Дверь позади меня с глухим стуком закрылась. Виктор стоял в дальнем конце комнаты, спиной ко мне.
Я подошел к нему осторожно, прекрасно понимая, что ни одна из наших встреч никогда не приносила ничего хорошего.
– Ты хоть понимаешь, что только что натворил? – спросил Виктор, не оборачиваясь.
Я стиснул зубы.
– Избавиться от Реган было правильным решением. Она выставила нас дураками. Она выставила нас слабыми.
– Она выставила слабым тебя, – возразил мой дядя. – Она тебя выставила дураком.
– Она была позором для Дома Драхарроу, – упрямо продолжал я. – Она воспользовалась твоей добротой, думая, что ты позволишь ей публично бросить мне вызов.
– А, так вот как ты считаешь. – Виктор потер подбородок. – Лорд Пансера в ярости. Но это не имеет значения. У меня другой план, как привлечь Пансера.
– Я в этом не сомневаюсь, дядя. Как всегда, – холодно сказал я, решив потешить его самолюбие.
Виктор повернулся ко мне лицом. Сейчас в его глазах было что-то еще. Что-то темное, что-то голодное.
– Маркус пришел ко мне с удивительными новостями. – Он сократил расстояние между нами, остановившись в нескольких сантиметрах. – Я так понимаю, ты укрепил свою связь с наездницей драконов?
Я заставил себя сохранить нейтральное выражение лица. Не стоит выглядеть слишком нетерпеливым, слишком довольным собой.
А также не стоит говорить всю правду.
– Да, – солгал я ровным голосом. – Я кормился от нее. Поскольку я уже заставил ее выпить моей крови, наша связь теперь крепка.
Мгновение Виктор молчал, его холодные красные глаза изучали мое лицо, словно в поисках любого намека на ложь.
Мог ли он догадаться? Я бы не стал рисковать, если бы думал, что это будет так очевидно.
Я держался, отказываясь сдаваться.
Я встретился взглядом с Виктором и тут увидел это. Всего на мгновение, но этого было достаточно. Голод. Вожделение. Но не только. Ярость в этих красных глазах.
Виктор не ожидал, что я смогу сблизиться с Пендрагон. Он планировал, что я потерплю неудачу, планировал, что Реган взбунтуется против триады, что все выйдет из-под контроля.
И в этом хаосе Виктор вмешался бы и забрал Пендрагон себе.
Это было то, чего он хотел, но не осмелился провернуть в Черной Крепости.
Он знал о ней больше, чем показывал. Так было всегда.
– Ты смелый, – сказал Виктор ровным голосом. – Я всегда знал, что в тебе это есть.
– Спасибо, – натянуто поблагодарил я, пытаясь принять похвалу, которая, как я знал, была ложью. – Как ты и сказал, она была дорогим подарком. Я в долгу перед тобой за это.
– Да. Точно так же, как и она все еще обязана мне жизнью. Никто из вас не должен забывать об этом. – Виктор протянул руку и сильно сжал мое плечо. – Будь осторожен, Блейк. Связанная брачными узами грязнорожденная – это ценная вещь. Теперь ты не можешь питаться от кого-то другого. – Он улыбнулся. – Но ведь это то, чего ты всегда хотел, не так ли?
– Я не понимаю, что ты имеешь в виду, – осторожно сказал я.
Он оттолкнул меня, и я пошатнулся, чуть не упав от силы удара.
– Ты никогда не был таким, как мы, не так ли, Блейк? Не то что твой брат Маркус с его неуемными аппетитами.
– Если ты о том, что мне не нравится убивать грязнорожденных ради забавы, то нет, я совсем не такой, как Маркус, – холодно отрезал я. – И горжусь этим.
– Влияние твоего отца, – задумчиво произнес дядя. Я знал, что это не комплимент. – Но не забывай, что все, что у тебя есть, то, кем ты являешься, – это все благодаря мне. Я создал тебя, Блейк. Ты это знаешь. Твоя мать это знает. Я могу уничтожить тебя так же легко.
