— Я принесла тебе куриный бульон, — сказала Ленка. — Только, прости, но мне совершенно некогда тебя кормить с ложечки. Ничего, если я его просто тут оставлю?

— Ты можешь не париться и не варить мне бульоны и всё такое, — Валерка попытался приподняться, но чуда не произошло. Он по-прежнему был чуть больше чем говорящая голова.

— Я же должна, — Ленка отвела глаза.

— Ты можешь меня даже вовсе бросить, — от мыслей о том, что Лерка там сейчас одна, в кругу врагов, его понесло. — Я же понимаю, что я теперь жених не самый выгодный, а ты молодая, красивая, почти с дипломом. Зачем тебе калека?

Ленка вздрогнула.

— Ну, что ты такое говоришь?

— Прости, — Валерка немыслимым усилием поднял руку, но потереть лицо уже не получилось. — Но я говорю правду. Шансов на моё полноценное выздоровление практически нет. Ты готова выйти замуж за калеку и остаток твоей жизни выносить из-под меня утку и кормить с ложечки бульоном? А когда тебе будет некогда, то я, видимо, буду голодать, да?!

Ленка развернулась и выбежала из палаты, хлопнув дверью.

— Зря ты так, — заметил дедок с соседней койки. — Хотя могла бы и покормить, уважить бойца. Но и ты, парнишка, зря так.

— Сон был важный, — выдохнул он и сам едва не засмеялся от того, как по-идиотски это прозвучало.

— Помиритесь, дело молодое…

Валерка выдохнул. Сон был в самом деле важный, прямо-таки решающий. А нравоучения соседа только раздражали, сонное состояние рассыпалось, отчетливо слышались хлопающие двери в палатах, чьи-то стоны, в коридоре кто-то чем-то гремел металлическим, на посту медсестры обсуждали какого-то Гарика и его харизму.

Он перекатился головой по подушке и, пару раз выдохнув, начал считать со ста назад. Говорят, что это помогает настроиться на нужный лад и быстрее уснуть. Но сон упорно не шел. Мешало всё: и голоса из коридора, и сосед, который откуда-то достал потрепанную книжку и сейчас увлеченно шелестел страницами и слюнявил пальцы, и особенно Ленка, которая была так не вовремя.

— А меня вот завтра выписывают, — произнес в пустоту дедок. — Но ты не расстраивайся, тебя тоже долго держать не будут. Государству-то не выгодно нас тут держать. Вот, помню, в наше время…

Валерка выдохнул и начал считать заново.

— А еще сейчас химия сплошная, — продолжал бубнить сосед. — С самолетов поля травят, а всё для того, чтоб мы тупели и управлять нами было проще!

— Точняк, — согласился парень, решив, что если не получается отрешиться, то надо это безумие возглавить. — А вы не попросите для меня немного химии? Спать хочется ужасно, а вот не можется.

— Зря ты, парень, — дедок противно хрустнул пальцами. — От этой химии вред один, тебе бы чайку с медом душистым, да в баньке попариться.

— Так ни баньки, ни меда нет.

— И всё же, я не рекомендую тебе увлекаться снотворным. Легко привыкнуть, да и куда ночь будешь девать? А?! Сейчас уж обход врачебный скоро, потом посетители потянутся, к тебе-то точно кто придет. Это к такому как я, пню старому, уж никто не ходит. Невеста твоя остынет да вернется. А если и нет, неужто ты себе другой не найдешь?!

Дед продолжил бубнить, и Валерку внезапно это даже стало убаюкивать. Он закрыл глаза и приготовился к любым неожиданностям: от печенегского плена со всеми его прелестями до пира во весь мир. Смотря что ему предложит жизнь. Но вместо сна пришел врач с обходом, да не один.

— Ну, Кузнецов, как самочувствие? — его врач изучал оптимизм, а вот второй, стоящий за его спиной, был серьезен как целое похоронное бюро.

— Откуда этот синяк? — без предисловий начал он.

— Сестра случайно оставила, — максимально честно ответил парень. — Вчера мы с ней немного поспорили, и она не хотела.

— Ага, — кивнул врач и что-то черканул в блокноте. — А вас не посещают странные мысли?

— Например? — Валерка несколько напрягся. Только психиатра ему сейчас не хватало.

— На что жалуетесь? — проигнорировал он вопрос.

— Да ни на что, — пожал плечом Валерка. — Кормят отлично, компания тут тоже хорошая, люди замечательные. Я как в санатории лежу. Немного беспокоит, что вот ног не чувствую. Да и рук, если честно, тоже толком. Но это всё ерунда, потому что я уверен, что я уйду отсюда своими ногами и в самом ближайшем времени.

— А вас не посещают галлюцинации? — продолжил расспросы врач. — Может быть, навязчивые мысли?

— Он снотворное у меня просил, — наябедничал дедок. — Но я не дал, нечего всякую дрянь в рот тянуть!

— Да я пошутил просто, — пробормотал Валерка. — Неудачно вышло.

