгал мне. То, что ты сделал, было насилием. Я бы никогда не выпила твою кровь, если бы знала.
– Тогда ты бы погибла, – прямо сказал он. – Мне нужно было, чтобы ты доверяла мне. Это было частью процесса. Нельзя связать узами насильно.
Слова обрушились на меня с грохотом.
– Ты действительно думаешь, что выстояла бы против Реган? Против трех высокородных без моей крови в тебе? – Он покачал головой. – Ты сильная, быстрая и самая умная женщина, которую я знаю. Но даже ты не настолько хороша. Ты должна была знать, ты должна была почувствовать, что моя кровь с тобой делает.
Я ничего не сказала. Он был прав, и я это знала. Но в то же время он был глубоко, ужасно, возмутительно неправ. Очень неправ.
Я словно оцепенела. Я смотрела мимо него, и мой взгляд остановился на черном каменном драконе Дома Авари. По его боку пробежала глубокая трещина. Подземные толчки. Должно быть, землетрясения повредили каменные статуи. Интересно, их можно отреставрировать?
Трещина манила меня, отражая мое разбитое сердце.
– Это тебя не оправдывает, – сказала я тихо. – Я заслужила право выбора. И все еще заслуживаю.
– Если ты не позволишь мне покормиться, я умру, – сказал он. – Так каков твой выбор?
– Умирай, – прошипела я. – Потому что я не стану тебя спасать. Не так.
– Я спасал твою жизнь снова и снова, Пендрагон. Я убивал ради тебя. Проливал кровь за тебя. Я делал это добровольно и сделал бы снова.
– Я никогда не просила тебя об этом. – Я сорвалась на крик.
– Это то, что партнеры делают друг для друга, – рявкнул он в ответ. – Разве ты этого не чувствуешь? Это… влечение? Мы связаны, ты и я.
Я покачала головой.
– Я не знаю, что реально. Я не знаю, правда ли то, что я чувствую. Если верить тому, что ты говоришь, то мы не были связаны, пока ты обманом не заставил меня испить твою кровь. Так что же я чувствую сейчас? Это все ложь.
– Это не ложь, – настаивал он.
– Я думала, ты изменился, – перебила я, повысив голос. – Я подумала, что, может быть, мы могли бы забыть обо всем, что случилось в этом году. То, как ты обращался со мной. То, как ты со мной разговаривал. Но я ошиблась.
– Медра, я…
– Нет, – холодно отрезала я. – Думаю, мне больше нравилось, когда я была просто «Пендрагон». Потому что ты меня не знаешь. И я совершенно не знаю тебя. Ты издевался надо мной, мучил, унижал. Я знаю, что ты сделал с Вишей. Она рассказала.
Он выглядел озадаченным, и я почувствовала прилив удовлетворения.
– Она рассказала мне правду, – повторила я. – Ты отправил ее напасть на меня в тот самый первый день. Ты, а не Реган. Ты хотел, чтобы я проиграла. Я могла умереть.
– Она потеряла контроль из-за жажды крови. Я позвал Санкару так быстро, как только смог, – запротестовал Блейк. – Я не хотел, чтобы ты проиграла. Я просто хотел проверить твой характер, вот и все.
– Санкара. Верно. Санкара, а не ты. Ты мог бы вмешаться в любой момент, если бы тебе действительно было не плевать. Ты мог бы остановить Вишу, закончить то, что начал. Но ты этого не сделал. У тебя есть учитель, который сделает это вместо тебя. И я уверена, что ты сделал это только потому, что… что? Боялся неприятностей?
– Нет, потому что даже тогда я что-то чувствовал к тебе, – вздохнул он. – Я не должен был заботиться о тебе. Никогда не собирался. Но я начал, и до сих пор это делаю. Больше, чем ты можешь…
– Мне все равно, – оборвала я его ровным голосом. – Мне все равно, что ты думал тогда. Мне все равно, что тебя волнует сейчас. Мне плевать. – Я покачала головой. – Я не хочу тебя. Я не хочу этого. Ты думаешь, что только потому, что ты родом из семьи, нет, из целой культуры людей, которые манипулируют и контролируют друг друга, ты можешь поступать так и со мной без каких-либо последствий? Не можешь, Блейк. Я тебе не позволю.
