– В пещеру мы не пойдём, – заявили девчонки.

– Чего это?

Захар снисходительно посмотрел на Машу и Ленку: всегда деловые, бойкие – а тут в какую-то меловую пещеру боятся зайти.

– Не хотим встречаться с пещерным львом.

– С кем? – Захар подумал, что одноклассницы шутят. – Здесь не Африка, вы в курсе?

– Да-да, с пещерным львом, – повторила Ленка. – Живёт в местных скалах. Охотится на тени шерстистых носорогов.

– Прикалываетесь, да? – на всякий случай спросил Захар.

Но девочки синхронно замотали головами.

– Ты сказал: что-то классное хочешь показать. Вот давай, шуруй сам внутрь. А мы тут подождём, чтобы нас не съели.

Ленка вздёрнула длинный нос и отставила ногу в сторону.

– Тень льва может кого-то съесть? Она настолько сильная?

Захар решил составить полный список теней Костёнок: надоело удивляться новым открытиям. Хотя в его случае больше подходило слово «ужасаться».

– Пока что никого не съел, – пожала плечами Маша. – Возможно, ты станешь первым.

– Зашибись… – Захар неуверенно покосился на тёмный вход в пещеру, где недавно встретился с Добрыней.

– Лев людей не трогал никогда, – приободрила Ленка. – Только мячи наши гонял по холмам и дырявил. До сих пор новый футбольный простить не могу. Я столько на него копила! А он раз – и одним когтем уничтожил.

Ленка рассекла воздух перебинтованным пальцем, изображая изуверства льва.

– Ты иди давай. А мы тут подождём.

Она достала из рюкзака пачку чипсов, раскрыла и начала громко ими хрустеть. Предложила и Маше, но та отказалась.

– Я лучше пока почитаю. – Маша села на брошенную на землю куртку и под Ленкино хрумканье принялась перелистывать страницы.

Захар шагнул в отверстие в меловой скале. Посветил телефоном. Мамонтёнка нигде не наблюдалось. Пещера не выглядела большой, прятаться особенно негде.

«Неужели исчез? Или сбежал? Может, лев слопал? Тогда неудивительно, что Дядушка его не нашёл», – подумал Захар. А вслух сказал:

– Добрыня, это я! Выходи!

Посветил ещё раз фонариком на телефоне и развернулся к выходу.

Вдруг сзади послышался шорох.

«Только бы меня никто не сожрал!» – пронеслось в голове.

У стены стоял мамонтёнок. Довольный, перебирал мохнатыми ногами и тянулся к Захару хоботом.

– Как ты? Скучал? Пойдём, я тебя с девчонками познакомлю!

Захар махнул рукой к выходу.

Добрыня испуганно попятился и замотал головой. Хобот закачался из стороны в сторону.

«А в прошлый раз не побоялся выйти. Надо как-то его выманить, – подумал Захар. – Но как и чем?»

В рюкзаке лежали только тетради, учебники и губная гармошка.

Захар достал инструмент. Заиграл мелодию, которой когда-то давно его научила мама. Добрыня навострил уши и заинтересованно потянулся к гармошке. Захар не останавливался. Музыка заполнила все тёмные углы, долетела до потолка, устремилась прочь из пещеры. Она явно нравилась мамонтёнку: Добрыня пытался ухватить гармошку. Но Захар не позволял. Он сделал несколько шагов назад – к выходу, унося мелодию за собой. Мамонтёнок последовал и… оказался снаружи.

Добрыня зажмурился: солнце светило в глаза. Прижал уши к голове – девчонки заверещали.

– Офонареть можно! – прыгала Ленка. – Новая тень! Почему, ну почему ты его нашёл, а не я?

Она беспокойно трясла пачкой чипсов перед Захаром.

Маша молчала – смотрела на Добрыню не мигая. Глаза за круглыми очками сделались размером со вселенную.

– Мамонт… настоящий, – наконец произнесла она. Протянула руку, хотела дотронуться до хобота, но ладонь зачерпнула воздух.

– Добрыня, знакомься! Маша и Лена.

Захар по очереди ткнул забинтованным пальцем в девочек. Ленка захихикала и захлопала в ладоши. Маша смущённо улыбнулась.

– Захар, а ты можешь… ну… дотронуться до него? – с придыханием спросила она.

Ленка скептически фыркнула.

Захар тут же окунул ладонь в густую коричневую шерсть.

– Косточки-отросточки! Первый раз такое вижу! – Ëжикова от удивления сделала пару шагов назад.

– А я тебе говорила! – не удержалась Маша. Ленка высунула язык, передразнивая подругу. – И всё-таки, почему его до сих пор никто не видел? – задумчиво протянула Маша. – Уж рыбаки или ребята наши должны были заметить.

– Думаю… – Захар замялся. Понимал: мысль прозвучит странно. – Он в пещере не всегда. Когда я зашёл, Добрыни не было. А потом появился. И Дядушка ночью его искал. Но безрезультатно.

Ленка замотала головой:

– Нет-нет-нет! Так не бывает. Тень либо есть, либо её нет. Она не может появляться и исчезать по собственному желанию.

Маша нерешительно кивнула в поддержку подруги.

– Ты и про меня так говорила: «Не поверю, пока сама не увижу», – передразнил Захар.

– У музея ты ведь не дотронулся до тени. Рука сквозь прошла, как по воздуху. А теперь и вижу, и верю.

– Премного благодарен! – Кривляясь, Захар поклонился.