Я подумал об Энии, о Пендрагон. О том, как моя мать ушла в Святилище. И ничего не сказал.
Я должен был поддерживать эту игру. Пока.
– Ты силен настолько, насколько я тебе позволяю, – сказал Виктор, все еще пристально наблюдая за мной. – Не забывай об этом.
Я натянуто кивнул.
– Я тебя не подведу.
Я счел, что наш разговор окончен, а потом решил рискнуть.
– Прежде чем я уйду, я хотел узнать, получил ли ты список первокурсников, который я тебе направил.
Отборочный день состоится завтра.
– Еще один учебный год, который так быстро закончился, – вздохнул дядя. – Какие, должно быть, счастливые и беззаботные часы вы проводите в этих старых залах. И что это был за год! Да, я получил его. Список приемлемый. Ты же знаешь, я доверяю твоему мнению. – Он слегка улыбнулся.
– Спасибо, дядя.
Я надеялся, что Пендрагон будет довольна моим выбором. Некоторых из них я выбрал специально для нее.
– Конечно, нужно будет официально отпраздновать, – сказал мой дядя, когда я повернулся, чтобы уйти. – Мы должны поприветствовать твою невесту в нашей семье.
– Я думал, может быть, летом…
Он кивнул, пренебрежительно махнув рукой.
– Мы это устроим. Я с нетерпением жду возможности провести больше времени с мисс Пендрагон. Уверен, она очаровательная женщина, раз так сильно тебя увлекла, вытеснив всех остальных.
– Да, – сухо ответил я. И мой дядя не приблизится к ней, если я могу этому помешать. Я сделал все это, чтобы ее защитить. Но внезапно я подумал, не затащил ли я ее еще дальше в логово дракона.
Было бы ей безопаснее с Кейджем? Я отогнал эту мысль прочь. Никогда.
Я вышел из комнаты, в смятении размышляя, и зашагал по коридорам академии к башне Драхарроу.
Тяжесть лжи, которую я сказал своему дяде, давила на меня. Последствия того, что я натворил, начали ощущаться только тогда, когда прохладный весенний воздух, дующий с моря, коснулся моей кожи.
Я сказал Виктору, что уже питался от Пендрагон.
К кормлению от грязнорожденного партнера нельзя относиться легкомысленно. Как только я это сделаю, смогу питаться лишь от нее. Такая связь уникальна.
Я положил конец нашей триаде. Теперь мы были парой. Реган исчезла, ее исключили. Не будет возврата к этому соглашению, не будет новой триады.
Был только один неизбежный следующий шаг, если я хотел защитить Пендрагон от моего дяди.
Я должен был действительно начать от нее кормиться, и как можно скорее.
Ложь не продержится долго, если не станет правдой.
Я собирался сделать это следующим вечером, после того как закончится отбор.
У меня внезапно пересохло во рту, когда я подумал об этом. Мысль о том, что я наконец-то попробую ее кровь. Я так долго ждал этого момента, шанса заявить на нее свои права.
Кровь, тело и душа. Попробовать ее на вкус, овладеть ею всеми возможными способами.
Одна только мысль об этом пробудила голод глубоко внутри меня. Тот, который я подавлял с тех пор, как впервые встретил ее.
Я питался, чтобы выжить, питался, чтобы жить. Но сейчас все будет иначе. Я почти ощущал сладость во рту. Я представил, как красная жидкость потечет из ее вен, будоража мои чувства. На вкус она, наверное, такая же, как и на запах. Нет, лучше. Невообразимо лучше. Я знал это.
Меня охватило чувство вины. Не будет ли она возражать? Отдастся ли она так, как мне нужно?
Я отбросил сомнения. Я смогу объяснить, и она согласится. Она уже хотела меня. Я знал это. Я дам ей понять, что это хорошо для нас обоих. Это необходимо для выживания.
Завтра вечером я заберу то, что принадлежит мне по праву. Теперь пути назад нет.