Его глаза потемнели.
– Что сделано, то сделано.
Я уставилась на него.
– Что ты хочешь этим сказать?
– Я говорю, что мы связаны, нравится тебе это или нет. Я не могу этого изменить, даже если бы захотел.
– А ты и не хочешь, – прошептала я. – Я права?
Он не ответил, просто сделал шаг в мою сторону.
– Теперь мы партнеры. Самого высокого порядка. Я не могу питаться ни от кого другого, даже если бы захотел. И твое тело… – Его голос смягчился, но мрачный оттенок остался. – Твое тело откликнется на мой зов. Хочешь ты этого или нет.
У меня помутилось в голове.
– Это неправда. Это не может…
– Это правда. – Блейк прервал меня, сделав еще один шаг ко мне. – Ты чувствуешь это, не так ли? Притяжение.
– Нет. – Мой голос был резким, но предательское тепло разливалось по телу, несмотря на мои протесты.
– Я должен тебе показать, – пробормотал Блейк.
Я развернулась на пятках, это был мой единственный выход из положения.
– Остановись, – скомандовал Блейк.
Я застыла. Я не могла пошевелиться. Не могла ходить. Мое тело предавало меня. Меня охватила паника. Невидимые цепи притянули меня обратно к нему.
Я задохнулась.
– Что ты со мной делаешь? – выдохнула я. – Ты используешь трэлл-принуждение.
Я подняла свои ментальные щиты, пытаясь отгородиться от него. Но я не чувствовала его в своем сознании.
И все же мое тело явно находилось под его контролем.
Блейк подошел ближе.
– Нет, – прошептал он, обдавая горячим дыханием мое ухо. – Это и есть связь.
Его глаза были темными и голодными.
– Мне жаль, что так получилось. – Его губы скользнули по моей шее. Его рука убрала волосы с моего лица.
– Нет, – прошептала я. Я оказалась в ловушке, захвачена заклинанием, о котором даже не подозревала.
Блейк не колебался. С неожиданной силой он вонзил клыки в мою шею, проколов кожу.
Я задохнулась. Боль была мгновенной, острой и жгучей.
Я чувствовала, как кровь пульсирует в моих венах, попадая ему в рот. Мое тело содрогнулось.
Мое дыхание стало быстрым, неглубоким. Мой разум кричал, чтобы я оттолкнула его.
Но руки не двигались.
Боль начала утихать. На смену ей пришло что-то похожее на удовольствие.
Я подняла руки, но не для того, чтобы придушить его, а чтобы запутаться в его волосах.
– Блейк, – взмолилась я.
– Я тоже это чувствую, – пробормотал он между глотками. – Мы не можем этого отрицать. Мы не должны. Никогда еще не было так хорошо. Теперь ты моя. Навсегда.
Губы Блейка крепко прижимались к моей коже, пока он пил.
Он не собирался останавливаться. Моя кровь звала его.
Что-то менялось. Энергия покидала меня. Мое тело, когда-то теплое, похолодело. Я попыталась пошевелиться, оттолкнуть его, но мои конечности ослабли.
– Блейк… – Я задохнулась.
Он не останавливался. Или он не мог. Его голод, его потребность казались всепоглощающими. Его хватка усилилась, когда он стал пить глубже, настойчивее.
Мое зрение начало затуманиваться, мир вокруг ускользал. Я почувствовал, как мое тело сотрясает дрожь. Земля дрожала.
Но дело было не только во мне.
Задрожали камни Драконьего двора.
Внезапно нас швырнуло на землю. Я закричала, но мой голос потонул в оглушительном грохоте вокруг.
Весь двор вибрировал с невероятной силой.
Блейк навис надо мной, обхватив меня руками и прикрыв мое тело своим.