— Он с невестой поссорился, — опять встрял сосед. — Наговорил ей лишнего, выставил бедную девушку, а она ему вон, супчик варила. Правда, она тоже хороша, могла бы и покормить, раз такое дело. Парень-то, считай, за Родину пострадал. Хоть и не сороковые на дворе, а всё же…

— А не бывает такого, что вы слышите голоса?

Врач эти самые голоса проигнорировал с потрясающим хладнокровием.

— Да, постоянно, — честно ответил Валерка. — Вот сейчас бубнит и сдает меня, как стеклотару! Да тут в больнице постоянно кто-то о чем-то говорит. Вот кто мне скажет, кто такой Гарик, и почему все медсестры так им озабочены?!

Его лечащий врач хрюкнул и сделал серьезное лицо. Его коллега даже бровью не повел.

— А эти голоса, они только в вашей голове, или вы их слышите, как меня?

— Доктор, — вздохнул парень. — Ну, какие голоса? Мне морфий давно отменили.

— Они просят? Или приказывают?

— Они несут всякую ерунду, — опять честно ответил он. — Например, я теперь знаю, что олвейс натирают, а натурелла не слишком надежна. И что в пятерочке сегодня шоколадка какая-то хорошая и по акции.

— А вы им отвечаете?

— Да что тут можно ответить, — Валерку понесло. — Они же не спрашивают моего совета. Я бы посоветовал попробовать чашу, но она не всем подходит.

— Вы задумывались о самоубийстве?

— Чаще об убийстве, если честно, — Валерка подумал, что пора бы и притормозить, но его словно за язык кто-то тянул. — Но я пока только плюнуть могу, а слюна не ядовита. В общем, нет. Меня всё устраивает в этом мире. Хотя, блин, не знаю. Вообще, самоубийство — это же грех!

— Ага, — кивнул доктор своим мыслям. — А если бы была возможность, вы бы решились?

— Говорю же, грех это!

Валерка так разошелся, что даже поднял руку и смог оттопырить палец. Получилось только средний.

Но и это привело в восторг его лечащего врача.

— Ай, Кузнецов, ай, молодец! Прогресс какой!

Психиатр посмотрел на коллегу с сомнением, но ставить еще и ему диагнозы вслух не стал.

— Сколько пальцев?

— Три.

— А вы точно не бились головой?

— Если вы имеете в виду в момент падения, то, судя по характеру полученных мной травм, бился я всем Валерой о неровную твердую поверхность. Если вы про синяки на лице, то я же говорю, мы с сестрой немного поспорили, я отнимал у нее телефон, она его не удержала, и мы не специально.

— А эти мысли об убийстве, кого именно вы бы хотели убить?

Валерка страшным усилием воли проглотил ответ, что в данный момент самого врача.

— Да никого, мне вообще убивать не понравилось!

— А приходилось?

— Доктор, я вообще-то с армии дембельнулся.

— А эти голоса в голове…

— Доктор, — не выдержал Валера, — да нет у меня голосов в голове, и мыслей о самоубийстве тоже нет. Возможно, немного биполярка есть, но так кто из нас полностью здоров? Опять же недавно я видел человека прям с настоящей биполяркой, и я на его фоне просто образец здравомыслия. Да, я несколько огорчен своим нынешним состоянием, но вы…

— Ага, — кивнул врач и опять черканул что-то в блокнот. — У меня вопросов пока больше нет.

— А у меня есть, — покосился вслед коллеге его врач. — Говоришь, со сном проблемы? А давно?

— Да он спит целыми днями, — опять влез дедок. — Какие еще проблемы?

— Не сказал бы, что прям проблемы, — дал заднюю парень. — Но вот прямо сейчас я бы не отказался еще поспать. Просто я так внезапно пробудился, а у меня там во сне дело незаконченное…

Он прикусил себе язык, но врач уже успел посмотреть на него диким взглядом.

— Ну я просто…

— Хорошо, — врач встрепенулся и перешел к обычным вопросам, типа где болит, не ноют ли переломы, осмотрел повязки и в целом похвалил парня за примерное поведение. Под конец непрофессионально хихикнул и удалился.

Валерка наконец провалился в сон.

Но ему ничего не приснилось.

* * *

Сны перестали сниться. Нет, снились, но обычные, дурацкие. То он дал в зубы командиру батальона и остаток сна провел незабываемо, несколько раз просмотрел свою гибель, когда парашют не раскрылся, поучаствовал в битве с восставшими зомби и даже сохранил при этом свои мозги.

Лерка не снилась.

Постепенно те сны подернулись пеленой, и парень перестал их ждать. Покорно делал предписанные процедуры, гонял волшебное зрение, которое только и осталось ему на память о тех событиях, но всё чаще он ловил себя на мысли о нереальности. Убеждал, что в коме бывает и не такое. А когда ему таки назначили снотворное, отказался.

— Незачем уже, — ответил он на вопрос психиатра.

— Мне нравится ваш оптимизм, — ответил доктор, — но хочу вам напомнить, что самолечение — это плохой путь. Да, я читал, что вы обучались в медицинском, но врач тут пока я.