Добрыня в это время засунул хобот в пачку чипсов. Ленка даже среагировать не успела. Достал несколько штук, радостно запихнул в рот и выплюнул с громким звуком. Прямо на Машу и Ленку. Выставил язык и поморщился.

Девчонки с визгом принялись отряхиваться. Захар захохотал:

– Это вам, чтобы не задавались!

Маша привела Добрыню к столику со скамейками недалеко от пещеры. Там местные натянули плёнку от дождя – соорудили крытую беседку для пикников. Маша залезла на деревянную, изрезанную ругательствами и непонятными инициалами скамью, потянула тент на себя. Накопившаяся вода перетекла к краю. Добрыня радостно захлопал ушами и втянул её хоботом. Поднёс ко рту и перелил содержимое.

Ленка ходила вокруг мамонта. Внимательно осмотрела уши и хобот, заглянула под живот. Придвинула голову близко-близко, даже понюхала.

– Очень сильная тень, – вынесла она вердикт.

– Ты ещё лизни его, – хмыкнул Захар.

– Не могу. А ты можешь. Так что давай.

– Чего «давай»?

– Ну, лизни его. Какая его шерсть на вкус?

– С дуба упала?

Захар на всякий случай сделал шаг назад.

– Это необходимо в исследовательских целях, – наступала Ленка. – Наука требует! Зачем, по-твоему, тебе дар этот? Промотаешь почём зря. А под моим чутким руководством его можно использовать во благо!

– Уймись, чокнутая!

Ленка схватила его за руку с перебинтованным пальцем. Захар завопил. Маша кинулась на помощь, но Добрыня опередил: накрыл троицу брызгами из хобота. Да так, что с волос стекало, будто под дождь попали. Ребята первую секунду ошарашенно молчали. А потом по меловым скалам разнёсся заливистый смех. Точно бубенцы звенели в пещерах.

– Скоро о нём всё село узнает… Придут смотреть… – протянула Маша, стряхивая воду.

– Э, нет! Ни в коем случае. Никто не должен видеть Добрыню, – запротестовал Захар. – Он наш проект. Покажем в день презентации. И сто процентов выиграем.

Девчонки уставились на Захара. Маша выглядела обиженной. Ленкины узкие карие глаза пронзали острыми колючками.

– Добрыня – не проект, – наконец подала голос Маша. – Он полноправный житель Костёнок. Нельзя его так… использовать.

– Он привязан к местности вокруг скал? – спросила Ленка.

Захар кивнул.

– Тогда непонятно, как ты его в музее показывать собрался. Не сюда же всех учёных тащить. Добрыня до музея не дойдёт.

– Мы найдём способ! Вы думали, все мамонты вымерли. А вот он: стоит перед нами. Думали, тени никто не чувствует. Но это не так. Видите, всё возможно!

Захара обидел холодный тон одноклассниц. Они попросили присоединиться к проекту – он согласился. Хотели помочь музею – он нашёл способ. Привести на презентацию целого мамонта – всем проектам проект! Только важно, чтобы за оставшиеся полтора месяца Добрыню никто не нашёл. А уж Захар придумает, как отвязать мамонта от скал.

– Не верите, что получится? – спросил он.

– Не в этом дело, – замялась Маша. – Просто это… неправильно.

– Да почему неправильно? Добрыня же рад помочь. Правда?

Захар обернулся к Добрыне, ища поддержки. Но мамонтёнка рядом не было. Пока ребята препирались, он ушёл к краю скалы и спустился вниз. Туда, где меловой утёс переходил в травянистый холм.

Добрыня разбежался, намеренно плюхнулся в грязь и сидя прокатился по голой горке. Он коричневым комком уносился вниз, оставляя за собой глубокую борозду. Мамонтёнок задрал хобот и трубил от восторга. Из-под волосатых ног летели комья грязи и травяной жижи.

– Добрыня, стой! – одновременно крикнули все и бросились за тенью.

Мамонтёнок ждал друзей у подножия холма за большущим камнем.

– Зачем сбежал? Ну ты и грязнуля! – смеялась Маша.

Добрыня действительно теперь напоминал не мохнатого зверя, а земляного. Он перебирал ногами, будто пританцовывал, и довольно фыркал.

– Оборудование разместим на этом холме и на том, – послышалось сбоку.

Голос принадлежал одному из троих мужчин в ярких комбинезонах и касках. Они приближались со стороны реки. Окидывали взглядом местность, прислонив ладонь козырьком ко лбу, указывали на холм под меловой скалой и на дальний, с лабиринтом.

Троица вместе с Добрыней, не сговариваясь, нырнула за камень. Не выглядывая, вслушивались в разговор.

– Сделаем предварительные замеры, а через несколько дней низину у старого музея осмотрим, – говорил незнакомец.

Мужчины поднялись по холму. Ребята молча проследили взглядом за удаляющимися фигурами.

– Геодезисты! – нарушил тишину Захар. – Пришли данные собирать для продаваемых участков.

Маша испуганно закрыла лицо руками.

– Что же делать, что же делать?! – в панике трещала Ленка. – Думай! Думай!

Она дважды стукнула себя кулаком по лбу.

Добрыня недоуменно переводил взгляд с одного озадаченного лица на другое.

– Я знаю, что делать, – раздался голос сверху. Прямо над головами ребят на камне очутились «найки» Захара.

– Помогу вам от них избавиться, – нараспев сказал цыганёнок Данко.