– Пригнись, – прорычал он.
– Отвали, – выдохнула я, слабо сопротивляясь ему. Но он не двинулся с места.
Огромный кусок камня рухнул неподалеку, подняв в воздух облако пыли и обломков.
Затем упал еще один, ударив Блейка по голове.
Я снова закричала, когда из глубокой раны у него на лбу потекла кровь, капая на меня. Но он по-прежнему не двигался. Его дыхание было тяжелым, мышцы напряглись, когда вокруг нас посыпались новые камни.
Среди этого хаоса кое-что привлекло мое внимание.
Падающие камни. Все до единого были черными. Земля снова содрогнулась, на этот раз сильнее.
Раздался оглушительный рев. Я увидела, как расширились глаза Блейка.
Но я уже знала, что происходит. Может быть, часть меня все это время знала.
Я наблюдала, как Блейк повернул голову как раз вовремя, чтобы увидеть, как каменный панцирь черного дракона начал крошиться, а древний зверь под ним зашевелился.
Оковы соскользнули с тела дракона, обнажив гладкую, полуночно-черную чешую.
Он встряхнул крыльями, освобождаясь от обломков, и расправил их с мощным щелкающим звуком.
Издав еще один оглушительный рев, черный дракон широко раскинул крылья, закрывая лунный свет.
Зрелище было ужасающим. Великолепным. Пугающим.
Я оттолкнула Блейка.
– Шевелись. Блейк, шевелись. – Мой голос был хриплым, отчаянным, и на этот раз принц подчинился.
Я с трудом поднялась на ноги, чувствуя слабость во всем теле. Тряхнув головой, я шагнула к дракону.
Он смотрел на меня в ответ.
Существо было огромным. Увидеть черепа – это одно. Сейчас был другой случай.
Его крылья были широко расправлены, каждый сантиметр покрыт мерцающей черной чешуей, выглядевшей непробиваемой броней.
У него были глубоко посаженные глаза рептилии, светящиеся в темноте, как угли. Голова была длинная, изящная, увенчанная темными спиралевидными рогами.
Он наклонил голову, и его челюсть приоткрылась, обнажив ряды острых, как бритва, белых зубов.
Мое сердце бешено колотилось, но я все равно делала шаг за шагом по направлению к дракону. Потом я услышала, как он заговорил.
– Спасибо, что разбудила меня.
Я застыла. Он говорил на традиционном сангратийском, его мысли были обращены ко мне.
– Я тебя не будила, – ответила я дрожащим голосом. – Я думаю, наверное, произошла какая-то ошибка.
– Никакой ошибки. – Дракон, прищурившись, посмотрел на меня. Несмотря на его внушительные размеры, в его движениях чувствовалась элегантность.
– Ты произнесла слова. Ты разорвала связь. Ты вернула меня.
– Я не понимаю… – начала я. Затем мои мысли вернулись к заклинанию, которое я произнесла в этом самом дворе несколько месяцев назад. То самое, которое я использовала, чтобы разорвать душевные узы.
– Кровью и дыханием, ночью и небом, – прошептала я. – Я разрываю узы, связывающие души.
Дракон наклонил голову.
– Пусть то, что было поймано в ловушку, освободится и полетит, больше не связанное навечно. От сердца к душе, от крови к костям, пусть жизнь вернется туда, где вырос камень. То, что приковано цепями, теперь взлетит, пробудившись душой этой ночью, – продекламировал он. – Старые слова. Могущественные.
– Я не понимаю, – прошептала я в ответ. – Ритуал. Он должен был положить конец связыванию. Освободить душу.
– И это произошло, – отметил дракон.
– Но я не… собиралась… возвращать кого-то.
– Возможно, страницы твоей книги склеились, – прорычал дракон, в его голосе слышалось веселье по поводу моего замешательства. – Да, ты совершила ритуал, призванный разорвать связь и вернуть душу к жизни. И вот теперь я проснулся.