— Кто первым надел халат, тот и врач, — буркнул парень. Доктор мудро сделал вид, что не расслышал.

— Значит, вас мучают кошмары? Это нормально, у вас посттравматический синдром, при соблюдении всех рекомендаций это лечится.

— Я хорошо сплю, — опять попытался отказаться парень. — Мне не нужны седативные препараты. Мне нужно восстановление, а не превратиться в овощ.

— Никто не говорит про овощи, мягкое успокоительное, и всё будет хорошо.

— Ладно, — буркнул парень, подумав, что проще будет спустить лекарства в унитаз, чем спорить с профессионалами. Тем более что за приемом таблеток тут следили нестрого.

— Голоса в голове? Галлюцинации? Может быть, головные боли?

— Никак нет, — я отлично себя чувствую и высыпаюсь!

— А ваши соседи жалуются, что вы по ночам кричите?!

— Это у меня эротические фантазии. Я парень молодой, вам не понять.

— А соседи…

— А соседи тоже не молодые, — перебил Валерка. — Спасибо вам, но я правда в порядке. Я не собираюсь кончать жизнь самоубийством, у меня нет галлюцинаций, припадков или еще каких опасных для общества отклонений. Кошмары, доктор, бывают у всех. И у вас тоже.

— И я с этим работаю.

— Спасибо вам, но я правда в порядке.

— Седативные препараты я всё же назначу, — ответил врач.

Валерка согласился.

* * *

— Синяки-то сошли, — заметила сестра, тряхнув зеленой чёлкой. Она устроилась с учебником в ногах у парня, но не столько учила, сколько наблюдала, как он старательно разрабатывает руку эспандером.

— Бьешь слабо потому что, — буркнул парень. Левая рука слушалась вполне прилично, и он приловчился всё делать ей. Правая рука тоже потихоньку начала чувствовать, но теперь нужно было нагружать её, и услужливая левая порядком мешала.

— Добавить? — сестра ловко подкинула и поймала учебник. — Чё такой кислый?

— Да вроде не кислый, вполне себе сладкий. Как мандаринка.

— Ленку твою видела, — сестра развернула учебник и уставилась в него, но продолжила косить хитрым взглядом. — С каким-то мужиком.

— Имеет право, — ровно отозвался Валерка и сжал эспандер так, что он едва не лопнул. Правой рукой притом.

— Хочешь, я её за волосы оттаскаю? — ласково предложила сестра. — Но вообще она мне никогда не нравилась. Тебе нужен другой краш. То есть крашиха!

Валерка хмыкнул, чтоб не заржать. Придумает тоже. Вообще сестра его здорово веселила эти дни. Стабильно таскалась к нему в больницу, рассказывала смешные байки и в чём-то даже заменила внутренний Леркин голос, которого сильно не хватало.

— Мне не сложно, — Варька опять дунула на челку.

— Вот еще, — отмахнулся он. — Еще из полиции тебя потом забирать.

— Я бы на это посмотрела, — хихикнула сестра. — Явление героя на каталке за бешеной сестрой. Ах-ха-ха-хах! Лол, только ради этого пранка стоит это сделать! Надо будет стрим для подписчиков провести!

— Эй, не вздумай! — воскликнул Валерка, приподнимаясь на кровати. — Ты чего! Я реально за тобой могу только на каталке приехать! Побойся Бога с такими развлечениями!

Он машинально перекрестился.

Сестра понизила голос, чтоб не услышал сосед. Впрочем, словоохотливый дедок сменился на какое-то синее тело, которое на внешний мир обращало мало внимания.

— А ты больше не был в том мире, а? Как они там?

Парень покачал головой.

— Увы, боюсь, Лерка погибла, поэтому я больше и не вижу тот мир.

— Жалко, — вздохнула сестра. — Она ничо так, резвая вроде по твоим сторизам.

— И где ты успела эти сторизы посмотреть? — буркнул брат, которого эта тема тоже не радовала. Он вздохнул. Как ни пытался он убедить себя, что всё, что привиделось ему, было прямым следствием комы и игр разума, отделаться от мысли, что из-за него Лерка погибла, не получалось. Это выливалось в новые кошмары, после которых следовала беседа с психиатром и новые таблетки.

Вместо ответа сестра постучала себе по лбу.

— Намекаешь, что там есть мозг? — вяло отозвался Валерка.

— Намекаю, что всё хорошо. Хватит киснуть. Ну кинули тебя сразу две девки, одна виртуальная, а другая реальная — это не повод сидеть тут со скорбным фейсом, словно помер кто.

— Ты не понимаешь, — вздохнул Валерка. — Это же из-за меня она погибла.

— А без тебя она померла еще раньше, — философски отозвалась сестра. — Так что ты, наоборот, подарил ей лишнюю жизнь. Вы нормально так ачивнулись оба. Так что хватит киснуть.

— Ты права, — кивнул он и вернулся к упражнениям.

Выписали Валеру через два месяца на инвалидной коляске. Но сел он туда сам.

Забирали его сестра и мама. Ленка не пришла.