Дракон взмахнул крыльями, послав по двору порыв ветра, который сотрясал гальку и мусор и откинул мои волосы.
Я лихорадочно соображала, пытаясь вспомнить все, что читала о драконах в книгах профессора Родригеса.
Драконы не были безмозглыми тварями. Они были разумными древними существами, обладавшими огромной мудростью и могуществом. Они жили дольше, чем грязнорожденные. Большинство из них могли жить дольше высокородных. Связь с одним из них была почти священным актом, и к тому же опасным. Она требовала посвящения. Связь была единственным способом завоевать верность дракона.
Я не могла поверить, что действительно собиралась это сделать. Не после того, через что Блейк только что заставил меня пройти.
Но если я хотя бы не попытаюсь, что со мной будет?
Мои мысли путались, пока я перебирала все, что могла вспомнить о ритуалах и методах. Я чувствовала на себе взгляд дракона, наблюдавшего за каждым моим движением с каким-то отстраненным любопытством.
Время уходило незаметно.
– Никсарис, Сумеречный дракон из Дома Авари, – начала я. Мой голос дрожал. Неужели это древнее существо действительно отнесется с уважением ко всему, что я скажу?
– Так ты знаешь мое имя, – пророкотал дракон. – Ты из Дома Авари, малышка?
– Нет, но я… Нам нужно установить связь, – пробормотала я. – Я не могу позволить тебе уйти. Я единственный наездник в Санграте. – Эти слова прозвучали совершенно нелепо, когда сорвались с моих губ.
Дракон, должно быть, тоже так думал. Он фыркнул, обдав меня горячим дыханием. Я вздрогнула.
– Никсарис из Дома Авари, ты… ты великолепен. Твоя чешуя сияет, как сама ночь, излучая мудрость веков. – Я напрягала свой мозг, пытаясь вспомнить слова, которые когда-то читала. Почему, ну почему я не уделяла этим книгам больше времени? – Твоя красота… Это похоже на звезды. Каждая звезда, должно быть, трепещет, когда видит твое величие. Предана тебе в почтении.
Глаза дракона сузились, и я почувствовала, как его веселье растет, но я продолжала настаивать, и мой голос набирал силу.
– Ты самое могущественное существо, которое когда-либо знал этот мир. Ты пережил столетия. Видел, как поднимались и падали империи. – Я понятия не имела, было ли что-то из этого правдой, но это определенно казалось возможным. – Никто другой, даже другой дракон, не смог бы сравниться ни с глубиной твоих знаний, ни с широтой твоего мужества, ни с силой твоих могучих крыльев.
Никсарис издал низкий рык.
– Льстишь мне, малышка? – Теперь дракон почти смеялся. – Ты думаешь, что сможешь очаровать меня и заставить подчиниться?
Мое сердце бешено колотилось.
– Это не просто лесть, о Черный Никсарис. Искренность. Я вижу твое величие. Я чувствую твою мудрость. Ты заслуживаешь чести, почитания… и того, чтобы у тебя был наездник, достойный тебя. Кто-то, кто сможет продолжить твое наследие и всегда быть на твоей стороне.
Я подошла еще на шаг ближе, мои глаза встретились с пристальным взглядом дракона.
– Позволь мне быть этим наездником. Я буду твоим компаньоном, но не хозяином. – Почему-то мне показалось важным сказать это. – Я никогда не буду связывать тебя или сдерживать. – Как будто я могла, если бы даже попыталась. – Вместе мы сможем…
Никсарис издал низкий резонирующий звук, который завибрировал в воздухе, сотрясая землю, на которой я стояла, и я покачнулась, раскинув руки, чтобы сохранить равновесие.
Это был смех.
– Позволь мне прервать тебя на этом, дитя. Достаточно. Неужели ты думаешь, что меня так легко увлечь витиеватыми фразами?
Меня охватила паника. Я закрыла глаза, пытаясь вспомнить слова, которые я когда-то читала, фразы, которыми пользовались наездники, жившие задолго до меня.
Я подняла руки ладонями вверх и опустилась на колени, делая последнюю попытку.
– Кровью и дыханием, ночью и небом я посвящаю себя тебе, Никсарис из Дома Авари. Твоя красота, твоя сила не имеют себе равных. Позволь моей душе быть связанной с твоей, моей жизни – с твоим полетом. Вместе мы будем…
– Прекрати. – Массивная голова Никсариса покачнулась, его глаза стали ярче и холоднее. – Тебе не кажется, что я уже слышал эти слова раньше, от наездников, которые давно умерли? Не трать понапрасну свое время. Я больше на это не попадусь.
Мое сердце остановилось.
– Что ты имеешь в виду?
Дракон попятился, его крылья завибрировали.
Он готовился к полету. Он оставит меня здесь и никогда не вернется.
– Никсарис, пожалуйста, – взмолилась я, мой голос дрогнул. – Если ты уйдешь, я думаю, они убьют меня. Они убьют меня, если решат, что ты не вернешься и что это моя вина. Я не смогу без тебя выжить.
Никсарис не сводил с меня глаз, холодных и равнодушных.
– Тогда, малышка, тебе лучше научиться искусству лжи, – прорычал дракон. – Если хочешь, заставь их поверить, что я вернусь. Но я не планирую.
Что-то в глазах дракона смягчилось, когда он посмотрел на меня.
– Ты освободила меня от проклятого сна. Восстановила мою душу в качестве неожиданного подарка. Но не обольщайся, это единственная причина, по которой ты все еще стоишь на ногах. Любое другое существо я бы уже превратил в пепел. – Я почувствовала, как у меня по спине пробежали мурашки. – Особенно того высокородного мужчину, который прячется за твоей спиной, – добавил Никсарис.
– Значит, ты не считаешь себя связанным с Домом Авари? – спросила я, делая последнюю попытку.
– Нет. Но даже если бы и так, ты не из этого дома. Верно? – Я молча покачала головой. – Не принимай это за доброту, малышка. В словах дракона была тихая, устрашающая сила. – Это просто благодарность. Мимолетная в своей сущности.
Никсарис бросил на меня последний пренебрежительный взгляд, а затем полностью расправил крылья и ударил ими по воздуху с такой силой, что камни задрожали.
Покрытое черной чешуей тело дракона медленно поднялось со двора.
У меня перехватило дыхание, когда я увидела, как дракон поднимается все выше и выше, его огромные крылья рассекают воздух, словно буря. Ветер трепал мои волосы, отбрасывая меня назад, и все же я не могла оторвать глаз.
Никсарис был самым великолепным существом, которое я когда-либо видела, и через мгновение он исчезнет навсегда.
Еще раз мощно взмахнув крыльями, черный дракон поднялся над Академией «Кровавое крыло». Взлетая, он взревел, и звук эхом отразился от камней, сотрясая стены внутреннего двора.
Каждый студент, каждый профессор «Кровавого крыла» наверняка услышал этот рев, если они еще не почувствовали подземные толчки. Многие, без сомнения, бросились к своим окнам и даже сейчас наблюдали за восхождением дракона.
Никсарис сделал резкий вираж, крылья поймали ветер, когда он повернул в сторону Вейлмара. Он улетел от меня по залитому лунным светом небу, и его черная фигура медленно превратилась в далекую тень над городом.
На мгновение я застыла на месте, а во дворе воцарилась зловещая тишина. Ветер стих. И все же я все еще чувствовала отголосок присутствия дракона.
Чудовищность того, что только что случилось, пробрала меня до костей. Я разбудила дракона.
Наконец я обернулась.
Блейк стоял позади меня, широко раскрыв глаза, все еще глядя в небо, где исчез дракон. Его лицо было бледным, из раны на голове сочилась кровь.
Наши глаза встретились, тяжесть всего невысказанного повисла между нами, слишком огромная для простых слов.
Дракон был свободен. Весь мир услышал его рев. Пути назад больше не было.